Хофман пробыл внутри целых два часа.
Дверь конференц-зала открылась, и из неё один за другим вышли сотрудники трёх бюро. Хофман шёл впереди с весьма уверенным видом.
— Результаты тендера будут объявлены через три дня.
Похоже, только что три бюро по очереди представляли свои проекты.
Ся Сяолань кивнула:
— Значит, мы сейчас возвращаемся в бюро?
Харолд вышел из зала заседаний и прошёл мимо них.
Слава богу, он не стал при всех говорить ничего такого, что могло бы вызвать двусмысленность, иначе Ся Сяолань действительно была готова его пришибить.
Хофман тоже был вполне доволен. Независимо от того, получит ли в итоге проект GMP, он не хотел, чтобы в профессиональных кругах говорили о нечестной конкуренции. Даже слухи были недопустимы: этот проект был плодом кропотливого труда его и команды, и в него не должны были примешиваться никакие посторонние факторы.
Ещё до дня тендера Киссинджер начал пресекать слухи внутри бюро, запретив болтать о близких отношениях между Ся Сяолань и Харолдом. Он явно понимал, что в их сфере нет секретов, и не хотел, чтобы другие фирмы судачили о GMP. Тендеры на крупные проекты всегда включают множество факторов помимо самих чертежей, но подобные методы должны оставаться в тени — выносить их на всеобщее обозрение категорически нельзя!
— Возвращаемся в бюро. Мы сделали всё, что от нас зависело, и теперь команда дизайнеров уже не может повлиять на то, получим ли мы проект.
Можно ли снизить бюджет?
Какие части плана можно изменить?
Как и сказал Хофман, это уже было не в его компетенции.
Теперь инициатива перешла к заказчику: отелю «Уилсон» предстояло сделать выбор.
Ся Сяолань не стала задерживаться и послушно последовала за Хофманом.
Ей показалось, что после недавней шутки Дика из фирмы «Фостер» Хофман стал относиться к ней чуть теплее? Ся Сяолань заподозрила, что это лишь её воображение, и решила понаблюдать ещё пару дней.
Результаты тендера должны были появиться только через три дня.
Хофман дал своей команде двухдневный отпуск — это были первые настоящие выходные Ся Сяолань с тех пор, как она пришла в GMP.
Внезапно оказавшись свободной, она даже не знала, чем заняться.
Может, съездить в Итаку навестить профессора Вэня с супругой?
Это был неплохой вариант.
Заодно можно было проведать товарища Цзянь Янь.
Через несколько дней Цзянь Янь предстояла вторая операция, на этот раз на другом участке.
Но прежде чем Ся Сяолань успела воплотить эти планы в жизнь, в её дверь постучали.
На пороге стоял дрожащий от возбуждения Ма Хай.
— Ся… Ся-шимэй… иди посмотри.
Ся Сяолань удивилась:
— Так скоро?
Судя по прошлым заверениям Сюй Цзина и Ма Хая, работа должна была завершиться не раньше июля. Кто бы мог подумать, что пока тендер отеля «Уилсон» ещё не завершён, они уже подготовят финальную версию?
У Ся Сяолань тут же проснулся интерес, и она последовала за Ма Хаем, который от волнения не знал, куда деть руки и ноги. Сюй Цзин как раз заканчивал последнюю отладку.
— Ся-шимэй, можешь попробовать, — голос Сюй Цзина тоже дрожал от волнения.
Ся Сяолань взяла результат их трудов. Введя слово и нажав кнопку поиска, она не сводила глаз со своих наручных часов:
— Один, два, три… девять!
Девять секунд!
Они действительно выполнили требование Ся Сяолань, сократив время поиска до девяти секунд!
До электронных словарей будущего было ещё далеко, но для 1986 года Ся Сяолань считала, что продукт вполне готов к серийному производству — в конце концов, технологии совершенствуются от поколения к поколению.
— Дорогие шисюны, вы проделали великолепную работу. Теперь мы можем обсудить, что делать дальше: вернётесь ли вы с этим электронным словарем в Китай, чтобы строить завод, или же просто продадите готовый продукт мне.
Ся Сяолань сразу переключилась в режим делового человека.
Контракт был подписан давно, так что сейчас у Сюй Цзина и Ма Хая было всего два пути.
Ма Хай, очевидно, давно всё решил:
— Я готов вернуться в страну с продуктом и открыть завод!
Сюй Цзин тут же кивнул:
— Я тоже согласен.
Оба были воодушевлены «американской мечтой» и политикой реформ и открытости в Китае.
Создание собственного дела определенно было правильным выбором. В то время в Китае многие отрасли оставались незаполненными нишами, а работая с таким боссом, как Ся Сяолань, трудно было не разбогатеть. Но, честно говоря, Сюй Цзин был крайне нерешительным человеком, и Ся Сяолань не слишком хотелось брать его в свою «игру».
Сюй Цзин был по-настоящему талантлив.
Но мало ли в мире талантливых людей? Успех человека во многом зависит от его характера!
Ся Сяолань немного подумала:
— Давайте сначала отпразднуем, это радостное событие. Раз вы оба решили вернуться и открыть завод, мне нужно обсудить с юристом, как именно будут распределены доли.
Ма Хай и Сюй Цзин, разумеется, не могли возразить.
У них самих не было денег для вклада, а инвестированные Ся Сяолань шестьдесят тысяч долларов были почти израсходованы. У них практически не было возможности торговаться о распределении долей или условиях, которые предложит им Ся Сяолань.
Можно было и не соглашаться, выбрав первый вариант: просто продать готовый результат Ся Сяолань за дополнительные сорок тысяч долларов в качестве единовременного выкупа.
Но очевидно, что эти двое на такое не пойдут.
Ся Сяолань решила дать Сюй Цзину последний шанс.
Как проверить нерешительного человека?
Посмотреть, как он теперь относится к Сян Ли.
Ся Сяолань специально разузнала: на ту самую встречу против домашнего насилия, о которой говорила Нин Сюэ, Сян Ли тоже собиралась прийти. Похоже, ей придется взять этих двоих с собой!
Она вернулась в комнату, сделала звонок и изложила свое предложение. Сюй Цзин был крайне удивлен:
— Встреча против насилия?
— Именно, из-за того случая, когда Сян Ли подверглась домашнему насилию. Но я вовсе не подталкиваю тебя к встрече с ней. Вы с Ма Хай-шисюном и так слишком долго скрывались от глаз. Если вы собираетесь возвращаться на родину и открывать завод, почему бы не воспользоваться случаем и не попрощаться со всеми? Сейчас вы никому не должны денег, можете оплатить свой счет и с достоинством прийти на встречу, представ перед всеми в совершенно новом облике.
Это предложение Ся Сяолань очень воодушевило Ма Хая.
«Возвращаться домой богатым — всё равно что гулять в парчовых одеждах ночью, если никто об этом не знает». Он и Сюй Цзин были фактически изгнаны на периферию круга нью-йоркских студентов, и ярлык «неудачников» прочно приклеился к ним обоим. Теперь, перед отъездом, не пора ли его сорвать?
К тому же эта женщина, Сян Ли, разве не она рассказывала всем, что он и старина Сюй — мошенники, выманивающие инвестиции?
Ма Хаю до смерти хотелось швырнуть готовый электронный словарь прямо в лицо Сян Ли.
— Ся-шимэй, я согласен пойти на встречу!
Ма Хай посмотрел на Сюй Цзина, немного за него переживая.
Сюй Цзин недолго колебался:
— Тогда я тоже пойду.
Ся Сяолань окинула взглядом этих двух неряшливых технарей и щелкнула пальцами:
— Вам действительно нужно преобразиться. Встреча — это только начало. Когда вернетесь домой, вы поймете: чтобы запустить производство, вам придется иметь дело с самыми разными людьми, и каждый из них будет куда более непростым, чем китайские студенты в Нью-Йорке.
Сначала встречают по одёжке — эта старая китайская поговорка верна и по сей день.
Если Сюй Цзин и Ма Хай собираются открывать завод, они перестанут быть бедными студентами, а станут талантливыми репатриантами, привлекшими иностранные инвестиции.
С их нынешним имиджем и навыками общения они совершенно не соответствовали этому статусу.
У Сюй Цзина и Ма Хая еще оставались кое-какие деньги. Ся Сяолань не стала забирать их, оставив им на текущие расходы. В конце концов, в последнее время они полностью посвятили себя электронному словарю, и других доходов у них не было — откуда им было взять доллары?
Купив им одежду и сменив прически, Ся Сяолань повезла их прямиком на организованную Хань Цзинь встречу «против насилия».
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
