Когда пришли результаты теста ДНК, нужно было сообщить Чжоу Чэну.
— На следующей неделе я приеду на остров Цюн!
— Хорошо, я буду тебя ждать.
— Дядя Тан на словах ничего не сказал, но я знаю, что он тебе очень благодарен…
Чжоу Чэн не стал задирать нос.
Будучи зятем, о какой благодарности может идти речь? Лишь бы тесть проявил снисходительность и хоть пару раз ему улыбнулся.
Когда он повесил трубку, Пань Баохуа поддразнил его:
— И чего ты так боишься мэра Тана?
— Сань-гэ, ты не понимаешь. Это не страх перед тестем, это когда любишь кого-то, любишь и всё, что с ним связано. Любишь жену — уважаешь её отца… Сань-гэ, когда женишься, сам это почувствуешь.
Пань Баохуа был категорически не согласен. Разве плохо быть холостяком? С чего это он вдруг решит жениться?
К тому же у него было обещание, данное сестрёнке Цзянь Янь: пока она не найдет своё пристанище, он останется для неё запасным вариантом!
У старых друзей детства всё же сохранились чувства, поэтому Чжоу Чэн позвонил Шао Гуанжуну:
— Ты уже знаешь о деле Сяо Юй?
— Знаю, невестка Сяо Лань мне рассказала…
Голос Шао Гуанжуна звучал подавленно.
Чжоу Чэн прервал его:
— А сам ты что об этом думаешь?
— Чэнцзы-гэ, ты думаешь, сейчас важно, что я думаю? Всё испорчено, я сам всё испортил. Я был слишком самонадеян и недооценил реакцию родных! Но я правда не могу с этим смириться. Я уже купил билет на самолет и вечером буду в Пэнчэне… Я хочу увидеть Сяо Юй.
Если Сяо Юй — племянница мэра Пэнчэна, примет ли её теперь семья Шао?
Нет, как раз подтверждение этого родства и станет окончательным смертным приговором отношениям Юй Ли и Шао Гуанжуна!
У матери Шао Гуанжуна могло быть всего два варианта реакции. Первый — настоять на своем и наотрез отказаться принимать Сяо Юй, чтобы люди не обвинили её в корысти. Второй — дать себе пощечину, изменить отношение к Юй Ли и одобрить её общение с Шао Гуанжуном, вплоть до женитьбы.
С характером Юй Ли в первом случае она ни за что не осталась бы с Шао Гуанжуном.
А во втором случае всё было бы ещё хуже. Такие непостоянные родственники не были нужны ни Тан Хунэну, ни самому Чжоу Чэну.
У любого человека или семьи бывают взлеты и падения.
Если семья Шао примет Сяо Юй только из-за её семейного положения, то стоит её «опоре» столкнуться с трудностями, как Сяо Юй снова окажется в немилости и будет отвергнута?
Чжоу Чэн тоже считал, что Шао Гуанжуну не повезло: даже если семья Шао теперь изменит своё отношение, никто не сможет с уверенностью сказать, произошло это из-за самой Сяо Юй или из-за Тан Хунэна.
Чжоу Чэн в какой-то мере понимал ход мыслей Тан Хунэна: в мире полно хороших мужчин, зачем девушке зацикливаться на ком-то одном?
Даже он, будучи всем сердцем предан Сяо Лань, до сих пор не заслужил благосклонности тестя. А поездка Шао Гуанжуна в Пэнчэн — это, по сути, тупик.
— Гуанжун, удачи тебе.
Шао Гуанжун горько усмехнулся. Удачи?
Поистине «удача». Разве может он винить судьбу за то, в какой семье родился?
Это было бы слишком бессовестно.
Какой бы неправой ни была его мать, она вынашивала его десять месяцев и дала ему жизнь.
Если уж ему «не повезло» с рождением, то другим и вовсе жить не стоит!
Повесив трубку, Шао Гуанжун начал собирать вещи в аэропорт, но, подумав, решил заехать к матери на работу.
— Как вы и хотели, между мной и Сяо Юй практически всё кончено. Сейчас я собираюсь в Пэнчэн, чтобы увидеться с ней. Не для того, чтобы умолять её остаться со мной — я знаю, что это ни к чему не приведет, — но я должен совершить эту поездку. Я начал заводить подружек еще в школе и когда-то очень гордился этим, считая себя таким свободным и раскованным. Только сейчас я понял, каким же я был кретином!
И вот теперь, в двадцать шесть лет, встретив девушку, с которой захотелось остепениться, он сам же всё и разрушил.
Разве он не заслужил этого?
Мать Шао была в недоумении.
— Что ты опять устроил на ровном месте? Я думала, эта Юй Ли перевела мать из столицы, чтобы порвать с тобой все связи. Оказывается, это был такой хитрый маневр?!
На вид была такая скромная девчонка, а на деле оказалась такой пройдохой.
Всего девятнадцать лет, а вертит её сыном как хочет.
Неужели её собственный сын — дурак? Имел столько подружек и всё равно попался на женскую удочку!
— Вы не ошиблись, мы прекратили общение. Просто Юй Ли нашла своих родных, и я еду её поздравить.
Мать Шао не понимала.
Шао Гуанжун усмехнулся:
— Кто бы мог подумать, как тесен мир. Оказывается, мать Юй Ли — это младшая сестра мэра Тана, пропавшая много лет назад. Мэр Тан искал её долгие годы и лишь на днях нашел их обеих.
Мать Шао замерла, а затем её лицо исказилось от гнева:
— Ты думаешь, я была против ваших отношений только потому, что у неё не было дяди-мэра?
— …Нет. Вы были против Сяо Юй, потому что считали её мать обузой. Вы думали, что обремененная такой ношей Сяо Юй должна была быть «послушной», склонить голову, согнуть спину и всячески заискивать перед вами, лишь бы попасть в семью Шао. Вам всё равно, кто станет моей женой, ведь «жена» для вас — лишь приложение ко мне. Будь то Юй Ли или Тунь Лили — неважно.
Но он не хотел себе «приложение». Ему не нужна была «добродетельная жена и мудрая мать», которая просто идеально вела бы хозяйство, избавляя его от лишних забот. Он хотел привести в дом женщину, которую любит.
Какое еще хозяйство?
Большую часть работы «добродетельной жены» может выполнить и домработница. Так почему бы ему тогда просто не жениться на домработнице!
Мать Шао пришла в ярость:
— Да, я не согласна! Она не соответствует моим стандартам невестки, и даже если её дядя — мэр, я всё равно не соглашусь!
— Вы ошибаетесь.
Шао Гуанжун серьезно посмотрел на неё:
— Теперь, даже если вы согласитесь, мы всё равно не будем вместе. Поэтому я и сказал: всё вышло так, как вы желали.
Бросив эти слова, он лихо развернулся и ушел, оставив мать в бешенстве.
Разве это сын?
Настоящее наказание.
Она и впрямь не ожидала, что у Юй Ли внезапно объявится дядя-мэр.
Конечно, даже знай она об этом заранее, она всё равно не сочла бы Юй Ли подходящей невесткой для семьи Шао… Разве что вела бы себя осторожнее и не пошла бы к Юй Ли напрямую, доводя ситуацию до такого позора.
После разговора с Шао Гуанжуном на душе у матери Шао стало скверно.
К тому же это был не просто какой-то мэр, а Тан Хунэн.
Кто же не знает, что старик Сун ценит Тан Хунэна? Сейчас он мэр Пэнчэна, но, возможно, скоро пойдет на повышение.
Чем больше мать Шао думала об этом, тем сильнее росло её беспокойство!
……
Лю Фэнь потащила Юй Ли по магазинам и накупила ей кучу одежды.
Перед уходом Тан Хунэн дал ей свои наставления, так что Юй Ли не стала отказываться.
Чувство, когда о тебе заботится старшая женщина — почти как мать, — было для неё непривычным, но очень приятным.
Когда они с Лю Фэнь вернулись с покупками, то обнаружили, что все уже собрались, в том числе и дядя Лю Юн, приехавший с острова Цюн.
— Господин Лю…
— Какой еще «господин Лю»! Обычно ты такая сообразительная девочка, а сейчас вдруг поглупела!
Лю Юн и Тан Хунэн сейчас были в прекрасных отношениях. Тан Хунэн нашел сестру и племянницу, и Лю Юн был искренне рад за своего зятя-мэра. Раньше он боялся напугать Сяо Юй, но теперь, когда отчет о тесте ДНК подтвердил родство на сто процентов, Лю Юн примчался в Пэнчэн, чтобы присоединиться к общему веселью.
Как выразился сам Лю Юн, пришло время Сяо Юй познакомиться с родней!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
