Ся Сяолань словно напророчила.
До 12 февраля, четвертого дня Нового года по лунному календарю, ей так и не удалось связаться с Чжоу Чэном, поэтому Ся Сяолань лично отправилась в Армейскую академию провинции Цзибэй.
Результат ее разочаровал: Чжоу Чэна в академии не было.
На все ее расспросы отвечали коротко: «Никаких комментариев», — и спроваживали прочь.
Ся Сяолань осенило:
— А Цзянь Янь? Я могу увидеть Цзянь Янь из взвода связи? Я ее подруга!
Было даже немного стыдно: она и представить не могла, что наступит день, когда ей придется назваться подругой Цзянь Янь.
Впрочем, Цзянь Янь съела столько купленных ею свиных ножек, что вполне могла бы и «поделиться» репутацией, верно?
Однако Ся Сяолань снова получила холодный отказ: Цзянь Янь тоже отсутствовала.
— У взвода связи новогодние каникулы?
Часовой лишь развел руками.
Какие каникулы в Армейской академии? У слушателей, проходивших здесь обучение, были лишь индивидуальные отпуска. Ся Сяолань не знала, уехала ли Цзянь Янь на праздники в Цзиньлин или занималась каким-то делом вместе с Чжоу Чэном. Если верно второе, Ся Сяолань признавала, что чувствует легкие уколы недовольства.
Гуань Хуэйэ и вправду не стоило злиться из-за сплетен о ней и Тан Юаньюэ; подобные ситуации невозможно было полностью исключить в ее жизни, но то же самое могло произойти и с Чжоу Чэном.
Девушек, которым нравился Чжоу Чэн, было немало, и он не мог избегать их всех без исключения.
Взять хотя бы ту же Цзянь Янь.
Она пошла на «справедливое предательство», сдав собственного двоюродного брата и пойдя против интересов семьи. Наполовину это было ради Пань Баохуа, а на другую половину — ради Чжоу Чэна, и все это прекрасно понимали.
Раз Цзянь Янь зашла так далеко и к тому же училась в той же Армейской академии, где они постоянно сталкивались, разве мог Чжоу Чэн не перемолвиться с ней ни словом?
Ся Сяолань оставалось лишь уйти с тяжелым сердцем.
Тринадцатого числа она прибыла в Пэнчэн.
Целый день ушел на то, чтобы уладить дела внутри страны.
Ду Чжаохуэй ждал в Пэнчэне еще до наступления праздника. Лишь удостоверившись, что деньги поступили на ее счет, Ся Сяолань согласилась на обстоятельный разговор с ним.
— Ты хочешь заняться недвижимостью или производством?
— Что ты имеешь в виду под недвижимостью? А производство — вещь многогранная, говори конкретнее.
Он заплатил более миллиона долларов, чтобы Ся Сяолань соизволила подумать над его делами, поэтому Ду Чжаохуэй ловил каждое ее слово. В пересчете на деньги даже случайное восклицание из ее уст стоило целое состояние!
— Нужно ли мне объяснять про недвижимость? Подумай сам о самых известных богачах Гонконга: больше половины из первой десятки сделали недвижимость своим основным бизнесом. Однако если ты собираешься заниматься недвижимостью в Пэнчэне, просто покупая землю и строя жилье, через год ты можешь заработать меньше своего брата. Он не использует ресурсы семьи Ду, но при этом у него полно помощников.
Лицо Ду Чжаохуэя помрачнело.
Верный совет режет слух, и горькая правда Ся Сяолань явно была ему не по вкусу.
— Но раз в твоих вариантах все же есть недвижимость, значит, речь идет не только о строительстве жилых домов, верно?
Ду Чжаохуэй не был дураком и умел читать между строк: он понял, что Ся Сяолань еще не все досказала.
Ся Сяолань кивнула:
— Разумеется, не только жилье. Ты когда-нибудь задумывался, почему босс Ду дал тебе и Ду Чжаоцзи по двадцать миллионов гонконгских долларов и велел соревноваться, кто заработает больше за год? Это сумма ни больше ни меньше, чем нужно. Если бы он хотел проверить ваши предпринимательские способности, разве не лучше было бы дать, к примеру, один миллион, чтобы вы сотворили чудо, превратив малое в великое? Чтобы победить Ду Чжаоцзи, нам сначала нужно проанализировать ожидания босса Ду.
Дать один миллион?
— Какой бизнес можно открыть на один миллион?!
И для него, и для Ду Чжаоцзи один миллион гонконгских долларов был ничтожно малой суммой — даже на приличную машину не хватит. Разве что склад в порту арендовать… Лицо Ду Чжаохуэя выражало крайнее пренебрежение.
Ся Сяолань сердито сверкнула глазами:
— Когда я только начинала заниматься бизнесом, мой капитал не достигал и ста юаней, а тебе миллиона мало!
Ду Чжаохуэй был поражен.
По правде говоря, он не знал, как Ся Сяолань сколотила состояние. Хотя ее нынешнее богатство все еще не шло ни в какое сравнение с его положением старшего молодого господина семьи Ду, не владеющего акциями группы, и уж тем более с общим капиталом семьи, скорость роста ее активов действительно впечатляла.
По расчетам Ду Чжаохуэя и Тан Юаньюэ, состояние Ся Сяолань должно было составлять около десяти миллионов юаней. Он от начала до конца наблюдал за тем, как она работала с «Цзиньшачи», и искренне восхищался ее методами. Пусть масштабы бизнеса были невелики, Ду Чжаохуэй видел в ее действиях почерк, присущий лишь старым лисам из гонконгского высшего света.
Ду Чжаохуэй невольно перешел на смиренный тон:
— Как это — делать бизнес, имея меньше сотни? Неужели на материке так легко делать деньги?
На самом деле, зарабатывать их было невероятно трудно.
— Что за взгляд? Я использовала только законные методы: покупала дешевле, продавала дороже — разве не так поступали купцы на протяжении тысяч лет? Неважно, начинать со ста юаней или с миллиона. Суть в том, что босс Ду дал тебе двадцать миллионов! Эта сумма — ни много ни мало — подразумевает, что вы не должны вкалывать до седьмого пота или идти на неоправданный риск. Это испытание того, как вы умеете управлять капиталом для извлечения максимальной выгоды… И я полагаю, что эта «выгода» вовсе не выражается в цифрах чистой прибыли на бумаге. Проще говоря: если ты возьмешь эти двадцать миллионов, провернешь их на бирже и случайно заработаешь несколько десятков миллионов — станет ли это означать, что ты новый «бог фондового рынка» и именно такой преемник нужен боссу Ду?
А ведь Ду Чжаохуэй и впрямь об этом думал.
Мало ли богачей, сколотивших состояние на акциях?
Но он пришел к Ся Сяолань именно потому, что ничего не смыслил в биржевой торговле и не доверял окружающим. Кто знает, не подослан ли приглашенный эксперт кем-то другим? Послушаешь «советы» такого специалиста — и останешься без штанов.
Или полагаться на удачу и скупать всё подряд в надежде на чудо, как сказала Ся Сяолань? Нет, всё должно быть иначе.
Какой прок старику проверять, умеют ли они играть на бирже?
Группе «Чэнжун» не нужен наследник-игрок.
Достигнув определенного уровня богатства, человек сам начинает тайно манипулировать рынком. Наследник семьи Ду должен быть не рядовым игроком, а тем, кто заманивает деньги этих игроков в свои сети!
Кажется, Ду Чжаохуэй начал что-то понимать:
— Ты хочешь сказать, что двадцать миллионов — это сумма, на которой старик хочет проверить, насколько масштабное дело мы сможем развернуть?
Ся Сяолань щелкнула пальцами:
— Поздравляю, в точку! С таким пониманием ты, если и не обойдешь Ду Чжаоцзи, то как минимум сравняешься с ним. Думаю, он, как человек, изучавший коммерцию в Британии, тоже до этого додумался.
От такой похвалы было мало проку.
Терпение Ду Чжаохуэя по отношению к Ся Сяолань было поистине безграничным. Он решил прислушаться только к первой фразе и счесть, что она его похвалила!
— Продолжай. А Хуа, принеси ей воды.
А Хуа вышел из комнаты.
Слова, которые прозвучат дальше, стоят больше миллиона долларов, и телохранителю их слышать не полагалось.
А Хуа ушел за водой и, разумеется, долго не возвращался.
В комнате остались только они двое. По логике вещей, нервничать должна была Ся Сяолань, находясь наедине с Ду Чжаохуэем, который явно не выглядел добропорядочным человеком, но по какой-то неведомой причине нервозность ощущал именно он.
Он даже не знал, куда деть свои руки.
Ся Сяолань мельком взглянула на него. С чего это он вдруг впал в прострацию? Сейчас же решаются серьезные дела:
— Слушай внимательно то, что я скажу дальше! Полагаю, когда босс Ду дал вам год на получение достаточной «прибыли», он не имел в виду просто цифры. Двадцать миллионов — сумма, позволяющая развернуться в любой отрасли, и под «прибылью» здесь подразумевается общее влияние. Сколько денег проект принесет за год? Сможет ли он приносить доход в будущем? Есть ли смысл в дальнейших крупных инвестициях? Можно ли масштабировать этот успех? Строительство жилья на продажу… Поможет ли создание жилых микрорайонов в Пэнчэне развитию группы «Чэнжун»? Ты должен поставить себя на место руководителя и лица, принимающего решения. Мысли масштабнее!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
