— Слава богу!
Дейзи почувствовала, что она не одинока.
Ся Сяолань и впрямь не надела официальный наряд.
Похоже, они с Чжоу Чэном вдоволь нагулялись по Нью-Йорку. В конце апреля стояла приятная погода — ни жарко ни холодно, и Ся Сяолань с Чжоу Чэном где-то раздобыли парные костюмы… одинаковые джинсы, одинаковые кроссовки и футболки в одном стиле.
Просто, свежо и очень энергично.
Всё-таки порой дело не в простоте одежды, а в том, на ком она надета. Красивому человеку всё к лицу.
Такой наряд смягчил властную ауру Чжоу Чэна, отчего он тоже стал походить на студента. Чжоу Чэн был ненамного старше Дейзи и остальных, но жизненный опыт делал его взрослее сверстников-студентов. У зрелости был свой шарм, но молодость и энергия дарили совсем иное ощущение.
Товарищ Чжоу Чэн в этих парных вещах очень напоминал Сяо Лань того парня, каким он был при их первой встрече: подтянутый красавец с этакой разбойничьей искрой в глазах.
Но в таком виде их статус пары бросался в глаза — разве что слепой не заметил бы.
Когда Харолд в черном костюме вошел в зал, он слегка позеленел в лице.
И это тот самый «молодой и красивый китаец», о котором говорил Ай Лунь?
Разве дело в красоте и возрасте? Главное здесь — парные костюмы!
Одет в то же, что и Ся Сяолань… Харолд смутно припоминал, что она упоминала о наличии парня. Однако этот парень существовал лишь на уровне слухов, и Харолд никогда специально не наводил о нем справки. Харолд считал, что раз он сам богат и хорош собой, а Ся Сяолань ему интересна, то внимание нужно уделять только ей самой. Это касалось только их двоих, и никакой парень не имел к этому отношения.
Он всегда считал себя главным героем судьбы. Он еще не был уверен, станет ли Ся Сяолань главной героиней, но её парень, несомненно, был лишь второстепенным персонажем, не заслуживающим внимания.
— Мистер Уилсон?
— Мистер Уилсон, не могли бы вы дать нам интервью?
Как только Харолд появился, репортеры тут же оживились и окружили его.
Взгляд Харолда поверх толпы смерил Чжоу Чэна с головы до пят. Чжоу Чэн был крайне бдителен: если чей-то взгляд задерживался на нем дольше двух секунд, он сразу это чувствовал.
— Это и есть Харолд? — Чжоу Чэн мимоходом взглянул на соперника.
Ся Сяолань кивнула:
— Да, это Харолд, дядя Цяо Чжи.
Непонятно почему, но Харолд внезапно передал управление проектом гольф-поля Цяо Чжи, из-за чего Цзи Я какое-то время ходила именинницей. Ранее Цзи Я взяла кредит в несколько миллионов у Шэн Сюань и, воспользовавшись тем, что Ся Сяолань уехала на год по обмену, начала лихорадочно расширять сеть филиалов бренда Elegance. Хотя Ся Сяолань и была за границей, Чэнь Силиан регулярно докладывал ей о ситуации у Цзи Я.
Ся Сяолань никак на это не реагировала.
Кого Небо хочет погубить, того сначала лишает разума.
Она просто велела Чэнь Силиану следовать плану развития «Луны» шаг за шагом и не обращать внимания на Цзи Я.
А вот Цяо Чжи купил в Гонконге отделочную компанию и в последнее время несколько раз сталкивался с «Юаньхуэй» на тендерах.
Об этом докладывал Гэ Цзянь — в июне этого года должны были сдаваться дома в «Цзиньшачи». Сейчас во всех корпусах уже возвели крыши, шло озеленение и благоустройство территории, скоро ключи передадут владельцам. Разумеется, «Юаньхуэй» старалась убедить жильцов заключить контракты на отделку именно с ними.
Но отделочная компания Цяо Чжи оказалась наглой — они принялись переманивать клиентов прямо в «Цзиньшачи».
Это было крайне неприятно. С какой стати отдавать заказы Цяо Чжи, когда на этом может заработать родной дядя Лю Юн?
Гэ Цзянь спрашивал у Ся Сяолань, стоит ли просто закрыть доступ другим компаниям на объект, но она колебалась, не желая создавать «Цихан» репутацию деспотичного застройщика.
Из-за всех этих переплетений интересов, при виде Харолда настроение Ся Сяолань не могло быть безоблачным — она невольно вспоминала о Цяо Чжи и Цзи Я.
Если Харолд отстранит Цяо Чжи от проекта гольф-поля, тот сразу утратит свою былую уверенность.
Почувствовав недовольство Ся Сяолань, Чжоу Чэн похлопал её по руке:
— Ты пришла сюда за наградой, а не для того, чтобы обсуждать дела с этим Харолдом или соревноваться с ним.
Одного взгляда было достаточно, чтобы понять: перед ним очередной претендент на его жену.
Впрочем, Ся Сяолань, похоже, переносила на Харолда свою неприязнь к другим людям, так что Чжоу Чэн не собирался беспокоиться из-за соперника такого уровня.
Кто может считаться настоящим соперником?
Дело не в красоте и не в количестве денег, а в том, может ли Сяо Лань влюбиться в этого человека.
…
Для Харолда внешность Чжоу Чэна оказалась выдающейся, превзойдя все ожидания.
Он приложил столько усилий, чтобы организовать этот архитектурный конкурс, Ся Сяолань наконец пришла, но… привела с собой парня. От такой «иронии судьбы» Харолду хотелось плеваться кровью.
Мальчишка, заявляет свои права с помощью парных костюмов. Детский сад! — вынес он вердикт Чжоу Чэну.
Но в глубине души он засомневался: Ся Сяолань не казалась женщиной, которая выбирает мужчину только за красивое лицо.
Может, этот молодой и привлекательный китаец скрывает в себе нечто большее?
Харолд не стал давать интервью — для рекламы нового отеля сети «Уилсон» его фотографии в газетах были не обязательны. Отделавшись парой фраз, он пожал руки судьям, поблагодарив Фостера и фирму P&W за поддержку конкурса CW своим участием.
Даже если репортеры и успели что-то снять, помощники Харолда позже всё равно «урегулируют» этот вопрос через пиар-службу.
В зале лишь немногие знали, что Ся Сяолань и Харолд знакомы. Например, Дэниэл.
Зачем Харолду лично являться на архитектурный конкурс?
Что вообще творится в последнее время в отелях Уилсона?
Странное сотрудничество с аграрным колледжем, странное — с архитектурным факультетом… Неужели всё это ради неё?.. Дэниэл молча приберег свои догадки при себе. С этой точки зрения всё обретало смысл: Харолд Уилсон не был праздным бабником, но и к аскетам, ведущим праведный образ жизни, его не причислишь — за его плечами было немало романов.
Положил глаз на Ся?
Дэниэл решил пока не делать поспешных выводов и продолжить наблюдение.
Подводные течения и негласное противостояние соперников были понятны только им самим, окружающие же ничего не замечали. Наконец началась церемония награждения архитектурного конкурса CW.
Пятеро судей представились публике.
Они еще раз подчеркнули честность и непредвзятость конкурса.
Из 20 работ, вошедших в шорт-лист, 10 получат поощрительные призы за выдающиеся успехи. Шансы на победу были велики.
Если прибавить к этому три призовых места, общая вероятность получить награду составляла 65%. Присутствующие студенты преисполнились надежды — лишь семерым самым невезучим авторам предстояло покинуть отель Уилсон с пустыми руками.
Остальные получат как минимум по 2000 долларов призовых!
К тому же, это была возможность продемонстрировать свой уровень перед профессорами академии и партнерами крупных архитектурных бюро. Студенты искренне желали, чтобы такие конкурсы проводились почаще.
— А теперь просим господина Дика, партнера бюро Фостера, объявить названия десяти выдающихся работ. Это счастливчики из Корнелльской архитектурной школы, получившие единогласное одобрение пяти судей!
Зал взорвался аплодисментами.
На самом деле большинство студентов втайне надеялись, что названия их работ сейчас не прозвучат.
Поощрительный приз был лишь «путем к отступлению» — как только называли твоё имя, это означало, что с первой тройкой можно попрощаться!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
