Недельные карманные расходы Хайди составляли несколько десятков долларов.
Джонатан нахмурился: в их кругу ставки в спорах носили скорее полушутливый характер, пять или десять долларов — это уже было очень много. Хайди затеяла слишком крупную игру.
Впрочем, Джонатан ничего не сказал.
Он был парнем Хайди, но не собирался диктовать ей, как себя вести.
— Поставь за меня тоже пять долларов. Я тоже ставлю на победу нашей группы.
Нин Сюэ признавала таланты Ся Сяолань, но не допускала и мысли, что может ей проиграть. Уверенности ей было не занимать.
Хайди тут же просияла:
— Нин, я знала, что ты на моей стороне!
Уверенности-то хватало.
Вот только Хайди и Джонатан, похоже, были на грани ссоры. Если бы Нин Сюэ сейчас не поддержала Хайди, в группе начались бы внутренние распри, и на какую тогда оценку «А» они могли рассчитывать?
В работе с Джонатаном был один минус: они с Хайди были парой, а между влюбленными неизбежно возникают размолвки.
Нин Сюэ ждала момента, когда группа Ся Сяолань сдаст работу. В это время Сян Ли пригласила её на вечеринку, но Нин Сюэ сразу отказалась:
— На этот раз у меня нет времени.
Сян Ли едва не задохнулась от злости, но, сдерживаясь, спросила у Нин Сюэ:
— Ся Шимэй сначала обещала мне прийти, но тоже…
Нин Сюэ удивилась:
— У неё тоже не будет времени!
В университете столько людей спорили об этом задании. Зная характер Ся Сяолань, как бы она согласилась пойти на вечеринку?
— Нин Шимэй, вы ведь в хороших отношениях с Ся Шимэй? Закончили один университет, один факультет, и надо же — обе оказались в Корнелле…
Сян Ли попыталась зайти с фланга, но явно выбрала не того человека.
Эта «недосягаемая красавица» Нин Сюэ прямо ответила ей:
— Мы просто обычные однокурсницы.
После такой фразы Сян Ли не нашлась что ответить. Что не так с этими студентами Хуацин? Ся Сяолань невыносима, и Нин Сюэ тоже осаживает!
Нин Сюэ понимала, что, возможно, обидела человека.
Эта мысль промелькнула у неё в голове. Она хотела бы поддерживать связь с китайскими студентами в Нью-Йорке, но не сейчас, не в этот момент. Всё это было второстепенным, приправой к жизни, а не необходимостью. Для Нин Сюэ на первом месте всегда стояла архитектура.
Она была так загружена заданиями, что терпения на пустые разговоры со Сян Ли у неё не хватало.
Обратись к ней кто-то другой, отношение Нин Сюэ не было бы таким скверным.
В прошлый раз Нин Сюэ из добрых побуждений предупредила Ся Сяолань о дурной репутации Сюй Цзина и Ма Хая, но та в ответ прочитала ей целую лекцию по воспитанию. После этого у Нин Сюэ сложилось определённое мнение о Сян Ли.
Нин Сюэ не была уверена, стояла ли за всем этим Сян Ли.
Но Сян Ли определённо не желала Сюй Цзину и Ма Хаю ничего хорошего. Ситуацию с машиной Нин Сюэ и вовсе не могла понять. С детства её учили, что нельзя просто так принимать от людей дорогие подарки.
Между супругами всё общее, это понятно, но они ведь ещё не поженились. Как можно при расставании не вернуть купленную другим человеком машину?
— Сян Шисзе, извините, мне пора на занятия. До свидания!
Нин Сюэ поспешно повесила трубку.
Слушая гудки, Сян Ли наконец не выдержала и швырнула трубку.
— Один краше другого! Чем они так гордятся? Нынешние новички вообще знают, что такое уважение к старшим?
К Ся Сяолань не подступиться, и эта Нин Сюэ тоже высокомерна.
Ли Юн, казалось, не был удивлён:
— Я навел справки. У Нин Сюэ непростое происхождение. Её дед — корифей отечественной архитектуры Нин Яньфань.
Нин Яньфань никогда не скрывал своего родства с Нин Сюэ и везде брал внучку с собой. Ли Юну стоило лишь немного постараться, чтобы разузнать это.
Стоило спросить в университете Хуацин — и каждый знал о связи Нин Сюэ и старика Нина.
Неудивительно, что её смогли отправить на учёбу в Корнеллский университет. Сян Ли невольно горько усмехнулась:
— Этот мир действительно несправедлив. Эти люди учатся в Хуацин, когда захотят, а когда им надоедает дома, старшие сразу отправляют их за границу. Мы тоже учимся за государственный счёт, но нам, людям из обычных семей, пришлось приложить невообразимые усилия, чтобы получить этот шанс… А Ся Сяолань? Кто стоит за ней?
— За ней никто не стоит.
Ответ Ли Юна застал Сян Ли врасплох.
— Как это возможно? Как без связей у неё может быть столько денег?
Ли Юн улыбнулся:
— Разве это не к лучшему? С влиятельной семьёй было бы сложнее иметь дело. Хотя из Китая им трудно было бы добраться до нас в Нью-Йорке, последствия всё же могли бы возникнуть. Ся Сяолань из Юнани, родом из деревни. Говорят, у неё в Китае есть парень, и вот у его семьи связи имеются.
Сян Ли совсем не поверила.
Разве Ся Сяолань похожа на деревенскую?
— Откуда у тебя эти сведения? Они вообще надёжные? Если она из деревни, как она смогла вывезти за границу столько денег?
Ли Юн кивнул:
— Информация точная. Я же говорил тебе, что ситуация в стране изменилась. Хотя прошло всего два-три года с твоего отъезда, те, кто занялся частным предпринимательством, уже успели разбогатеть. Семья этой Ся Сяолань как раз из таких: все занимаются бизнесом. Дядя по матери заправляет строительной бригадой на юге, есть ещё какие-то магазины одежды.
Сян Ли подсела к Ли Юну:
— Скажи мне честно, откуда у тебя эти новости?
— Ох, ты вечно ревнуешь, стоит мне заговорить с любой девушкой. Неужели ты думаешь, что они мне интересны? Я делом занимаюсь! Всё это мне рассказала Хань Цзинь. Она обожает светскую жизнь и уже через месяц после приезда в Нью-Йорк захотела с тобой потягаться. Я знаю, тебе это не нравится. Но семья Хань Цзинь в Китае обладает немалым влиянием. Иначе как бы она и её нелюдимый парень смогли вместе приехать в Нью-Йорк на учёбу? Такие люди — наши потенциальные союзники. Она молодая девчонка, любит порисоваться, ничего удивительного. В Китае не смела вести себя вызывающе, так неужели за границей ей нельзя расслабиться… Уступи ей, таких девчонок легко задобрить.
Ли Юн всё ещё старался наставить Сян Ли на путь истинный.
Если она не будет достаточно умна, рано или поздно она всё испортит.
Сян Ли удивилась:
— С чего бы ей рассказывать тебе такое?
— Потому что её парень и Ся Сяолань — земляки. Догадываешься, почему?
«Неужели Хань Цзинь просто приревновала?» — подумала Сян Ли.
— Мужчины любят красавиц. Скажи честно, видя, как хороша Ся Сяолань, неужели ты ни капли не дрогнул?
Постоянные допросы Сян Ли наконец вывели Ли Юна из терпения:
— Сян Ли, женская красота не вечна. Даже самая прекрасная оболочка увянет. Реально лишь то, что находится в наших руках. Впредь не пытайся проверять меня подобными словами.
Бегать за какой-то красоткой?
Так поступают только неудачники. Например, Сюй Цзин, который ради Сян Ли продал даже родовое имущество, а в итоге Сян Ли его бросила. Ли Юн тоже не был уверен, что Сян Ли предана ему до гроба. Если однажды ей встретится мужчина с лучшими условиями, который сможет обеспечить ей вид на жительство, Сян Ли, не колеблясь, уйдёт и от него!
Поэтому для мужчины главное — иметь власть и богатство. Тогда не только женщины уровня Сян Ли, но даже такие красавицы, как Ся Сяолань, сами придут к нему.
Одна? Десять, сотни таких найдутся!
Ли Юн был амбициозен и мыслил как настоящий делец.
…В пентхаусе отеля «Уилсон» в Куинсе настоящий богач Харолд Уилсон не мог уснуть.
Лишь невежды могут быть бесстрашными.
Харолд не смел позволить себе быть таким слепо оптимистичным и самоуверенным, как Ли Юн. Его богатство — это наследие семьи Уилсон. Ли Юну, даже если он будет сражаться в одиночку, не догнать его за всю жизнь… Но Ся Сяолань почему-то не спешила сама приходить к нему!
Он думал, что они больше не увидятся, но Ся Сяолань внезапно приехала в Нью-Йорк.
Судьба это или нет?
— Архитектурный факультет Корнеллского университета… не то чтобы совсем не было шансов встретиться.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
