Женщина, вошедшая в зал под руку с Ду Чэнжуном, была той самой пятой наложницей семьи Ду, которая в последнее время пользовалась особой популярностью у папарацци Гонконга!
Это была Виви.
Это была Ся Цзыюй.
По фотографиям это было не так заметно, но, внезапно увидев её вживую, Ся Сяолань немного удивилась и негромко сказала Ду Чжаохуэю:
— Техника приглашенного тобой пластического хирурга действительно хороша. Только ради этого Ся Цзыюй стоит искренне тебя поблагодарить.
Ся Сяолань повидала немало «переделанных» лиц. Пройдет еще тридцать лет, и различные микроинъекции станут повсеместными, а количество клиник пластической хирургии сравнится с числом супермаркетов. Модницы в крупных городах будут стесняться здороваться с людьми, если хотя бы раз в год не вколют ботокс или не подправят нос.
Подобные процедуры даже не считались операциями, а назывались просто «косметологией».
Хотя она и видела много таких лиц, Ся Цзыюй, которой даже подпилили кости лица, выглядела на удивление естественно.
Никаких неестественно огромных глаз или слишком высокой переносицы, а подбородок не был настолько острым, чтобы им можно было заколоть человека.
В Ся Цзыюй всё еще угадывались прежние черты, её индивидуальность не была стерта полностью, но черты лица стали более изысканными. Неужели в восьмидесятых пластическая хирургия уже достигла таких высот?
Ду Чжаохуэй почувствовал неловкость; он не мог понять, иронизирует Ся Сяолань или нет.
— …Врача пригласили из Японии, техника и вправду неплохая.
Впрочем, после операции она всё равно не вызывала у Ду Чжаохуэя никакого трепета. Но этот «экземпляр» был тщательно подготовлен для Ду Чэнжуна, и старику она явно приглянулась.
Ся Цзыюй шла на высоких каблуках, одной рукой придерживая старика, а в другой несла маленькую сумочку, которой как бы невзначай прикрывала живот.
Ха-ха, раз уж она так трясется над этим куском плоти в животе, ей следовало бы сидеть дома и беречь плод, а не приходить сюда ради того, чтобы покрасоваться.
Ду Чжаохуэй наклонился к ней поближе:
— Посмотри на соседний стол. Ты ведь знаешь Лю Тяньцюаня? Рядом с ним сидит четвертая наложница, Лю Кэин. Обрати внимание на её взгляд.
Какой был взгляд у Лю Кэин?
Лю Кэин сверлила Ся Цзыюй глазами, будто хотела сожрать её заживо, и то и дело поглядывала на её живот.
Если Ся Цзыюй хотела благополучно родить ребенка, то Лю Кэин была первой, кто этого не допустил бы!
Вся эта неразбериха в семье Ду вызывала у Ся Сяолань лишь досаду.
И зачем только женщинам полагаться на мужчин?
Столько женщин крутятся вокруг одного мужчины, выпрашивая его благосклонность… Сколько бы раз Ся Сяолань ни перерождалась, она никогда не смогла бы принять подобное. Пока другие тратят силы на борьбу за внимание мужчины, она бы уже успела построить собственную империю!
Ся Сяолань только собиралась что-то сказать, как Ду Чэнжун подошел к ним вместе с Ся Цзыюй.
За этим столом сидели друзья Ду Чэнжуна, так что он, разумеется, первым делом подошел поздороваться.
Лицо Ся Цзыюй озаряла улыбка, но костяшки пальцев, сжимавших сумочку, побелели. В её улыбке сквозило высокомерие.
Спустя столько времени она и Ся Сяолань наконец встретились снова!
Сколько страданий она перенесла ради этого дня?
Узнав, что Ся Сяолань пришла на весенний банкет вместе с Ду Чжаохуэем, Ся Цзыюй, которая уже была одета, немедленно сменила украшения на еще более дорогие.
Снова встретить Ся Сяолань — этого она ждала уже давно.
Богатство, дарованное ей Ду Чжаохуэем, стало поворотом в её судьбе!
Посмотрите на Ся Сяолань: одежда — не брендовая.
Шея, уши и запястья — всё пусто.
Только на руке маленькое кольцо с бриллиантом, в котором, пожалуй, и двух карат нет… Какое убожество. Лишь лицо с легким макияжем и выдающаяся внешность кололи Ся Цзыюй глаза!
Она коснулась своих пальцев: полный гарнитур украшений с рубинами, подаренный Ду Чэнжуном в день, когда подтвердилась её беременность.
Любая вещь из этого комплекта стоила дороже, чем весь наряд Ся Сяолань!
Ну и что с того, что Лю Фэнь вышла замуж за мэра?
Благодаря Лю Фэнь Ся Сяолань и Лю Юн ведут какой-никакой бизнес и считаются в материковом Китае одними из тех, кто разбогател первым.
Заработанные ими деньги могут казаться астрономическими суммами для городских рабочих, живущих на фиксированную зарплату, но в сравнении с Гонконгом — что стоит это состояние?
Оказавшись в Гонконге, Ся Сяолань поймет, что она всего лишь лягушка на дне колодца.
И никакие мэры не имеют в Гонконге никакой власти!
Ся Цзыюй окинула Ся Сяолань взглядом с головы до ног; её глаза светились сложной гаммой чувств. Сегодня весенний банкет «Чэнжун Групп», и раз Ся Сяолань пришла сюда, значит, она оказалась на её территории.
Ну и что, если Ся Сяолань узнала от Ду Чжаохуэя о её истинной личности?
Разве Ся Сяолань посмеет разоблачить её в такой обстановке!
Ся Цзыюй с улыбкой смотрела на Ся Сяолань, но та лишь мельком взглянула на неё и отвела глаза в сторону.
«Так и есть, Ся Сяолань отступила!»
Ся Сяолань и понятия не имела о том, насколько богата внутренняя драма Ся Цзыюй.
С её точки зрения было трудно представить, как женщина может самодовольно радоваться статусу наложницы старика. К чему на неё смотреть? Насмотришься на рожу Ся Цзыюй — потом аппетит пропадет.
— Почему ты сел за этот стол? — спросил Ду Чэнжун у Ду Чжаохуэя.
Ду Чжаохуэй с напускным бесстыдством ответил:
— А разве плохо, что я развлекаю гостей вместо вас?
Все за столом рассмеялись и подхватили тему, расхваливая отца и сына.
— У сильного отца и сыновья — орлы!
— Господин Ду, проект Чжаохуэя на материке очень успешен…
— У господина Ду есть достойные преемники. Не то что у нас: младшее поколение только и умеет, что безобразничать. В трате денег каждый из них мастер, а если нужно заработать или сделать хоть какое-то дело — за каждым приходится хвосты заносить!
— Больше всего завидую господину Ду: оба сына способны, да еще и молодую жену взял —
Раз уж упомянули Ду Чжаоцзи, Ду Чэнжун просто подозвал его, чтобы тот поприветствовал уважаемых дядей.
По правую и левую сторону от Ду Чэнжуна встали два брата, Ду Чжаохуэй и Ду Чжаоцзи, и Ся Цзыюй не осталось места.
Ся Цзыюй сама сделала шаг назад:
— Старший молодой господин привел спутницу, а вам нужно общаться с ним и вторым молодым господином. Разговоры о делах будут скучны для молодой девушки. Почему бы мне не поразвлечь гостью вместо вас?
Она бросила томный взгляд, и слова её были адресованы Ся Сяолань.
Она была хозяйкой, а Ся Сяолань — гостьей.
В такой обстановке Ся Сяолань никого не знала, и Ся Цзыюй была уверена: с её азартным характером Ся Сяолань наверняка будет чувствовать себя крайне неуютно!
Ся Цзыюй с полной уверенностью предложила это, полагая, что Ду Чэнжун охотно согласится.
Кто бы мог подумать, что Ду Чэнжун лишь похлопает её по руке и скажет:
— Я знаю, ты хочешь разделить мои заботы, но госпожа Ся — гостья семьи Ду, а не просто спутница Чжаохуэя. Ты еще молода и неопытна, о чем тебе беседовать с госпожой Ся? Иди за соседний стол, присядь со второй сестрой и остальными.
Самодовольство Ся Цзыюй сменилось ошеломлением.
Краска стыда залила её лицо от самых ушей.
Ду Чэнжун на самом деле сказал, что она слишком молода и неопытна, чтобы составить компанию Ся Сяолань?
Ду Чэнжун ведь прекрасно знает, кто она на самом деле! Она — старшая кузина Ся Сяолань, она старше её!
Если она «молода и неопытна», то кто тогда Ся Сяолань?
В последнее время Ду Чэнжун был к ней очень добр, осыпал подарками и не обращал внимания на её прежнюю ложь. Ся Цзыюй искренне верила, что обрела в его сердце особую значимость.
И вот, при таком количестве людей, Ду Чэнжун внезапно швырнул её достоинство на землю.
Где угодно, но почему именно на глазах у Ся Сяолань!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
