Лю Фэнь мучилась бессонницей и заснула лишь поздно ночью. В её возрасте плохой сон на следующее утро сразу отражается на лице.
Раньше она не особо заботилась о внешности, но утром, взглянув в зеркало и решив, что цвет лица оставляет желать лучшего, она, повинуясь какому-то странному порыву, нанесла немного крема и даже слегка подрумянила щеки胭脂.
Тан Хунэн с самого утра похвалил её, сказав, что она красавица.
— Когда приедем в уездный город, я куплю тебе новый наряд.
Лю Фэнь тихонько угукнула.
Даже такая медлительная и простодушная натура, как товарищ Лю Фэнь, понимала, что сейчас не время умничать и возражать Тан Хунэну. Она не стала говорить, что сама торгует одеждой и незачем отдавать деньги чужим людям.
Тан Хунэн и не думал экономить на свадебном платье только потому, что Лю Фэнь сама его продавала. Разве важно, заработает на этом кто-то другой или нет?
Это был жест мужчины, желающего выразить свои чувства женщине, которая вот-вот станет его женой.
Он хотел купить ей новую одежду, и никто не мог ему помешать!
— Я хотел встать пораньше и сварить тебе лапши, но обыскал всю кухню и не нашёл ни риса, ни муки, ни приправ. Уезжая, вы всё вычистили до блеска.
Лю Фэнь покраснела.
— Мы возвращаемся раз в год, рис и мука всё равно бы испортились, поэтому перед отъездом мы всё раздали соседям.
— Ничего страшного, приберёмся на могилах и поедем поесть в уезд.
Благовония, свечи и ритуальные деньги у них были — в деревне жили семьи, которые этим промышляли, и всё купили ещё вчера вечером.
Тан Хунэн уже во второй раз пришёл на могилу родителей семьи Лю.
В прошлый раз, на Новый год, он был твёрдо уверен, что станет зятем семьи Лю, и заранее навестил будущих тестя и тёщу.
Видимо, тесть с тёщей остались довольны таким зятем, и теперь, когда он наконец-то официально вступал в права, у него было гораздо больше уверенности, чтобы почтить память стариков.
Благовония зажжены, ритуальные деньги сожжены, и Тан Хунэн решил сказать усопшим родителям несколько слов от всего сердца:
— Жизнь длится век, и А Фэнь уже прошла почти половину своего пути, познав немало горестей. Но я верю, что её судьба — это сначала горечь, а потом сладость. Когда она станет моей женой, я обязательно буду оберегать её, не дам в обиду, и мы, поддерживая друг друга, пройдём оставшуюся часть пути уверенно и счастливо!
Это было не просто признание перед покойными родителями Лю, но и признание в любви самой Лю Фэнь.
Лю Фэнь отбросила смущение. Если ушедшие близкие всё ещё могут что-то чувствовать, она не могла позволить Тан Хунэну высказываться одному — ей тоже нужно было ответить.
— Отец, мама, я скучаю по вам. Не беспокойтесь обо мне, сейчас и у меня, и у Лю Юна дела идут всё лучше и лучше…
Украдкой взглянув на Тан Хунэна, Лю Фэнь опустила голову:
— …Он тоже хороший человек.
— А Фэнь, у «него» есть имя и фамилия, неужели ты до сих пор не можешь назвать меня как следует?
Лю Фэнь, прижатая Тан Хунэном к стенке, решилась и снова представила его родителям:
— Его зовут Тан Хунэн, он государственный кадр. Товарищ Тан Хунэн был в разводе, и я тоже. Сегодня мы пойдём регистрировать брак. Мы будем прилагать усилия в одном направлении и обязательно сделаем нашу будущую жизнь счастливой!
Больше и говорить было нечего, этого достаточно.
Тан Хунэн взял Лю Фэнь за руку.
— Пойдём в Анцин. Когда доберёмся до города, окружное бюро гражданских дел как раз должно открыться!
Взявшись за руки, они сели в машину, и Тан Хунэн повёз Лю Фэнь в Анцин.
Он подготовился заранее: сначала повёл Лю Фэнь в универмаг и купил ей красное шерстяное пальто. Фасон был не самым изысканным, но Лю Фэнь выглядела так опрятно и статно, что одежда сидела на ней идеально.
Затем он повёл её покупать пару простых золотых колец.
— Возьми. У меня неплохая зарплата, если сравнивать с обычными людьми, и пусть я не могу обеспечить тебе избыточную роскошь, я постараюсь дать тебе всё лучшее. Это кольцо я не смогу постоянно носить на руке из-за работы, но оно всегда будет со мной.
Два простых золотых кольца не шли ни в какое сравнение с украшениями, которые Лю Фэнь постепенно приобретала за последние два года.
Но значение у них было совсем иное.
Тан Хунэн тут же надел кольцо на палец Лю Фэнь. Поскольку сейчас он был в отпуске и никто не знал, что он мэр, он, недолго думая, надел второе кольцо на свой палец.
Он снова взял Лю Фэнь за руку, рассматривая её. Его руки не были огромными, но у Лю Фэнь была тонкая кость и маленькие ладони, так что его рука полностью закрывала её.
Только вот от долгой работы в поле суставы на её пальцах стали крупными, хотя трещины зажили, а кожа стала белее и нежнее.
— У меня некрасивые руки…
Лю Фэнь хотела отнять руку, но Тан Хунэн сжал её крепко-крепко.
— Труд облагораживает человека. Это руки настоящего труженика, что в них некрасивого?
Сказав это, он решил про себя, что в будущем все «благородные труды» он возьмёт на себя.
Лю Фэнь, разумеется, тоже достала деньги и купила Тан Хунэну новый костюм.
Купив одежду и кольца, они отправились в фотоателье, чтобы сделать совместное фото. Тан Хунэн убедительно торопил фотографа проявить снимки:
— Товарищ, посмотрите на меня, я только в такие годы нашёл жену и сегодня спешу зарегистрировать брак. Как же мне быть без фото? Помогите, пожалуйста!
В итоге ещё до полудня они получили фотографии.
Процедура ничем не отличалась от других пар: они пришли в окружное бюро гражданских дел, подали документы и получили две книжки со штампами — свидетельства о браке.
В то время свидетельства о браке ещё заполнялись от руки.
Если и было какое-то отличие, то только в том, что они были старше большинства других молодожёнов.
Но при этом они выглядели более близкими друг другу.
Некоторые молодые люди решали пожениться, видевшись всего пару раз, и вряд ли знали друг друга так хорошо, как Тан Хунэн и Лю Фэнь!
Сотрудник, оформлявший документы, действовал на редкость проворно и вежливо, расточая поздравления. Его коллеги даже подумали, что тот лишился рассудка.
Когда он вручил свидетельства Лю Фэнь и Тан Хунэну и проводил новобрачных, коллеги начали подшучивать над ним.
Тот лишь вытаращил глаза:
— Да что вы понимаете!
Черт возьми, он только что чуть не умер от страха.
Мужчина предъявил ему служебное удостоверение: место работы — мэрия города Пэнчэн, должность — мэр!
Он выдал свидетельство о браке самому мэру?
А невеста при этом местная, из деревни Цицзинь уезда Аньцин.
То, что такие разные люди поженились, было поистине удивительно!
Новоиспечённый муж мэр Тан шёл по улице, ведя за руку свою новоиспечённую жену.
Свидетельство о браке — всего лишь бумажка, но с ней и без неё ощущения были совершенно разными.
Раньше Лю Фэнь сопротивлялась бы тому, чтобы держаться за руки на людях.
Сейчас она всё так же смущалась, но уже не пыталась вырваться.
Потому что они с Тан Хунэном стали законными супругами!
А как должны вести себя законные супруги?
На улице мужчина везёт женщину на велосипеде, и она может открыто обнимать его за талию!
Это не хулиганство и не нарушение приличий — разве нельзя супругам показывать свои чувства, если они любят друг друга?
Лю Фэнь шла за руку с Тан Хунэном и услышала, как он спрашивает о планах:
— Я взял отпуск на несколько дней. Есть ли место, куда ты хочешь поехать? Мы могли бы погулять подольше.
Место, куда она хочет поехать?
В Пекин или в Пэнчэн?
При мысли о Пэнчэне Лю Фэнь внезапно остановилась.
— Ой, беда, я же ещё не сказала Лю Юну о том, что вышла замуж.
Тан Хунэн рассмеялся.
— Ты только об этом беспокоишься? Не волнуйся, никто из тех, кто должен знать, не останется в неведении. А Фэнь, теперь мы законные супруги, лучше подумай о том, где мы будем ночевать сегодня.
Где ночевать?
Разве важно где?
Важно то, что им предстоит ночевать в одной комнате, на одной кровати!
Что бы Тан Хунэн ни захотел сделать, она не сможет отказать… Щеки Лю Фэнь вспыхнули пунцовым цветом. Да и зачем ей отказывать? Это всего лишь супружеская постель, она даже ребёнка родила, так что ей нечего бояться!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
