— Джоан, тебе не кажется, что температура внезапно упала? Тебе не холодно?
Чжоу И огляделась по сторонам.
В этом мире существует вещь, которую называют «жаждой убийства».
Вот и Чжоу И почувствовала, как по её затылку пробежал холодок.
Е Сяоциун высвободила свою руку из её хватки:
— Да, немного похолодало. Уже поздно, мне пора возвращаться к себе. Ты правильно поступаешь, решив продать дом. Сейчас для твоего мужа лучший вариант — не попасть в тюрьму. Пока он сохраняет работу, деньги и жилье можно будет снова накопить со временем, дождавшись распределения.
Как бы не так!
Если у человека есть только деньги, но нет опоры, то, попав в такую ловушку «прыжка бессмертного», его будут выжимать до последней капли.
Опустошат не только семью Юань, родительской семье Чжоу И тоже не удастся остаться в стороне.
Шантаж срабатывает один раз, и те, кто подстроил ловушку, обязательно воспользуются им снова. В таких делах стоит заплатить однажды — и за этим последуют бесконечные вымогательства.
Чжоу И вообще не хотела заботиться о Юань Хане.
— В любом случае, пусть сам собирает деньги… Джоан, говорю тебе: как только он выплатит компенсацию, я с ним разведусь!
Е Сяоциун была изрядно удивлена.
Неужели после того, как Хэ Шиюань так нещадно её избила, у Чжоу И наконец прояснилось в голове?
На душе у Е Сяоциун было крайне неспокойно.
Развестись после того, как Юань Хань выплатит 150 тысяч гонконгских долларов — это, безусловно, лучший вариант. Сейчас она не заговаривала об этом, чтобы успокоить Юань Ханя, дать ему надежду, что он сможет умаслить Чжоу И. Лишившись состояния, он сохранял уверенность в себе только благодаря такой жене, как Чжоу И, и статусу зятя семьи Чжоу.
Если бы Чжоу И сразу лишила его надежды, Юань Хань мог бы пуститься во все тяжкие и потащить за собой семью Чжоу, и уж точно не стал бы из кожи вон лезть, собирая деньги для Хэ Шиюань.
А если он не будет собирать деньги, то как продаст дом?
Это был самый простой способ вернуть дом — ей не нужно было пользоваться чьим-то влиянием, она добивалась этого собственными силами!
Е Сяоциун невольно кивнула:
— Ты всё делаешь правильно. О разводе пока помолчи, тебе нужно держать его под контролем. Он сам натворил бед, и он должен сам нести ответственность.
Получив одобрение, Чжоу И обрадовалась.
Её лицо, покрытое синяками и отеками, напоминало свиное рыло; когда она улыбалась, обнажая зубы, зрелище было крайне неприятным.
И всё же она продолжала улыбаться Е Сяоциун:
— Джоан, ты такая добрая! Если бы не твои советы, я бы и не знала, что делать!
Она хотела было пойти вслед за Е Сяоциун, но та убедила её остаться и присматривать за Юань Ханем. Лишь тогда Чжоу И неохотно попрощалась.
Е Сяоциун уже дошла до угла улицы, а Чжоу И всё ещё стояла на месте как дурочка, высматривая её и махая рукой.
Е Сяоциун открыла дверцу машины и села рядом с Хэ Шиюань.
Хэ Шиюань указала на голову:
— Госпожа Е, у этой дамочки часом не всё в порядке с головой?
Такая дура — и смогла поехать учиться за границу, в то время как умному человеку вроде неё приходится зарабатывать на жизнь торговлей своим телом!
И госпожа Е: красавица с добрым сердцем, а в прошлом ей так не везло с мужчинами.
Хэ Шиюань уже не понимала, как устроен этот мир. Добрым и красивым женщинам не выжить, таким порочным красоткам, как она, тоже приходится несладко, а Чжоу И, при всей своей глупости, умудряется жить припеваючи?
Где же справедливость!
— Знай я это раньше, стоило бы отходить её посильнее…
— Довольно. Если бы ты нанесла ей серьезные травмы, у тебя самой возникли бы проблемы. Разве сейчас плохо? Тебе не нравятся такие глупцы, ты её побила, и тебе за это ничего не будет.
Физическая боль — это мелочи.
Сегодня было растоптано самолюбие Чжоу И.
Сейчас Чжоу И ещё не сломалась окончательно лишь потому, что держится на обиде к Юань Ханю.
Когда Чжоу И узнает, кто она на самом деле… Е Сяоциун подняла голову. Вот тогда Чжоу И будет разгромлена окончательно.
Хэ Шиюань кивнула:
— Ощущения были и впрямь отличные. Было бы здорово найти повод ударить её еще разок.
Избить человека прилюдно и не попасться, да еще так, чтобы жертва сама тебя выгораживала — кто поверит, если рассказать?
— Госпожа Е, теперь нам остается только ждать, пока этот тип по фамилии Юань продаст дом?
— Мм, мы должны организовать для него подходящего покупателя.
Кто же этот подходящий покупатель?
Разумеется, человек, подосланный Е Сяоциун.
Как и те двое «телохранителей» Хэ Шиюань, которых можно нанять за гроши. Найдется человек, который выкупит дом для Е Сяоциун. Деньги будут выплачены, но посмеет ли Юань Хань потратить их на себя? Он тут же отдаст их Хэ Шиюань.
Деньги сделают круг, и Е Сяоциун, не неся по сути никаких реальных затрат, вернет себе родовое имущество, когда-то обманом отобранное семьей Юань.
Потери Юань Ханя будут огромны: помимо дома, ему придется опустошить все закрома своей семьи.
Е Сяоциун думала о том, чтобы вернуть дом официальным путем.
Когда родовое имущество возвращали, она и Юань Хань уже были в браке, и дом оформили на оба их имени.
Мать Юань, переехав в дом, целыми днями изводила всех своим недовольством, жалуясь, что живет в доме невестки и что люди будут смеяться над Юань Ханем, называя его приживалой. В конце концов, ради мира в семье, дом переписали на имя матери Юань. Всё это было плодом безрассудства Е Сяоциун в те дни; теперь же, когда пелена спала, а слезы высохли, ничего уже нельзя было изменить.
Возвращение родового имущества таким способом не только не повлечет за собой последствий, но и, когда правда выйдет наружу, члены семьи Юань наверняка просто лопнут от злости.
Та, над кем они когда-то безнаказанно издевались, теперь обвела их вокруг пальца.
Видеть их панику.
Видеть их страх.
И видеть, как они харкают кровью от досады — разве это не весело?
Она ждала так долго, что подождать еще два-три дня для неё не составит труда!
***
— Порой я даже восхищаюсь Чжоу И. Другие не остановятся, пока не расшибут лоб о стену, а она врезалась в неё и даже боли не почувствовала!
Даже сейчас Чжоу И не желает связываться с семьей.
Неужели она думает, что справится сама?
Эта девица совершенно не осознает пределов своих возможностей!
На эти колкости Ся Сяолань Чжоу Чэну было решительно нечего ответить.
Неужели она и впрямь его двоюродная сестра?
Если бы Чжоу И не была так похожа на Вэнь Банга и Цзян Хун, Чжоу Чэн заподозрил бы, что тогда в больнице его тетушка родила другого ребенка, а детей перепутали. Когда он поделился этими мыслями со Сяо Лань, Ся Сяолань рассмеялась так сильно, что едва не согнулась пополам.
— Какой же у меня милый мужчина!
— Твой мужчина не просто милый.
Чжоу Чэн обнял её за талию, притягивая к себе. Ся Сяолань приблизила лицо к его уху, и Чжоу Чэн уже решил, что сейчас получит поцелуй, но Ся Сяолань лишь коварно усмехнулась и прошептала:
— Ты на время смотрел? Обнимаешь меня так… не боишься, что дядя Тан вернется и снова нас застукает?
Этого он и вправду немного опасался.
Мэр Тан появлялся и исчезал словно призрак; не имея никакой подготовки, он стал настоящим профессионалом в искусстве маскировки.
И не важно, рабочее ли сейчас время — он мог нагрянуть в любой момент. Иногда он возвращался за документами — Бог весть почему мэру нужно было лично заезжать за ними домой, но это явно походило на тотальную слежку.
Чжоу Чэн с неохотой отпустил её:
— Нам и впрямь нужно обзавестись собственным жильем в Пэнчэне.
В Пекине они купили немало недвижимости.
Но те сыхэюани были приобретены по совету Сяо Лань исключительно ради инвестиций, и сейчас почти все они были сданы ею в аренду.
При упоминании дома у Ся Сяолань сразу загорелись глаза. Она выпрямилась на диване и потянула его за руку:
— Тогда пойдем со мной в компанию, посмотрим макеты новых застроек. Какой этаж тебе нравится, какая планировка, на какую сторону должны выходить окна… Давай выберем вместе?
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
