Первокурсники потратили целый день, завершив сорокакилометровый марш-бросок с нагрузкой в пятнадцать килограммов!
Вернувшись в часть, все почувствовали, насколько это место стало им родным. Даже для парней сорокакилометровый марш по горным дорогам с грузом не прошел бесследно — никому не было легко. Волдыри на ногах лопались и прилипали к носкам, ступни распухали так, что невозможно было даже снять обувь… Это были обычные последствия марш-броска!
Хуже всего, конечно, пришлось Цзи Цзяньюаню, Сюнь Байяню и их третьему товарищу. В то время как остальные по возвращении в часть могли поесть и отдохнуть, им предстояло пробежать еще двадцать кругов по стадиону!
Можно ли было не бежать?
Нельзя.
Самовольный уход из отряда определенно был проступком, и спорить тут было не о чем. Если бы они тайком вернулись и не попались — это одно, но их поймали с поличным, и спасли их только благодаря вмешательству инструктора. Цзи Цзяньюаню и Сюнь Байяню нечего было сказать в свое оправдание. Чжоу Чэн не стал сообщать об этом в университет, лишь заставив их пробежать двадцать кругов… Можно сказать, обошелся мягко?
Цзи Цзяньюань с товарищами волочили ноги по стадиону, наматывая круги. У этой троицы еще осталась совесть: они не хотели, чтобы университет узнал о случившемся, но и не собирались подставлять Чжоу Чэна. Если сказать, что это главный инструктор наказал их бегом, другие обязательно полюбопытствуют о причине. А если не называть причину, то не подумают ли люди, что главный инструктор затаил обиду из-за прошлого поединка и мстит им, пользуясь служебным положением?
Чтобы скрыть правду от университета, им пришлось заявить, что они бегают по собственному желанию.
На все вопросы отвечали одинаково:
— Ради закалки стальной воли!
В конце концов, Цзи Цзяньюань и Сюнь Байянь после вызова Чжоу Чэну стали очень знамениты среди первокурсников, можно сказать, были «звездами» набора 1984 года. А у «звезд», естественно, бывают необычные идеи — например, посчитать, что сорокакилометрового марш-броска с грузом им было недостаточно.
Военная подготовка была процессом взаимного знакомства первокурсников. И среди парней кто-то выделялся, и среди девушек тоже. О представительнице первокурсников Нин Сюэ и говорить нечего; была еще Лю Хуачжэн, заядлая активистка самодеятельности с факультета экономики и менеджмента, а также Ся Сяолань, которую все запомнили благодаря внешности. Сейчас Ся Сяолань всячески сопротивлялась этому определению, и Су Цзин утешала ее:
— Внутреннее содержание раскрывается постепенно!
Красота — не порок, просто она часто создает впечатление «красивой вазы». Сейчас, пока люди еще не узнали друг друга поближе, Су Цзин считала, что если у Ся Сяолань есть способности, рано или поздно она сама снимет с себя этот ярлык.
Возьмем, к примеру, звание «лучшего выпускника» этих сборов — оно присуждается на основе достижений во время подготовки.
Совершать поменьше ошибок, почаще получать похвалы от инструкторов, иметь отличные результаты по всем проверкам — Су Цзин полагала, что у Ся Сяолань есть шанс побороться за это.
Су Цзин не завидовала. Некоторые таланты либо есть, либо их нет; сама она чувствовала, что целиться при стрельбе сложнее, чем решать задачи — не было у нее этой спортивной жилки!
Су Цзин и Чжоу Лиминь помогали советами, каждый день жужжали Ся Сяолань на ухо, и теперь Ся Сяолань тоже стала придавать значение этому званию. Но она лишь знала о существовании такого отбора, а по каким критериям он проводится, не понимала.
Чжоу Чэн говорил, что из-за их отношений он не будет участвовать в процессе выбора лучших выпускников этих сборов.
Это нужно было для того, чтобы в случае ее победы и внезапного раскрытия их отношений с Чжоу Чэном, ее не заподозрили в «черных махинациях».
Основная процедура заключалась в том, что инструкторы каждой роты выдвигали кандидатуры, а окончательное решение принимал университет.
Ся Сяолань оставалось только стараться со своей стороны; все испытания она проходила, выкладываясь на полную. Она не знала, что до конца подготовки оставалось два дня, а список лучших выпускников уже был подан в университет.
Среди девушек архитектурного факультета по общим баллам с большим отрывом лидировали Ся Сяолань и Нин Сюэ.
Вопрос о том, кого из них выбрать, вызвал дискуссию среди преподавателей факультета.
В этом году на архитектурный факультет зачислили всего пятнадцать девушек, и никто не ожидал, что военная часть выдвинет сразу двух кандидаток.
— Не ожидал, что студентка Ся Сяолань… и в военной подготовке проявит себя так хорошо.
— На занятиях она ведет себя очень прилежно, отношение к учебе у нее правильное. Но почему я слышал, будто она собирается переводиться на другой факультет? Кто пустил эти слухи? Это крайне безответственно!
— О, учитель Линь, а я-то думал, что вы недовольны студенткой Ся Сяолань.
Учитель Линь, преподававшая английский, была искренне удивлена:
— С чего бы мне быть ею недовольной?
Спрашивавший почувствовал неловкость:
— Кое-кто говорил, что на занятиях вы никогда не вызываете Ся Сяолань отвечать на вопросы. Вот я и подумал, может, с этой студенткой что-то не так, или у вас возникло какое-то недопонимание. По моим наблюдениям, она очень серьезно относится к учебе. Она ведь заняла третье место в стране на Гаокао? В этом году и обладатель первого места, и обладатель третьего в общенациональном рейтинге поступили на архитектурный факультет Хуацин — это беспрецедентный случай!
От Нин Сюэ по общему баллу она отстала всего на четыре очка.
Профессиональной базы в архитектуре у нее, возможно, было меньше, чем у Нин Сюэ, но что касается фундаментальных знаний, она точно ей не уступала. Баллы Гаокао не могут полностью определить уровень человека, но между двумя абитуриентами с разницей в сорок баллов определенно есть большая пропасть. А разница в четыре балла? Это цена двух вопросов в тесте, о чем тут вообще говорить!
Услышав о заблуждении коллеги, учитель Линь почувствовала себя крайне неловко:
— Я вызываю студентов отвечать, чтобы прощупать почву, оценить их уровень английского… Студентка Ся Сяолань получила на Гаокао высший балл по английскому, ее уровень мне и так понятен!
И дело было не только в баллах, но и в сданном сочинении: уровень английского Ся Сяолань значительно превосходил уровень большинства первокурсников.
Учитель Линь быстро повернулась к преподавателю высшей математики:
— Старик Ван, ты ведь наверняка поступал так же?
Лицо учителя Вана слегка застыло:
— У нее также высший балл по математике. Вы же слышали, насколько сложными были задания в этом году? Во всей стране едва ли нашлось пара человек, получивших максимум.
Прощупать почву? Так они же и так все поняли!
В таких предметах, как английский и высшая математика, есть преемственность: то, насколько хорошо ты учился в школе, влияет на успехи в вузе.
Учитель Ван, преподавая высшую математику, безусловно, хотел оценить базу студентов, чтобы составить более детальный план обучения. Эти преподаватели очень ответственно подходили к делу; они не могли просто отчитать материал по учебнику, не заботясь о том, сколько усвоят студенты. Выявить разницу в уровне знаний в кратчайшие сроки было необходимо, чтобы избежать ошибок при планировании. Время лекции ограничено, и учитель Ван мог задать вопросы лишь несколько раз.
Он считал, что с базой у Ся Сяолань все в порядке. То, что Нин Сюэ обошла ее на четыре балла в общем зачете, не означало, что она была сильнее в отдельных дисциплинах.
По крайней мере, в математике Нин Сюэ уступала ей довольно заметно.
Поскольку количество вопросов на лекции было ограничено, учитель Ван временно отодвинул Ся Сяолань на второй план. Видя, что в домашних работах у нее все решено верно, зачем ее вызывать? Чтобы она просто зачитала правильный ответ? Учитель Ван хотел анализировать примеры, в которых допускались ошибки. Что ж, возможно, он и правда уделял студентке Нин Сюэ чуть больше внимания.
Но это не значило, что у него были претензии к Ся Сяолань!
Учитель Ван и учитель Линь переглянулись. Не зря они были коллегами долгие годы — мыслили они одинаково.
— У первокурсников, которые только поступили, не должно быть столько грязных слухов. Нужно найти источник и пресечь эти беспочвенные догадки!
Если из-за их поведения эти нелепые слухи стали казаться правдоподобными, оба учителя будут чувствовать себя виноватыми.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
