Прибыль, которую бренд Luna заработал в прошлом году, нельзя было использовать для выплаты дивидендов.
Ся Сяолань не могла разорваться на части, поэтому ей оставалось только отправить Чэнь Силиана в Гонконг для переговоров о сериале.
Беспокойство Юй Шихуа было вполне обоснованным — Ся Сяолань и впрямь проявляла большой интерес к рынку Гонконга. На материке после выхода телесериала многие размахивали пачками денег, желая присоединиться к франшизе Luna. Посоветовавшись с Чэнь Силианом, Ся Сяолань пришла к выводу, что бесконтрольное увеличение числа магазинов Luna не пойдет на пользу. Хотя политика реформ и открытости шла уже девятый год, многие города все еще оставались без особых изменений.
Откуда взяться большому числу потребителей в таких захолустьях?
Если открывать по магазину Luna в каждом городе, можно было бы грести вступительные взносы лопатой, но если франчайзи не смогут окупить свои вложения, это ударит по репутации бренда, что вредно для долгосрочного развития Luna.
После обсуждения Ся Сяолань и Чэнь Силиан решили, что на данный момент лучше всего ограничить общее число франчайзинговых магазинов Luna полутора сотнями.
У съемок телесериала было еще одно преимущество. Обычная реклама: показали — и все, нужно снова покупать эфирное время у телеканала.
А если сериал хороший, телеканалы сами будут его крутить повторно!
Пусть даже не по центральному телевидению, повторы на провинциальных каналах — это тоже неплохо.
Этот сериал был создан специально под бренд Luna, и его рекламный эффект был долгоиграющим.
Если сначала как следует наладить работу этих ста пятидесяти магазинов, то за будущее бизнеса можно не переживать.
Избыточный рекламный эффект можно было направить только на окраины материка, поэтому попытка запустить сериал в Гонконге была своего рода разведкой местного рынка.
Бренд женской одежды, популярный на материке, в Гонконге мог не прижиться из-за разницы в менталитете и вкусах.
Любой бизнес расширяется постепенно, методом проб и ошибок.
Даже если в Гонконге их ждала неудача, это стало бы ценным уроком не только для Чэнь Силиана, но и для Ся Сяолань. В случае провала они ничего бы не потеряли.
В делах Luna Ся Сяолань могла лишь задавать общее направление. Она не поехала в Гонконг лично, потому что в Пэнчэне у нее оставались другие дела — если на рынке женской одежды она застала Юй Шихуа врасплох, то в сфере электронных словарей у «Вэньцюйсин» появился серьезный конкурент.
Ничего не поделаешь — слишком уж гладко шло развитие «Вэньцюйсин».
С февраля прошлого года, после выхода рекламы, «Вэньцюйсин» словно запрыгнул на подножку экспресса, несущегося на полной скорости.
За год, прошедший с того момента, «Вэньцюйсин», используя каналы книжных магазинов «Синьхуа», распродал почти двести тысяч экземпляров!
Живых денег Ся Сяолань видела немного: вся прибыль уходила на расширение производства.
Однако столь внушительные объемы продаж заставили других тоже обратить внимание на эту пустующую рыночную нишу.
Еще до наступления Нового года одна гонконгская компания выпустила свой электронный словарь под названием «Куайитун», составив прямую конкуренцию «Вэньцюйсин»… Сюй Цзин тоже не смел недооценивать противника. Каким бы талантливым он ни был, в конечном счете он действовал в одиночку. Посоветовавшись с Ма Хаем, они вдвоем решили, что помимо максимально быстрого захвата рынка необходимо обеспечить высокую скорость разработки новых моделей.
Раз уж «Вэньцюйсин» стал первым в Китае производителем электронных словарей, он должен сохранять позицию лидера и не позволять конкурентам обходить себя в плане технологий —
— Для этого потребуются огромные вложения в исследования и разработку.
Ся Сяолань дала такой ответ, изучив планы этой двойки.
Сюй Цзин немного засомневался:
— Госпожа Ся, я понимаю, что в краткосрочной перспективе это скажется на вашей личной прибыли, но в долгосрочной это определенно пойдет на пользу!
Ся Сяолань кивнула:
— Я не против этого. Я имею в виду, что раз уж вы собираетесь так много вкладывать в разработку, неужели вы ограничитесь только электронными словарями? Подумайте хорошенько: технологический барьер для электронных словарей не так уж высок, и «Куайитун» точно не единственный конкурент. Когда все бросятся разбирать этот пирог, куда тогда подастся «Вэньцюйсин»?
— Это верно. Не только гонконгские компании, но даже отечественные заводы собираются запускать подобные проекты.
Ма Хай был полон тревоги.
В свое время они с Сюй Цзином из кожи вон лезли, чтобы обойти иностранные патенты.
Если же за дело возьмутся внутри страны, на патенты никто и смотреть не станет. Раз не могут получить зарубежные технологии, то просто разберут «Вэньцюйсин» на части и изучат его.
Сюй Цзин и Ма Хай ничего не могли с этим поделать, да и Ся Сяолань оставалось лишь бессильно наблюдать со стороны.
У Ся Сяолань не было претензий ни к финансовому отчету за прошлый год, ни к тому, что Сюй и Ма вкладывали большую часть прибыли в разработки. Однако смогут ли они выпускать что-то, кроме электронных словарей, зависело только от их собственной сообразительности.
По мнению Ся Сяолань, при наличии достаточной технологической базы производить можно было все что угодно.
Неужели они удовлетворятся продажей одних лишь электронных словарей?
Разве «Ляньсян» не начинала с продажи собранных компьютеров? Не имея собственных технологий, она смогла раскрутить бренд на одной лишь сборке.
Сначала электронные словари, потом компьютеры, затем мобильные телефоны — Сюй Цзину и Ма Хаю было где развернуться.
Если они «погибнут» на пути предпринимательства, Ся Сяолань останется лишь порыться в своей памяти и посмотреть, не пора ли инвестировать в других будущих гигантов… Впрочем, пока у Ся Сяолань таких мыслей не было. Все зависело от случая: если судьба сведет ее с кем-то из них, она не прочь будет вложить в них деньги.
Но нести деньги будущим заправилам, чтобы стать их «младшим братом» — извините, нынешняя Ся Сяолань уже не могла так унижаться. Когда дует попутный ветер, даже свинья взлетит, а у нее теперь за душой уже есть кое-какой капитал, так неужели она станет ждать, что кто-то другой приведет ее к богатству?
Тем временем Ся Сяолань быстро договорилась, чтобы Юй Ли сопроводила Тан Юйжу в Гонконг.
В Пекине по делу Ши Сурон тоже вынесли окончательное решение.
На самом деле, за продажу Тан Юйжу Ши Сурон нельзя было приговорить к долгому сроку. Но Тан Хунэн и не собирался играть с Ши Сурон в благородство. Достаточно было поднять несколько старых грешков, которые она совершила вместе с Тан Сянчжуном в Юнани, чтобы Ши Сурон мало не показалось… Ей уже перевалило за пятьдесят, и приговор в пятнадцать лет означал, что если в семье Ши нет гена долголетия, то эта женщина, скорее всего, умрет в тюрьме от старости.
Ся Сяолань слышала от Лю Фэнь, что Тан Чунлэй отчаянно пытался связаться с Тан Хунэном, а Тан Жуоцзя написала ему множество писем.
Тан Хунэн игнорировал все звонки Тан Чунлэя — их перехватывал секретарь Лай.
Письма Тан Жуоцзя Тан Хунэн даже не читал — сжигал сразу после получения.
Тан Жуоцзя тоже не повезло. Изначально она хотела восстановить отношения со вторым дядей перед экзаменами Гаокао, надеясь получить помощь от Тан Хунэна.
Не предполагала она, что не только не наладит отношения, но и вытащит на свет такую «старую вражду». Учитывая стойкость Тан Жуоцзя, ее настрой перед Гаокао, скорее всего, окончательно рухнул.
Ся Сяолань, разумеется, не испытывала к ней ни капли сочувствия.
Была ли Тан Жуоцзя невиновна?
Под защитой Ши Сурон и Тан Сянчжуна Тан Жуоцзя, хоть и родилась в деревне, выросла в городе и совершенно не знала лишений.
Тан Хунэн не мстил ей, он просто игнорировал ее, не давая сбыться ее тщеславным надеждам… По сравнению с ней явно Сяо Юй пришлось куда тяжелее. Злодеяния супругов Ши Сурон и Тан Сянчжуна превратили половину жизни Тан Юйжу в трагедию!
Что касается переноса могилы Тан Сянчжуна, то Тан Чунлэй, взвесив все за и против, решил не беспокоить Тан Хунэна и сделал все сам.
Говорили, что когда Ши Сурон узнала о возвращении Тан Юйжу, она впала в неистовство. Ся Сяолань считала, что эта порочная женщина обязана жить дальше. Она разрушила жизнь Тан Юйжу, и теперь ей придется до конца своих дней в тюрьме время от времени слышать «хорошие новости» — Сяо Юй обязательно будет жить лучше, чем дети Ши Сурон, Ся Сяолань в этом не сомневалась!
Ся Сяолань собиралась на остров Цюн, и перед отъездом к ней пришла Бай Чжэньчжу:
— Сяо Лань, можно мне поехать с тобой? Мне нужно залечь на дно!
— Залечь на дно? Неужели Бай Чжэньчжу совершила что-то противозаконное?!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
