— Господин Монд, вы — известный архитектор, у которого стоит поучиться новичкам. Вы достигли выдающихся успехов в области архитектуры и являетесь для меня образцом для подражания. Такому студенту, как я, было бы крайне сложно пересечься с архитектором вашего уровня. Если бы мне не выпала честь учиться в течение года вместе с вашей дочерью, подобная встреча была бы почти невозможна. Сейчас я стою всего в нескольких метрах от вас, но на самом деле между моей нынешней позицией и тем статусом, который вы обрели за годы упорного труда, пролегает расстояние от Китая до Америки. Это разница между китайскими архитектурными кругами и мировым архитектурным мейнстримом. В архитектурной среде Китая я — никто, так как же я могу сравниться с вами, лауреатом Притцкеровской премии?
Ся Сяолань прямо посмотрела на Монда Доусона.
Перед Мондом лежали два портфолио с работами, которые он еще не начинал пролистывать.
Однако те экземпляры, что Эрик раздал присяжным, члены коллегии уже изучали.
Эстетический вкус присяжных в вопросах архитектуры был не выше, чем у толпы, дежурившей у здания суда. Все они не были профессионалами и могли оценивать работы лишь с точки зрения обывателя.
Шелест… шелест… шелест…
Это был звук перелистываемых страниц из плотной мелованной бумаги с цветной печатью.
— Конечно, я не могу с вами сравниться, но я буду упорно работать в этом направлении. Мне всего двадцать два года, и то, что сейчас я уступаю вам — совершенно естественно. К тридцати двум или сорок двум годам я, возможно, буду достойна вести с вами диалог на равных… при условии, что у меня будет этот шанс, и я не буду изгнана из международного архитектурного сообщества из-за чьей-то клеветы!
— В этом деле о нарушении прав самое ироничное не то, как ответчик меня очерняет, а то, что в США, стране, провозглашающей равноправие, всё еще находятся люди, готовые вынести мне приговор, основываясь лишь на стереотипах!
— Внешность дана родителями. И то, что она случайно совпала с эстетическими предпочтениями части людей, не означает, что я не должна прилагать усилий.
— Я китаянка, но это не значит, что мой интеллект должен быть ниже, чем у других. Скольких американцев вдохновила «американская мечта»? У каждого есть шанс сотворить чудо. Почему же, когда китаец проявляет себя чуть более выдающимся образом, это сразу вызывает сомнения?
— Нападать на женщину, используя её личную жизнь — самый бесстыдный и подлый метод. Какой смысл заставлять свидетеля признаваться в суде, что я ему нравлюсь? Симпатия не означает вожделение, как не означает и то, что человек должен утратить элементарные моральные принципы и давать ради меня ложные показания!
— Эти слова я уже произносила утром у ворот суда. Я надеюсь, что люди, которые дежурят там и с живым интересом следят за этим процессом, смогут стать хорошими «судьями». Чья работа лучше, у кого больше способностей для реализации «проекта реконструкции театра» — я надеюсь, что господа присяжные примут участие в этой оценке. Ваше признание, возможно, не определит исход дела, но я верю, что у вас будет собственное суждение!
— Что же касается господина Монда Доусона, то, судя по вашему крайне профессиональному взгляду, кто из нас двоих, я или Лиса, обладает бóльшими способностями? Если Лиса уступает мне, зачем бы мне понадобилось присваивать работу женщины-архитектора, чьи способности и уровень ниже моих?
— Говорят, именно господин Монд выразил сомнения перед экспертным советом AIA по премии «Сверхновая звезда». Вы утверждали, что беседовали с ответчиком, мисс Лисой, на строительной площадке театра. Неужели одной беседы вам хватило, чтобы признать Лису автором проекта?.. Можете ли вы поклясться своей репутацией, что способны на беспристрастную оценку? Видели ли вы своими глазами, как ответчик создавала этот проект?
В рядах присяжных поднялся гул.
Наконец, один из присяжных произнес:
— Я считаю, что Монд должен ответить на её вопросы.
— Монд должен вынести суждение прямо здесь, в суде.
— Она имеет право требовать этого от него.
Члены коллегии присяжных не имели юридического образования. Это были люди разных возрастов, мужчины и женщины, выбранные случайным образом из числа обычных граждан.
Говорят, что система присяжных в англо-американской правовой семье затягивает судебные процессы и противоречит принципу эффективности судопроизводства в современном обществе. А из-за отсутствия юридических знаний присяжные основывают свои выводы не на строгой логике, а на так называемом «чувстве социальной справедливости»… Именно поэтому Лиса так стремилась создать нужный информационный фон в прессе.
Трудно сказать, насколько этим присяжным успели «промыть мозги» новости еще до того, как их отобрали для процесса.
Если судья признает правоту Ся Сяолань, а присяжные не согласятся, этот процесс превратится в затяжную войну.
Систему присяжных постоянно критикуют, но продолжают использовать, потому что эти случайно выбранные люди эффективно предотвращают злоупотребление судейской властью. Временный характер, случайный выбор и последующая изоляция — вот базовые правила коллегии. Такая система также эффективно предотвращает коррупцию в судебной системе… Бесполезно подкупать только судью: если приговор будет слишком абсурдным, присяжные станут последней линией обороны!
Любой перекос в правосудии, который звучит странно, наверняка является несправедливым, и присяжные могут подать голос!
Попытки вызвать жалость у присяжных, конечно, приносят очки сочувствия, но такая уверенность и самообладание, которые демонстрировала Ся Сяолань, также способны вызвать уважение.
Тот, кто совершил дурной поступок, будет чувствовать вину, нервничать, блефовать и вести себя агрессивно.
Присяжные, пройдя через утренние и дневные слушания, уже составили собственное мнение.
Они требовали, чтобы Монд ответил на вопросы!
Неужели так называемые профессиональные барьеры действительно настолько непреодолимы?
Им хотелось увидеть, окажется ли выбор, сделанный глазами обычных людей, диаметрально противоположным выбору лауреата Притцкеровской премии… Ся Сяолань, китайская студентка, настояла на суде в США, и столько американских свидетелей выразили готовность дать показания в её пользу — не могли же они все быть подкуплены.
Свидетельствовал партнер фирмы GMP.
Свидетельствовал старший студент из Корнелла.
Свидетельствовал профессор из Корнелла.
Свидетельствовал богатый миллионер.
В сравнении с этим, свидетели Лисы выглядели довольно слабо.
Миссис Уилсон даже не успела сказать многого, как её показания были разбиты появлением в суде Харолда.
Перед судьей также лежали два открытых портфолио.
— Господин Монд Доусон, пожалуйста, ответьте на вопрос истицы и, как профессионал, вынесите собственное суждение.
Судья не только велел Монду определить, чьи работы выполнены на более высоком уровне, но и распорядился передать ему оригиналы эскизов, предоставленные Ся Сяолань и Лисой.
Поскольку время создания обеих рукописей было слишком близким, техническая экспертиза затруднялась определить, какая из них была создана раньше.
А что скажет профессионал?
Сможет ли Монд Доусон судить по логике самого дизайна?
Между оригиналом и копией всегда есть разница, и распознать её под силу только мастеру.
Если Монд Доусон не сможет вынести решение, суду придется обращаться к другим выдающимся архитекторам. Конечно, он мог бы отказаться от оценки или дать заведомо ложное заключение, но тогда ему оставалось бы лишь молиться, чтобы Лиса и впредь «создавала» бесконечный поток хороших работ, а Ся Сяолань навсегда пала духом и больше ничего не проектировала… Иначе это станет слишком болезненной пощечиной.
Какой выбор сделает Монд?
Ся Сяолань с улыбкой смотрела на него.
Всё это молчание в течение последних дней было нужно ради этого момента — ради этого шах и мата!
Она даже боялась, что Монд не согласится быть свидетелем Лисы.
К счастью, Монд всё же пришел.
Рискнет ли Монд репутацией, чтобы обелить Лису и окончательно уничтожить Ся Сяолань, или предпочтет вовремя остановиться и нажать на тормоза?
Монд, наконец, протянул руку и открыл лежащие перед ним портфолио. В зале суда воцарилась тишина, никто не смел его беспокоить… В глубине души он наверняка страдал: он уже давно видел работы Ся Сяолань, но сейчас был вынужден делать вид, будто видит их впервые!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
