Встреча «Против насилия».
Хань Цзинь больше не следовала по стопам Ли Юна; она нашла весьма скромное место.
Оно выглядело не так шикарно, как вечеринки, которые устраивал старший студент Ли, зато Хань Цзинь не пришлось платить за аренду!
— Это место бесплатно предоставил один мой дядя. Он очень любит общаться с молодыми студентами и всячески поддерживает наши встречи, — говорила Хань Цзинь окружающим.
Эту встречу Хань Цзинь впервые организовывала и координировала сама, даже Чэнь Цин отложил книги, чтобы помочь.
Сунь Минлань считала методы Хань Цзинь жестокими и не слишком хотела продолжать с ней общение, но Хань Цзинь приглашала её снова и снова, упомянув, что придет и только что выписавшаяся из больницы Сян Ли. Сунь Минлань, подумав, всё же пришла. Она не хотела, чтобы это дело бросило тень на неё саму; хотя она и вложила тысячу долларов, лучше было лично взглянуть на состояние Сян Ли.
Сян Ли выглядела так, словно смыла с себя былой лоск.
Тот факт, что она наставила Ли Юну рога, признавать было категорически нельзя. Раз уж она осмелилась снова появиться в этом кругу, ей нужно было насмерть стоять на том, что она рассталась с Ли Юном заранее:
— …Наши взгляды не сошлись. Я несколько раз напоминала ему о диссертации, но он тратил слишком много сил на дела, не связанные с учебой, и хотел лишь сдать работу абы как, откуда же ему было знать, что на него донесут. Мы расстались еще тогда, просто не объявляли об этом во всеуслышание!
— Не ожидала, что старший студент Ли такой человек.
— Да уж, фальсификация диссертации — это очень серьезно. Сейчас на него подали в суд, сможет ли он вообще выпуститься?
— Теперь он в роли агрессора. Не стоит сочувствовать не тому человеку. Как ни крути, поднимать руку на женщину — это неправильно!
Слушать россказни Сян Ли могли только другие студентки.
На самом деле эти люди не обязательно верили её словам, но Сян Ли сейчас выглядела жалко, её рука всё еще была забинтована, а Ли Юна не было на месте, чтобы оправдаться, так что всё зависело от того, что скажет Сян Ли.
Конечно, среди тех, кто был готов слушать её чепуху, находились и люди с трезвым умом, желавшие лишь усмехнуться: то, что мужчина ударил женщину — безусловно, неправильно, и это никак не оправдать. Но Сян Ли наставила Ли Юну рога — они оба стоили друг друга.
— Ты веришь, что она рассталась с Ли Юном?
— Чушь собачья. Если бы они расстались, Ли Юн не стал бы так злиться и распускать руки!
Двое сплетников пустились в рассуждения:
— Кстати говоря, со своим предыдущим парнем, Сюй Цзином, она ведь тоже закрутила с Ли Юном вскоре после расставания. Почему тогда никто не заподозрил, что эти двое уже давно сговорились?
Действительно, почему никто не заподозрил?
Потому что у Ли Юна была хорошая репутация.
А кто такой Сюй Цзин? Студент, приехавший в Америку совсем недавно, связями не обзавелся, и что бы о нём ни говорили, он не проронил ни слова. Кто бы стал за него заступаться?
Единственным человеком, точно знавшим правду, была Хань Цзинь.
Видя, как Сян Ли отчаянно пытается обелить себя, Хань Цзинь находила это крайне смешным.
История с изменой определенно была правдой. Даже если Хань Цзинь создала для Сян Ли возможность, она не заставляла её подсыпать лекарства и ложиться в постель с американцем, с которым та познакомилась в баре.
Она изначально была тщеславна: не успев бросить Ли Юна, уже сошлась со следующим вариантом.
Сейчас она жалко оправдывается. Если бы Сян Ли не была нужна в качестве «инструмента», Хань Цзинь давно бы сделала так, чтобы её окончательно вышвырнули из их круга. Человеку, находящемуся в фаворе, не стоит слишком задирать нос. Когда они только прибыли в Нью-Йорк, Сян Ли, кичась тем, что она девушка Ли Юна и «хозяйка» вечеринок, вела себя невероятно надменно. Она пыталась контролировать Хань Цзинь, даже если та перекидывалась парой слов с Ли Юном… Хех, будто Ли Юн мог ей приглянуться, это только Сян Ли считала его сокровищем!
Обернувшись и посмотрев на молча помогавшего Чэнь Цина, Хань Цзинь улыбнулась с долей искренности.
Мужчину всё же нужно искать такого, которого сможешь контролировать. Профессора в университете хвалили Чэнь Цина за талант, и Хань Цзинь нравилась его честность и порядочность. Как говорил её отец, семья Хань может сама воспитать достойного зятя.
— Сестра Минлань.
Хань Цзинь послушно подошла к ней. Сунь Минлань скучала — слушать тираду Сян Ли об оправданиях ей было невыносимо скучно.
Играть с этими людьми было совершенно неинтересно.
Ся Сяолань уже помогала инспекционной группе вести переговоры с американскими компаниями, а эти студенты всё еще играли в песочнице со своими интригами.
Есть ли в этом смысл?
— До скольких продлится эта встреча? Я хочу уйти пораньше…
Не успев договорить слово «уйти», Сунь Минлань увидела входящую Ся Сяолань в сопровождении двоих мужчин. Она замерла в изумлении:
— Ты и её пригласила?
Хань Цзинь покачала головой:
— Я хотела её пригласить, но не смогла связаться. Кажется, в последнее время её не было в Итаке.
Это была правда. Хань Цзинь всё время пыталась выяснить, какие отношения связывают Ся Сяолань и Сунь Минлань.
Сунь Минлань снова уселась на место, передумав уходить.
Сян Ли всё еще продолжала рассказывать о своей беспомощности и обидах, когда вошла Ся Сяолань с Сюй Цзином и Ма Хаем. О Ся Сяолань и говорить нечего, но Сюй Цзин и Ма Хай сегодня выглядели исключительно эффектно. Дело было не только в одежде — важнее было то, что оба пребывали в эйфории от создания готового образца электронного словаря. Пройдя путь от растерянности до надежды на будущее, они совершенно преобразились внутренне!
Когда у мужчины появляется уверенность, его былая замкнутость превращается в невозмутимое спокойствие.
Сюй Цзин и Ма Хай давно не общались с таким количеством людей, и то, что они сохраняли хладнокровие, было заслугой их уверенности!
Жалобная речь Сян Ли внезапно оборвалась.
Как здесь оказался Сюй Цзин?
Кто-то спросил за неё:
— Лао Сюй, Ма Хай, вы двое пропали на приличный срок. Обычно вас никуда не вытянешь, что стряслось?
— Вот-вот, от вас вообще никаких вестей не было!
Ма Хай, сдерживая гордость, ответил:
— Мы с Лао Сюй были заняты вопросами выпуска, поэтому редко связывались со всеми, виноваты.
Слово «выпуск» было довольно чувствительным. Большинство присутствующих сегодня еще не окончили учебу; те, кто уже выпустился, либо вернулись на родину, либо работали в Америке и редко появлялись здесь.
— Кстати о выпуске, точно, вы же благополучно защитились? Какие планы на будущее?
— Сюй Цзин, кажется, изучал компьютерные технологии. Это отличная специальность, в Америке найти работу не составит труда!
Говоривший испытывал некоторую зависть.
Раньше Сюй Цзин был вечным должником, которого бросила девушка, но что с того? Обладателям технических специальностей гораздо проще закрепиться в Америке.
Сян Ли сидела в глубокой задумчивости.
Сюй Цзин полностью преобразился, и все встретили его с радушием.
Возможно, в этом была и доля желания поглазеть на скандал, потому что кто-то начал подначивать:
— Сюй Цзин, ты знаешь, что случилось с Сян Ли? Дружище, многие из нас навещали её в больнице, а ты почему не появился?
Чтобы выжить, Сян Ли приходилось давить на жалость, а Сюй Цзин явился при полном параде. Контраст был слишком разительным, неудивительно, что кто-то не удержался от сплетен.
Ма Хай чуть не поперхнулся.
Вопрос был крайне едким и явно недоброжелательным.
Сюй Цзин наконец встретился взглядом с Сян Ли.
Ся Сяолань отступила на несколько шагов назад. Она не хотела затмевать Сюй Цзина и Ма Хая, хотя именно благодаря ей они изменились.
Она пришла сюда, чтобы проверить, насколько серьезна нерешительность Сюй Цзина. Если он не извлек урока и снова захочет связаться с Сян Ли… что ж, тогда извините, она выставит его вон.
Ся Сяолань больше всего раздражали подобные тугодумы. В случае с Чжоу И деваться было некуда — она родственница Чжоу Чэна, их не разделишь.
А кто такой Сюй Цзин? Он ей никто. Она дает деньги, он работает — всё просто!
Если Сюй Цзин не справляется с работой, Ся Сяолань найдет другого.
Сунь Минлань с бокалом напитка подошла к ней:
— Ся Сяолань, ты, похоже, решила испытать человеческое сердце, но ведь именно сердце меньше всего способно выдержать испытания.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
