Кан Вэй слушал, и ему всё было мало.
То, что знала Ся Сяолань, он не знал.
Он помнил, как Чжоу Чэн раньше говорил, что Ся Сяолань очень способная. На бизнес с магазином одежды Кан Вэй смотрел свысока, но вот эта сфера строительных и отделочных материалов и те перспективы, о которых рассказывала Ся Сяолань, его поразили. Разве должна это знать восемнадцатилетняя деревенская девушка? Неужели будущие студентки настолько сильны?
Да что там будущие студентки, даже те, кто уже закончил университет и работал, не были такими способными, как Ся Сяолань.
Взять того же Гун Яна, который рисовал чертежи: все его мысли были написаны на лице, даже Кан Вэй видел его насквозь. Он тоже не мог сравниться со «зрелостью» Ся Сяолань. Зрелость мышления была пугающей. Кан Вэй был поражён красотой Ся Сяолань, но понимал, что не смог бы обуздать такую оборотниху, у которой и мозги, и лицо были на высоте. Такую оборотниху мог прибрать к рукам только Чжоу Чэн. И если кто-то посмел бы сказать, что они не пара, созданная на небесах, Кан Вэй первым бы его придушил!
— Пошли, поедим баранины.
Чжоу Чэн открыто держал Ся Сяолань за руку.
Обед у всех был скромным, так что сейчас все проголодались. Запах жареной баранины витал над всем расположением полка. Солдаты двух других батальонов до смерти завидовали первому батальону. Комбат первого батальона Чжоу слишком уж умеет выбирать себе пару. Зато комбат второго батальона Фан хвастался вовсю и очень важничал после удачного сватовства, но его девушка даже в грош не ставила солдат второго батальона.
Кое-кто втайне поговаривал, что Гао Фэй даже комбата Фана особо ни во что не ставит.
Каждый раз, когда она приезжала в часть навестить его, она так и вилась вокруг Чжоу Чэна. Неужели они думают, что все ослепли?
В первом батальоне все, от высших чинов до рядовых, были очень рады. Еще не стемнело, а костер уже разожгли. Все жареные бараны были для них, а есть жареную баранину, сидя у костра, было невероятно атмосферно. Когда Чжоу Чэн, ведя за руку Ся Сяолань, тоже сел, все заулыбались.
— Невестка, спасибо вам большое!
— Наша невестка — самая лучшая, ха-ха-ха!
Ся Сяолань определенно пользовалась самой большой популярностью, с которой даже Чжоу Чэн не мог сравниться.
Они ели баранину и смеялись, а у людей из других батальонов глаза краснели от зависти.
Пригласили и руководство полка. В комнате командира полка всё ещё стоял чай Синьян Маофэн, присланный Ся Сяолань, который Чжоу Чэн передал ему. Он еще не допил этот чай, так разве могло у него быть плохое отношение к Ся Сяолань?
Командир полка сказал только одно: в следующий раз не стоит так привлекать внимание.
— Беда не в том, что мало, а в том, что распределено неравномерно. В этот раз я поблагодарю тебя от имени всех!
Ся Сяолань очень смутилась и сказала, что армия и народ — одна семья, и что она просто в порыве чувств захотела проявить заботу. Если человек любит искренне, неважно, мужчина это или женщина, он любит тратить деньги на свою вторую половинку. Чжоу Чэн не нуждался в деньгах, поэтому Ся Сяолань потратила их таким образом.
— Товарищ командир полка, я доставила всем хлопот, извините.
Командир полка громко рассмеялся:
— У меня язык не повернется говорить о хлопотах, пока я ем присланную тобой баранину.
Еда в армии была действительно не очень жирной. Ся Сяолань в присутствии командира не стала обещать, что больше не будет доставлять хлопот — ей было жаль своего парня. Чжоу Чэн даже к поеданию рыбы относился с разбором, и она не знала, как он обычно ест армейскую еду.
Чжоу Чэн, конечно, всё ел, но Ся Сяолань как любящая девушка переживала и решила, что в будущем будет чаще отправлять в часть посылки.
Кроме офицеров полка, пришли и комбаты двух других батальонов. У комбата Фана на душе было скверно, но приходилось натянуто улыбаться. Гао Фэй не вышла есть баранину, и комбат Фан втайне велел связному отнести ей в комнату миску бараньего бульона.
Молочно-белый бульон пах свежестью и манил своим ароматом.
Он был украшен мелко нарезанным зеленым луком и выглядел очень аппетитно.
Как только связной, принесший бульон, ушел, Гао Фэй подняла руку и швырнула миску на пол. Испортив еду, она сама же почувствовала себя обиженной. Разве старине Фану не хватает этого куска баранины? Как он мог оставить её одну в комнате!
Какой еще бараний бульон? Это было явное бахвальство и насмешка той иногородней женщины над ней!
…
Эти шесть баранов порадовали весь полк.
Чжоу Чэн был доволен, и Ся Сяолань, естественно, тоже — значит, бараны были присланы не зря.
Однако сегодня ей нужно было возвращаться в город. После полудня настало время расставания, и обоим было очень грустно.
— В следующем месяце у тебя день рождения. Возможно, я не смогу приехать в Пекин, поэтому сегодня заранее поздравляю тебя с днем рождения!
Чжоу Чэн сжал руку Ся Сяолань:
— Побудь в Пекине еще пару дней. Послезавтра я возьму отгул на полдня, чтобы провести время с тобой. Без этих лишних людей, только мы вдвоем.
«Лишний» Кан Вэй был крайне недоволен.
Разве такие слова прилично говорить в его присутствии?
Ся Сяолань кивнула:
— Хорошо, я подожду еще пару дней. Будет лучше, если послезавтра тебе дадут отгул. А если нет — ничего страшного. Когда я сдам экзамены и приеду в Пекин учиться, у нас будет много возможностей видеться.
Ся Сяолань, словно уговаривая ребенка, наконец заставила Чжоу Чэна отпустить её руку.
Никто не смеялся над Чжоу Чэном. Нелегко девушке из другой провинции проделать такой путь, чтобы навестить его в части. Многие тоже вспомнили о своих женах в родных краях. Солдаты защищают страну, но на какие жертвы идет каждая жена военного? Они видятся всего несколько дней в году. Редко бывая дома, даже дети перестают узнавать отцов!
Ся Сяолань пошла к воротам вместе с Кан Вэем, а Чжоу Чэн всё стоял на месте.
Командир полка незаметно подошел к Чжоу Чэну:
— В следующем году тебе уже исполнится положенный возраст? Я обещаю, что первым подпишу твой рапорт о женитьбе! Просто пусть она живет при части.
Жить при части?
Чжоу Чэн не стал объяснять.
Он был бы рад уже тому, что они в одном городе. Если Ся Сяолань будет учиться в университете, неужели он заставит её бросить учебу, чтобы она стала женой военного при части?
Хотя Чжоу Чэну очень хотелось видеть свою любимую каждую минуту, он знал, что Ся Сяолань не из тех женщин, что готовы быть лишь верными помощницами мужа. Для кого-то женщина — это «половина неба», но в сознании Ся Сяолань, вероятно, жило желание самой подпирать весь небосвод… Это не имело отношения к тому, сможет ли Чжоу Чэн обеспечить Ся Сяолань, всё зависело прежде всего от её собственного желания.
Об этом Чжоу Чэну было трудно говорить с командиром полка, который был старше его на десять с лишним лет и не понимал взглядов молодежи.
Ся Сяолань уехала, но о её визите с шестью баранами в подчинении Чжоу Чэна, вероятно, будут вспоминать еще несколько лет. Теперь все говорили, что у комбата Чжоу отличный вкус: его избранница не только красивая, но и наверняка из очень хорошей семьи.
Только связной Чжоу Чэна втайне сомневался. Он помогал отправлять посылки для Ся Сяолань, и адресом была деревня в провинции Юйнань.
Сейчас в деревнях живут такие богатые люди?
Невестка по одежде и манерам тоже на такую не похожа. Может, её семья выращивает овец? Воображение связного разыгралось. Теперь, даже если бы он пошел и сказал кому-то, что Ся Сяолань из деревни, никто бы не поверил. Гао Фэй, которую нашел комбат Фан, была из семьи с положением, значит, семья невестки точно еще знатнее!
Хм, всё равно их комбат круче и во всем превосходит комбата Фана.
Связной считал, что комбат Фан вечно придирается к Чжоу Чэну, и в нем совсем нет командирского великодушия.
Девушка, которую нашел комбат Фан, тоже была не очень: вечно вилась вокруг их комбата, а комбат Фан и слова ей не говорил. Если бы между их комбатом и Гао Фэй действительно что-то произошло, на что бы это было похоже… В армии репутация очень важна, разве можно заглядываться на чужую женщину?
К счастью, сегодня приехала невеста комбата Чжоу, которая во всем превосходила Гао Фэй, так что та наверняка оставит свои надежды.
Связной тоже извёлся от беспокойства.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
