Ся Сяолань не была из тех, кто мелочится.
Деньги, которые положено заработать, нельзя уступать ни на пядь, но о тех, что не принадлежат тебе по праву, и думать не стоит.
Она даже не спросила Чжоу Чэна, почему он отказался от чека Харолда, и не гадала, на сколько сотен тысяч долларов он был выписан. Как и сказал Чжоу Чэн, Харолд сам решил оценить свою жизнь в определенную сумму, и это не имело к ним никакого отношения.
Чжоу Чэн бросился в схватку с Хэктором вовсе не ради спасения Харолда, так что если не взял чек — значит, не взял. Ся Сяолань полностью разделяла жизненные ценности Чжоу Чэна.
Ее Чэнцзы не только обладал настоящим мужским обаянием и выглядел в зале невероятно круто, у него к тому же и денег хватало!
Те сыхэюани, которыми он управлял для нее, — сколько они будут стоить в будущем?
Возможно, он не так богат, как семья Уилсон… но на кой Чжоу Чэну столько денег!
— Чжоу Чэн, сегодня было слишком опасно, в будущем не смей больше…
Не смей что — геройствовать?
Но ведь он сделал это, чтобы спасти ее. Ся Сяолань осеклась на полуслове, а Чжоу Чэн взъерошил ей волосы:
— Ты и сама не можешь договорить, верно? Я взрослый мужчина, неужели я мог стоять и смотреть, как ты оказываешься в опасности? Пусть стреляют в меня — это ладно, но стрелять в тебя — ни за что.
Все это случилось из-за Харолда: уволил человека и не позаботился о нем должным образом — вот и довел его до отчаяния.
Этот архитектурный конкурс CW изначально был довольно нишевым, но теперь, после случая со стрельбой, он наверняка станет невероятно популярным.
Когда Ся Сяолань и Чжоу Чэн вернулись в Итаку, Дейзи уже ждала их.
Дейзи не потеряла голову в критический момент. Ся Сяолань, когда припадала к полу, выронила кубок победителя. Дейзи же, убегая, спотыкаясь и падая, не забыла подобрать его. Было видно, насколько важна для нее эта победа!
Ся Сяолань была права: титул чемпиона архитектурного конкурса CW вернул уверенность Дейзи, Ричарду и Лайлу.
На лице Дейзи еще виднелись следы от прыщей.
Лицо Ричарда все еще было в веснушках.
Лайл оставался в своем прежнем весе.
Но теперь эта троица могла ходить по кампусу Корнеллского университета с высоко поднятой головой.
Чего им бояться? Они не только взяли первое место, но и находились на подиуме в тот момент, когда шальная пуля не задела их, в отличие от несчастного профессора Липтона. Какая удача!
— Ся, посмотри на него, он цел и невредим!
Дейзи, хвастаясь, протянула кубок, который подобрала.
Отели Уилсона были весьма состоятельными, средств на спонсорство конкурса выделили достаточно, так что качество кубка было на высоте — на нем не осталось ни царапины.
Это была первая архитектурная награда Ся Сяолань. Хотя конкурс был новым и не слишком масштабным, разве могла она не радоваться?
Еще в Нью-Йорке, сразу после допроса в полиции, Ся Сяолань первым делом позвонила в Китай, чтобы поделиться радостью.
Разумеется, она не стала рассказывать о нападении стрелка, а лишь сообщила Мао Каншаню, что заняла первое место с проектом «Электронная площадь», который создала для Ду Чжаохуэя.
Старик Мао был известен своей мелочностью и духом соперничества. Несколько раз повторив «хорошо», он тут же спросил, участвовала ли Нин Сюэ.
Узнав, что Нин Сюэ тоже была среди участников, но заняла второе место, Мао Каншань зазвучал с нескрываемым торжеством:
— Насчет того архитектурного бюро, о котором ты говорила… Думаю, можно попробовать.
Хех, пока ученица показывает блестящие результаты в профессиональной сфере, ей дозволено всё.
Китайские родители всегда так относятся к детям: пока оценки в учебе отличные, любые просьбы будут исполнены.
Ся Сяолань знала характер старика Мао и намеренно хотела его порадовать. А уж будет ли старик Мао хвастаться результатами конкурса перед Нин Яньфанем — ей было все равно, пусть учитель развлекается как хочет.
Увидев, что Дейзи вернула кубок, Ся Сяолань немного подумала, достала из машины фотоаппарат и попросила Чжоу Чэна сделать снимок.
На фото Ся Сяолань держала в руках кубок победителя конкурса CW вместе с Дейзи, Ричардом и Лайлом. Эту фотографию следовало сделать во время награждения, но кто же знал, что сначала устроит сцену Лайл, а потом появится стрелок. Неизвестно, успел ли кто-нибудь сделать снимок вовремя.
Ся Сяолань не решалась расспрашивать репортеров — те только и ждали момента, чтобы взять интервью у Чжоу Чэна!
Как только Чжоу Чэн сделал пару кадров, к ним подбежала толпа студентов.
— Китайское кунг-фу!
— Брюс Ли!
— Нет, он — Чжоу!
— Чжоу, герой!
Отовсюду слышались крики о китайском кунг-фу и «герой».
Чжоу Чэн, который не проучился в Корнеллском университете ни дня, внезапно стал звездой кампуса. Вести о том, что произошло в отеле Уилсон, уже долетели до университета. И хотя Чжоу Чэн лишь хотел защитить Сяо Лань, руководство вуза посчитало, что в той ситуации он проявил отвагу и обеспечил безопасность присутствовавших там студентов и преподавателей. Архитектурный факультет выразил желание официально наградить Чжоу Чэна от имени университета. Для Чжоу Чэна это, конечно, стало приятным, но обременительным долгом. Никаких наград ему было не нужно, лишь бы не сообщали в посольство — это и было бы для него лучшей благодарностью!
В руках у него был фотоаппарат, а студенты как раз требовали совместных фото.
Ся Сяолань, его законную девушку, просто оттеснили в сторону.
Кто-то с визгом просил его продемонстрировать кунг-фу.
Кто-то совал ему записки с приглашениями на свидание.
А кто-то даже пытался под шумок потрогать его грудные мышцы… Ну уж нет, это исключено! Независимо от пола, все руки прочь!
Стрелок не смог его уложить, зато толпа студентов заставила Чжоу Чэна позорно отступить.
В конце концов его все же заставили сфотографироваться со всеми.
Несколько парней подхватили Чжоу Чэна и начали подбрасывать в воздух.
Не обошли вниманием и Ся Сяолань: ее тоже подхватили и начали подбрасывать. Таковы были полные энтузиазма американские студенты — веселье в кампусе могло начаться в любое время и по любому поводу!
Ни один преподаватель не сказал бы им, что они нарушают дисциплину.
Контроль над студентами и так был довольно слабым, к тому же они не делали ничего плохого.
С трудом вырвавшись на свободу, Чжоу Чэн, который не дрогнул перед дулом пистолета, всерьез опасался этих восторженных студентов Корнелла. Это ведь не его солдаты, которые по команде выполняют каждое движение и легко поддаются муштре — этих ни ударить, ни отругать, они ведь просто проявляют дружелюбие.
— Думаю, мне лучше пару дней не показываться в университете.
Чжоу Чэн до сих пор не отошел от потрясения, а у Ся Сяолань даже голова кружилась от таких полетов:
— Твое решение верно. Только что несколько девушек сказали, что у меня отличный вкус, и добавили, что если я соберусь с тобой расставаться, то обязательно должна дать им твои контакты. Ради тебя они даже не прочь в будущем переехать в Китай… Чжоу Чэн, ты действительно внес огромный вклад в дружбу между Китаем и Америкой!
Приревновавшая женушка выглядела очень мило.
Чжоу Чэн понимал, что Сяо Лань шутит, и не удержался, чтобы не поцеловать ее:
— Пусть себе ждут. Мы никогда в жизни не расстанемся. Единственное, чего они дождутся, — это когда ты из моей девушки превратишься в госпожу Чжоу!
Пока Чжоу Чэн не решался появляться в кампусе, во вторник в Итаку прибыл господин Дик из британского архитектурного бюро Фостера.
Он нашел Ся Сяолань через архитектурный факультет и предложил выкупить права на проект «Электронная площадь»:
— Поздравляю вас с победой! Как бы то ни было, это был незабываемый конкурс. А теперь давайте обсудим авторские права на проект «Электронная площадь». Я крайне в нем заинтересован. Есть ли у вас соображения по поводу цены продажи?
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
