Ся Сяолань не считала, что теряет лицо; если можно чему-то научиться, то нет ничего страшного в том, чтобы побыть на побегушках у гения учебы.
Внешний престиж не так важен, как реальная выгода. Даже не вспоминая книжные фразы вроде «среди троих идущих обязательно найдется мой учитель», Ся Сяолань знала, что у каждого есть свои сильные стороны. Если бы она не собиралась изучать архитектуру — дело другое, но раз уж она твердо решила учиться, как она могла упустить возможность получить индивидуальные наставления?
Когда после обеда она убирала посуду, к ней снова подошел режиссер Ван.
Он приблизился и оставил ей свои контактные данные:
— Если вдруг в будущем ты заинтересуешься съемками в кино, обязательно свяжись со мной!
Режиссер Ван считал, что Ся Сяолань идеально подходит на роль Цинвэнь. Он не думал предлагать ей двух главных героинь «Сна в красном тереме» — и для Дайюй, и для Баочай уже нашлись подходящие актрисы. Красивое лицо — это одно, а темперамент — совсем другое. Режиссер Ван был очень доволен нынешними исполнительницами ролей Дайюй и Баочай, их типажи идеально совпадали с персонажами.
Ся Сяолань подумала про себя, с чего бы ей интересоваться съемками, однако не стала отвергать энтузиазм Ван Линьшу.
— Режиссер Ван, возможно, у нас действительно будет шанс посотрудничать.
Когда бренд «Luna» вырастет, съемка рекламы станет вполне осуществимым делом. Ся Сяолань сохранила контакты режиссера Вана и в ответ оставила свои.
Нин Сюэ как раз заметила эту сцену, и Ся Сяолань на мгновение почувствовала неловкость, словно ее поймали на измене:
— Я хочу попросить режиссера Вана в будущем снять для меня рекламу. Нин Сюэ, у моей семьи магазин одежды, в основном женской. Через несколько дней в Пекине открывается новая точка, приглашаю тебя заглянуть!
Нин Сюэ кивнула:
— Давай продолжим замеры. Чем быстрее закончим, тем раньше сможешь вернуться.
Отойдя в сторону, Ся Сяолань добавила:
— На самом деле я отказала тебе в тот день, потому что договорилась с соседками по комнате пригласить их в гости на выходных… Нин Сюэ, не хочешь ли и ты зайти к нам?
…
В субботу утром распорядок дня в комнате 307 не изменился: те, кому полагалось вставать и учить английский, встали как обычно.
Кто-то отправился в библиотеку на самоподготовку, кто-то стирал вещи или делал задания — жизнь в выходные шла своим чередом.
После обеда обитательницы 307-й комнаты собрались на небольшое совещание.
— Сяолань пригласила нас на ужин, мы ведь не можем заявиться прямо к вечеру?
— Конечно нет!
— Может, пойдем к Сяолань пораньше и поможем тете приготовить еду?
Это было хорошее предложение.
Чжоу Лиминь добавила:
— Мы же не можем прийти с пустыми руками!
Ни в какой семье детей так не воспитывают: когда идешь в гости в первый раз, нужно хоть что-то принести с собой.
Только вот у девушек из 307-й комнаты достаток в семьях был разным, и вопрос о том, покупать ли дорогую вещь или дешевую, стал ребром. Обычно немногословная Чэнь Ии проявила инициативу; голос у нее был очень нежный, и сама она была рассудительной девушкой:
— Будет нечестно, если покупать будет кто-то один. Давайте скинемся и купим несколько цзиней яблок или, может, еще яиц — в хозяйстве Сяолань они пригодятся.
Даже самые вкусные яблоки сорта «Гогуан» стоили недорого.
Яйца были дороже — больше одного юаня за цзинь.
Но в 307-й комнате, не считая Ся Сяолань, оставалось еще семь человек. Если каждая скинется по юаню, как раз хватит и на яблоки, и на яйца.
Предложение Чэнь Ии заставило Ян Юнхун приободриться:
— Я согласна с Ии. У кого-нибудь есть возражения?
Семья Ян Юнхун была самой бедной, но один юань она могла себе позволить, так что у остальных тем более не было возражений.
Девушки собрали деньги, и Чэнь Ии с Чжоу Лиминь отправились за покупками. Купив яблок, они увидели, что осталось два юаня — на два цзиня яиц этого не хватало. Чэнь Ии достала свой кошелек:
— Давай я доплачу остаток, у меня есть лишние деньги на расходы.
Чжоу Лиминь придержала ее за запястье:
— Давай доплатим вместе. Я же знаю, почему ты не взяла с собой старосту — боялась, что ей придется тратить лишнее.
Ян Юнхун практически не брала денег из дома и жила только на стипендию, которую ей приходилось экономить. Чэнь Ии не хотела ставить ее в неловкое положение, потому и предложила такой вариант.
Чэнь Ии не стала спорить с Чжоу Лиминь, они вдвоем доплатили разницу и, подхватив пакеты, пошли назад.
В комнате 307 не у всех были велосипеды, поэтому те, у кого их не было, подсели к подругам. На багажниках современных велосипедов были рамы, так что подвезти девушку не составляло труда. Су Цзин была местной, пекинской, и знала, где находится Шичахай. Решили, что доберутся до места, а там уже найдут дом Ся Сяолань по адресу.
Группа молодых девушек со смехом и шутками покатила в сторону Шичахай и вскоре прибыла на место.
— Как же здесь красиво!
— Конечно красиво, раньше здесь гуляли только высокопоставленные чиновники и знать.
Раз уж они приехали, то сначала объехали Шичахай по кругу и только потом отправились искать дом Ся Сяолань.
— Это здесь?
— Должно быть, тут. Пойдемте, постучим и спросим.
Молодые девушки в расцвете сил, стройные и полные жизни — среди них не было некрасивых. Они собрались вместе, щебеча и переговариваясь, чем не на шутку взбудоражили птиц в клетках у соседа, дедушки Чжао.
Лю Фэнь давно ждала дома; бабушка Юй ушла проводить тренинг для персонала магазина.
Услышав стук, Лю Фэнь открыла дверь и сразу узнала Ян Юнхун.
— Тетя, тетя Лю, верно? Это же дом Сяолань, мы не ошиблись!
Лю Фэнь было очень приятно слышать северный акцент Ян Юнхун:
— Не ошиблись, это дом Сяолань. Проходите скорее.
Девушки наперебой здоровались и вошли внутрь.
Су Цзин думала, что семья Ся Сяолань купила какую-нибудь отдельную комнату в сыхэюане, но никак не ожидала, что Сяо Сю (шестая по старшинству в комнате) окажется настолько богатой. Во всем дворе была только Лю Фэнь, никаких незаконных пристроек, никаких шумных соседей — неужели весь этот двор принадлежит семье Сяолань?
Су Цзин втайне ахнула.
Такие условия проживания были гораздо лучше, чем у подавляющего большинства пекинцев.
Неужели частное предпринимательство сейчас приносит такие деньги?
Су Цзин почувствовала, что семья Ся Сяолань — далеко не простые «индивидуалы».
До их прихода Лю Фэнь перебирала овощи, готовясь к ужину. Как только пришли эти семеро, Лю Фэнь тут же усадили на стул:
— Тетя, вы смотрите телевизор, а готовить будем мы.
Все они были приучены к хозяйству, и отсутствие Ся Сяолань не мешало им болтать с Лю Фэнь. Уверенно перенеся продукты из кухни в гостиную, они превратили большой обеденный стол в разделочную доску. Девушки смотрели телевизор, месили тесто и работали, четко распределив обязанности.
Они по очереди представлялись, и Лю Фэнь обнаружила, что очень быстро запомнила, кто есть кто.
Лю Фэнь, конечно, была рада: у этих девушек был хороший характер, они были умны, и то, что Сяолань смогла с ними подружиться, доказывало, что и сама Сяолань — замечательный человек.
Когда Ся Сяолань вернулась домой, она обнаружила, что ее мама уже почти стала их общей мамой… К ноющей пояснице и боли в ногах добавилась легкая горечь в сердце — она немного приревновала. Эта несносная Су Цзин так умаслила ее мать, что та сияла от радости, в то время как саму Ся Сяолань холодно отвергла «гений учебы» Нин.
В этом мире определенно нет справедливости.
— Сяолань вернулась!
— Наконец-то, садись скорее, отдыхай.
Лю Фэнь без умолку хвалила соседок Ся Сяолань — какие же душевные оказались девушки.
Ся Сяолань весь день делала замеры, завтра предстояло продолжать, и от усталости в голове была сплошная каша. Ей все казалось, что она забыла о чем-то важном, о каком-то действительно крупном деле, но она никак не могла вспомнить, о чем именно.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
