В выходной Ян Юнхун так и не смогла уехать.
Более ста ли — что это за расстояние по меркам будущего? На машине можно доехать за час.
Но сейчас дорожные условия были далеко не такими хорошими. Чтобы преодолеть этот путь туда и обратно, Ян Юнхун пришлось бы потратить несколько часов. Она покинула дом и уехала в Пекин всего полмесяца назад и еще не успела так сильно соскучиться. В нескольких ли от полка инструкторов артиллерии находился деревенский рынок; после того как открыли баню, она с наслаждением вымылась, и прогулка по рынку в таком посвежевшем состоянии была сплошным удовольствием.
В этот выходной товары в армейском магазине были раскуплены в мгновение ока.
Опустошив магазин, первокурсники ринулись на рынок, что был в нескольких ли. Проголодавшиеся студенты в азарте скупали все съестное, что попадалось на глаза; при виде еды эта стая голодных волков смотрела так, что глаза у них едва не светились зеленым. У лотка с тушеной курицей на рынке птицу расхватывали прямо из котла, стоило ей только приготовиться. Позже хозяин даже посылал людей по округе скупать кур, чтобы тут же забивать их и тушить, и их разбирали еще до того, как мясо успевало как следует пропитаться соком.
Ся Сяолань не нужно было ничего отвоевывать — у нее ведь был Чжоу Чэн.
В любом случае их встреча на рынке напоминала явку подпольщиков: Чжоу Чэн передал ей сверток, и Ся Сяолань с улыбкой потащила тушеных кур обратно.
Три курицы на четверых?
Перед лицом гастрономического искушения Су Цзин еще не окончательно потеряла голову:
— Как тебе удалось их урвать?
— Ты пока об этом не думай, просто скажи: будешь есть или нет?
Су Цзин тут же отбросила лишние слова и оторвала куриную ножку.
— Лиминь, Сяо Янь, налетайте скорее, сегодня едим за счет нашей богатой подруги.
Четверо принялись увлеченно поглощать пищу. Две курицы исчезли незаметно, и Су Цзин предложила отнести оставшуюся Хуан Вэйвэй и другим девочкам:
— Ты купила слишком много, в такую жару испортится, лучше дать и им попробовать?
Кто же откажется от мяса? Аппетит у людей в это время был поразительный, так что последнюю курицу точно бы доели. Несмотря на близость с Ся Сяолань, Су Цзин знала меру: курицу купила Ся Сяолань, и было бы неправильно, если бы они втроем все съели сами. Разделив еду с другими, можно было постепенно и мирно развеять те странные слухи, что ходили о Ся Сяолань.
Так или иначе, за эти несколько дней Ся Сяолань довольно близко сошлась с девушками с архитектурного факультета, и в последнее время отзывы о ней были вполне положительными.
Нужно было продолжать в том же духе, стараясь окончательно влиться в коллектив и стать с ним одной любящей семьей!
Су Цзин верила, что Ся Сяолань по карману купить и десяток кур.
Но зачем нести в казарму столько?
Такая «щедрость» выглядела бы как хвастовство! Неужели студентки Хуацин, съев по кусочку курицы, тут же станут прихвостнями Ся Сяолань? В Хуацин такое попросту невозможно. Если бы Ся Сяолань так поступила, это, скорее всего, вызвало бы обратный эффект.
Генеральный директор Ся слегка покраснела. Какой бы умной ни была Су Цзин, она оставалась двадцатилетней девушкой; и то, что понимала Су Цзин, Ся Сяолань осознала лишь после того, как сама совершила ошибки.
На самом деле Ся Сяолань всё понимала. В прошлой жизни ей часто приходилось быть осторожной и осмотрительной. Просто в последнее время, зарабатывая огромные деньги и чувствуя, что может развернуться в 80-е годы по-крупному, она немного возгордилась и перестала уделять должное внимание тому, как выглядят её отношения с Чжоу Чэном со стороны.
— Милая Су Цзин, я знаю, что ты заботишься обо мне!
Ся Сяолань растроганно обняла подругу.
В прошлой жизни в студенческие годы она была зажатой, ей не хватало уверенности в общении с однокурсниками, и после выпуска у нее почти не осталось близких друзей. Только набив шишек на работе, она постепенно научилась ладить с людьми. Вырваться из деревенского круга было правильным решением: с точки зрения Ся Сяолань, платформа Хуацин и люди в этом кругу были действительно выдающимися. У каждого в комнате был свой характер, но в целом все старались подстраиваться и проявлять терпимость друг к другу.
Когда тушеную курицу принесли в часть, она, как и ожидалось, вызвала всеобщее одобрение.
Каждой досталось лишь по кусочку мяса, но главное — в большой компании такая еда кажется еще вкуснее!
Тренировочные дни тянулись медленно, а выходные пролетали мгновенно — и вот уже наступил новый день. Вероятно, решив, что студенты уже овладели базовыми навыками, сегодня командование назначило учебную задачу: «ползание по-пластунски».
Пришлось по-настоящему ползать по земле, преодолевая различные препятствия. На изучение правильных поз ушло почти полдня, и когда инструктор объявил проверку результатов, у многих лица вытянулись.
В целях безопасности на проволочном заграждении не было колючек, но оно висело слишком низко над землей, поэтому ползти можно было только низким ползком, буквально втискиваясь под препятствие.
Подумаешь, ползать, но ведь вся земля превратилась в сплошное месиво.
— Согласно учебным наставлениям, помните движения, которые вы отрабатывали на тренировке. Эту дистанцию с препятствиями каждый из вас в силах преодолеть!
Чжоу Чэн стоял по ту сторону заграждения. Ему приходилось следить за площадками и парней, и девушек, но когда настала очередь Ся Сяолань, он тут же переместился к ней. Эти слова прозвучали для всех девушек, но скрытую в них нежность могла понять только Ся Сяолань.
С тех пор как они во всем объяснились, Чжоу Чэн больше не избегал Ся Сяолань во время тренировок.
Им не обязательно было вступать в близкий контакт — в моменты, когда их взгляды пересекались, они обменивались понимающими, душевными улыбками.
В любом случае посторонние ни за что не догадались бы, что между ними что-то есть. В глазах студенток Чжоу Чэн был «Великим Королем Демонов»: каким бы красавцем он ни был, ему не сравниться с милейшим инструктором Ли. Ся Сяолань в душе умирала со смеху, но в то же время чувствовала спокойствие от того, как ведет себя Чжоу Чэн.
Это и есть чувство безопасности в отношениях!
Чжоу Чэн, конечно, не мог заставить других женщин не любить его, но он старался сводить контакты с молодыми девушками к минимуму.
Он был главным инструктором, и даже если он замечал, что кто-то выполняет движение неправильно, ему не нужно было лично подходить и поправлять… На самом деле ему очень хотелось устроить своей «жене» тет-а-тет тренировку с высокой степенью близости, но с тех пор как Ся Сяолань загорелась идеей стать «лучшим выпускником», она выполняла все упражнения безукоризненно. У Чжоу Чэна даже не было повода притвориться, будто он порывается исправить ошибки студентки Ся.
И вот сейчас он пришел подбодрить Ся Сяолань перед ползанием под проволокой.
Ся Сяолань было приятно, но в движениях она не медлила. За эти дни Чжоу Чэн уже видел ее замарашкой, так что лишний раз поваляться в грязи было не страшно.
За то, что она легла на землю четко и решительно, инструктор Ли даже похвалил ее. Девушки из Хуацин понимали: что значит эта грязь? А если в будущем их распределят на передовые производственные объекты? Повсюду нужно строить Родину, и даже выпускники Хуацин не все после выпуска пойдут работать в учреждения и сидеть в кабинетах!
— Ползи!
— Подумаешь, постирать одежду?
— Всего-то несколько десятков метров проволоки и грязи…
Кто-то колебался, но никто не расплакался из-за того, что нужно лезть под сетку. В итоге женская рота успешно справилась с задачей!
Инструкторы внимательно оценивали действия каждого и выставляли баллы. Оказалось, что отбор на звание «лучшего выпускника» шел уже давно: за каждую тренировку ставились оценки, и в итоге только тот, кто наберет самый высокий балл, удостоится этого звания по окончании военных сборов. Су Цзин говорила, что по старой традиции Хуацин «лучший выпускник» сборов на первом курсе почти гарантированно получает звание «образцового студента», а лидерство в начале пути часто означает лидерство на всем протяжении учебы.
Просто в прошлые годы сборы не выходили за пределы кампуса и не были такими разнообразными.
На третий день после выходных инструкторы снова объединили парней и девушек и повели их на полевой марш-бросок с полной выкладкой!
Поле, полная выкладка, марш-бросок — эти слова, если читать их по отдельности, звучали и сладко, и печально.
Первокурсники ликовали, считая, что это будет пикник или осенний поход.
Инструкторы лишь молча улыбались: ну, пусть будет так.
Две главы подряд.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
