Гао Хуабинь невольно вздрогнул.
Он помнил этот голос!
Слегка одеревенело обернувшись, он и впрямь увидел знакомое лицо.
Тот шрам, рассекавший бровь надвое, — такое при всем желании не забудешь!
— Ты…
«Ты не подходи, слышишь!»
Гао Хуабинь был предельно настороже, опасаясь, что Пань Баохуа снова схватит его за горло — шея до сих пор нещадно болела, а голос при разговоре оставался хриплым.
Бай Чжэньчжу стояла рядом с Пань Баохуа и ни словом не возразила на его заявление.
Значит, этот свирепый тип и есть ухажер Бай Чжэньчжу?
Что ж, один лишен всякой женственности, другой — лютый громила, отличная парочка!
Гао Хуабинь по какой-то причине почувствовал себя рогоносцем. Не осмелившись перечить Пань Баохуа, он повернулся и принялся обвинять Чан Ин:
— Сестра Чан, вы же не говорили, что у Чжэньчжу есть парень! Раз у нее кто-то есть, зачем было устраивать мне смотрины? Так дела не делаются, это же издевательство! Вы обязаны мне все объяснить!
Соседи вовсю наблюдали за сценой. Семья Бай жила здесь много лет, все в округе знали друг друга как облупленных. Не успела Чан Ин и рта раскрыть, как кто-то из соседей уже вступился за нее:
— А ты, парень, тоже хорош! Жена Чжиюна же ясно сказала: вы с Чжэньчжу друг другу не подходите. Раз она тебе все объяснила, то вольна искать себе другого. Неужто после одного свидания она должна тебе верность до гроба хранить?
— Вот именно! Молодой человек, на дворе новое общество, старые порядки давно в прошлом!
— С виду такой видный малый, и чего привязался…
От этих едких замечаний соседей Гао Хуабинь густо покраснел.
Он умел пользоваться общественным мнением в своих целях, но не ожидал, что оно обернется против него самого и станет оружием в руках других.
Молодому человеку все же не хватало жизненного опыта. Он считал себя очень умным, но не подумал, где находится: семья Бай не была из тех скандалистов, которых ненавидит весь дом. С соседями они жили бок о бок годами, и те в подобный момент, конечно же, поспешили встать на их сторону.
Чан Ин тоже поспешила объясниться:
— Сяо Гао, после вашего свидания Чжэньчжу сразу была против. Это мы с бабушкой уговаривали ее попробовать пообщаться с тобой. Но у вас ведь толком ничего и не было! Не только я сказала тебе, что со смотринами покончено, но и твой поручитель с работы подтвердил это, верно? Если продолжишь так упорствовать, мы пойдем к твоему руководству и во всем разберемся. Моя Чжэньчжу с тобой в загс не ходила, помолвки никакой не было, она от тебя даже ни нитки, ни иголки не взяла — с чего бы ей нельзя было найти себе пару!
В голосе Чан Ин гнев смешивался с самобичеванием: как она могла сосватать золовке такого «Сяо Гао»?
Да еще и устроить сцену на глазах у Пань Баохуа! А ну как тот неправильно поймет Чжэньчжу!
На самом деле Чан Ин оправдывалась не столько перед соседями, сколько перед Пань Баохуа.
В конце она спросила Бай Чжэньчжу:
— Когда это вы с товарищем Панем начали встречаться? Ты не говорила невестке.
— …Да только что. Мы с Пань Баохуа поговорили и поняли, что подходим друг другу.
Бай Чжэньчжу заменила «подрались» на «поговорили».
Тут и крыть было нечем: пара только-только сошлась, а не крутила романы с двумя сразу!
Вопрос Чан Ин предназначался для ушей соседей — чтобы те знали, что ее золовка и Пань Баохуа только начали отношения.
Раздосадованный Гао Хуабинь хотел было вставить еще слово, но Пань Баохуа протянул руку и приобнял его за плечи:
— То, что тебе нравится Чжэньчжу, вполне естественно. Она такая замечательная, неудивительно, что у нее много поклонников. Но вот караулить ее у дверей — это неправильно. Пойдем, нам нужно потолковать в сторонке. Решим вопрос по-мужски.
Нет!
Ни в какую сторонку он не пойдет!
Гао Хуабинь отчаянно сопротивлялся, но силы были не равны, и Пань Баохуа, крепко сжав его плечо, повел его вниз по лестнице.
Соседи, глядя на это, одобрительно закивали: «Ох, а парень-то у Чжэньчжу что надо! Сам на рожон не лезет, но и перед трудностями не пасует. Как иначе семью-то содержать?»
Все принялись поздравлять Чан Ин и подшучивать над Бай Чжэньчжу.
Бай Чжэньчжу не чувствовала неловкости. Она ни во что не ставила Гао Хуабиня и не считала, что их решение с Пань Баохуа сойтись кого-то ущемляет.
Поблагодарив соседей, Чан Ин затащила Бай Чжэньчжу в квартиру:
— Вы правда встречаетесь?
— А разве в таком лгут?
— Ну и хорошо, ну и ладно… Я к тому, что это замечательно. Встречайтесь на здоровье, у тебя глаз вернее, чем у меня.
Больше Чан Ин ни о чем не спрашивала.
Честно говоря, Бай Чжэньчжу стоило лишь привести в дом мужчину, и, если бы тот не был преступником, семья Бай, скорее всего, приняла бы его… Тем более тот, кого она нашла сейчас, превзошел все их самые смелые ожидания.
Чан Ин могла лишь радоваться!
Да и что тут еще скажешь?
Меньше чем через двадцать минут Пань Баохуа поднялся обратно.
Чан Ин не знала, как к нему обращаться: называть «Пань Баохуа» уже не с руки, не звать же его «командир Пань»?
— Невестка, зовите меня просто по имени, для того они и даны. Кстати, мы с Сяо Гао отлично побеседовали. После недолгих раздумий он осознал свои ошибки и решил забыть о смотринах. Больше он ни перед Чжэньчжу, ни перед вами не появится. Мне показалось, он парень понятливый, так что я его отпустил.
Пань Баохуа говорил непринужденно, но Чан Ин верила ему лишь наполовину.
Этот Сяо Гао прицепился к ним как банный лист, неужели он так легко сдался?
Но потом она подумала: для таких простых людей, как она, подобный тип — сплошная головная боль.
А для Пань Баохуа он наверняка пустое место!
Кто знает, сколько опасных заданий он выполнил? Разве может Гао Хуабинь сравниться с врагами, вооруженными до зубов?
Вчера он пришел в дом как сослуживец Чжиюна и друг Бай Чжэньчжу.
Сегодня он снова пришел как сослуживец Чжиюна, но стал уже парнем Бай Чжэньчжу.
Отношение к Пань Баохуа в семье Бай мгновенно взлетело до небес.
О неприятном Сяо Гао больше не вспоминали. Бабушка Бай окружила Пань Баохуа заботой, расспрашивая обо всем на свете. А он поймал себя на мысли: кажется, у него не будет проблем с тестем?
Для него это было удачей, но для Чжэньчжу — печалью, ведь ее родителей давно не было в живых.
Бай Чжэньчжу немного растерялась, заметив, как нежно Пань Баохуа вдруг посмотрел на нее.
«Ладно, раз уж я согласилась развивать наши чувства, надо ответить ему взаимностью».
И Бай Чжэньчжу тоже улыбнулась Пань Баохуа.
Видя такую «любовь», бабушка Бай и Чан Ин были вне себя от радости.
А имело ли значение, как именно Пань Баохуа «потолковал» с Гао Хуабинем, вытащив его на улицу?
На самом деле Пань Баохуа совершенно искренне «поблагодарил» Сяо Гао: без этой приставучей липучки у них с Чжэньчжу все не закрутилось бы так быстро.
…Таможня Лоху.
Ся Сяолань в который раз заверяла Тан Хунэна:
— Дядя Тан, эта девчонка Сяо Юй просто разрыдалась от счастья, это и правда добрые вести. Мы с мамой сначала поедем в больницу, а вы в Пэнчэне не волнуйтесь.
Тан Хунэн не мог поехать в Гонконг просто по своему желанию.
В отличие от Ся Сяолань, которая могла сорваться в любой момент, Тан Хунэн в этом плане обладал даже меньшей свободой, чем Лю Фэнь.
Поэтому на этот раз Ся Сяолань и Лю Фэнь отправились первыми, чтобы все разузнать.
Тан Хунэн пребывал в смятении.
Он знал, обязательно должны быть хорошие новости. Судьба не может вечно терзать одного несчастного человека; отнимая что-то одно, она обязательно должна даровать надежду.
— Хорошо, вы поезжайте. Если представится возможность, я тоже выберусь.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
