Гун Ян стоял прямо рядом.
Перед Ся Сяолань он не смел важничать; Ся Сяолань фактически была его наставником, приведшим его в сферу отделочных работ, и он очень дорожил её оценкой.
Гун Ян не только имел высокий уровень образования, он также был ветераном и опорой компании.
В мае большинство одноклассников Гун Яна уже определились с местами распределения. Сам Гун Ян отказывался от работы, поэтому преподаватели проводили с ним беседы, родные его не понимали, а одноклассники считали, что у него «пуля в голове»:
— Гун Ян, если не будет работы, на что ты будешь жить в старости?
— Не будет распределения жилья…
— А если заболеешь, как быть?
— Самое главное — твоя прописка, как ты это решишь!
Гун Ян так запутался в своих подработках, что отказался даже от распределения на работу.
Гун Ян признавал, что и учитель, и одноклассники правы. Все поступали именно так: шаг за шагом трудились на работах по государственному распределению. С какой стати ему быть белой вороной?
Даже семья Гун Яна его не понимала.
Поступив в университет, Гун Ян стал городским жителем. У студентов из деревни при поступлении прописка переносилась из сельской местности, становясь коллективной университетской пропиской. К моменту выпуска прописка следовала за местом работы и закреплялась за рабочим предприятием.
Если Гун Ян не подчинится распределению и пойдет работать в частную компанию, где окажется его прописка?
Даже у владельца «Юаньхуэй», Лю Юна, всё ещё была сельская прописка!
С таким трудом вырвавшись из крестьянской среды, снова вернуться в исходное состояние из-за проблем с работой — семья Гун, естественно, не могла понять его выбор.
Но Гун Ян уже давно всё решил.
Сейчас он был единственным дизайнером в «Юаньхуэй», его базовая зарплата была такой же, как доход на иностранном заводе. За каждый эскиз он получал деньги, а когда не рисовал, то помогал по хозяйству, не упуская ни единой возможности заработать. Его ежемесячный доход превышал тысячу юаней. Вопросы пенсии, жилья, медицины и прописки он рано или поздно сможет решить самостоятельно!
Где-то находишь, где-то теряешь. Семья Гун Яна жила бедно, и, начав зарабатывать, он всё меньше хотел довольствоваться зарплатой в несколько десятков юаней в месяц.
Стабильность — это очень хорошо, но когда же в таком случае получится улучшить условия жизни семьи и дать родным возможность жить достойно?
В Шэньчжэне постоянно строили высотные здания, рынок отделочных работ был огромен, и Гун Ян не считал свой выбор ошибочным.
Он не боялся того, что государство не выделит ему квартиру. Его босс, Лю Юн, на собственные деньги купил в Пекине сыхэюань, потратив несколько десятков тысяч юаней; Гун Ян тоже сможет накопить такую сумму за несколько лет. Тем более ему самому не обязательно покупать такой дорогой сыхэюань: если найти обычный одноэтажный дом в Шанду и купить его за десять-двадцать тысяч, он сможет перевезти всю семью в город — деньги действительно решают многие проблемы. Крестьянская семья за целый год не может скопить и нескольких сотен, что меньше месячного дохода Гун Яна. Так какая тогда разница между сельской и городской пропиской?
Даже если вся семья перестанет заниматься земледелием, Гун Яну не составит труда оплатить сельхозналог и прочие сборы.
Поскольку он отрезал себе пути к отступлению, можно было представить, как неистово в такой ситуации работал Гун Ян. Ся Сяолань не могла постоянно рисовать чертежи вместе с ним. Ему повезло больше других: в самом начале карьеры на него повлиял опережающий время эстетический вкус Ся Сяолань. Несколько совместных работ позволили Гун Яну задать высокую планку в отделочном бизнесе… Спустя год он наконец превратился из любителя в профессионала, что Ся Сяолань и увидела по эскизам интерьера нового магазина.
Общий стиль не изменился, но локальные правки, внесенные Гун Яном, Ся Сяолань сочла очень удачными.
— Сестра Бай, я думаю, всё в порядке, дизайн Гун Яна весьма неплох.
Бай Чжэньчжу кивнула:
— Вижу, Гун Ян действительно выкладывается по полной. Поверить не могу, что тебе удалось вытащить такого человека из университета, он согласен даже на работу подсобника.
— Если бы он не работал подсобником, как бы он узнал разницу в сложности между эскизом и практическим исполнением? Но Гун Ян и впрямь старается изо всех сил.
Гун Ян стоял рядом и глупо улыбался.
Раньше он работал подсобником, чтобы заработать больше денег. Теперь же причина была в том, о чем говорила Ся Сяолань: не попробовав всё своими руками, он бы не знал, осуществим ли его проект.
Ся Сяолань «подобрала» не только Гун Яна.
Сначала Ся Сяолань просила о помощи Чжо На, сестру Чжо Вэйпин, но та совершенно не ценила работу по рисованию плакатов для магазина одежды, потому что в её семье был достаток и она не нуждалась в этих копейках.
Зато Гун Ян нуждался.
Нуждающийся в деньгах Гун Ян и способная их заработать Ся Сяолань, естественно, сразу нашли общий язык, и она переманила его из Торгового университета Шанду.
Ся Сяолань переманила и Бай Чжэньчжу, хотя сама товарищ Бай этого даже не осознавала.
Ся Сяолань переманила Бай Чжэньчжу из-за её личных качеств. Конечно, Бай Чжэньчжу тоже нуждалась в деньгах: её фруктовая лавка была ни жива ни мертва, и Ся Сяолань смогла убедить её приехать в Шэньчжэнь на заработки. Сейчас Бай Чжэньчжу действительно заработала денег. Ся Сяолань собиралась купить машину для Лю Фэнь и спросила у Бай Чжэньчжу, не хочет ли та купить себе.
Бай Чжэньчжу это заинтересовало.
В магазине была одна машина, но это был грузовик для доставки товаров, и Бай Чжэньчжу часто сама вызывалась быть водителем.
Обычно женщины любят пудриться и румяниться, но Бай Чжэньчжу это не привлекало.
Она даже в одежде предпочитала мужской стиль и действительно интересовалась автомобилями. Раньше она водила машину Кан Вэя, но после того как тот попал в аварию, Ду Чжаохуэй модифицировал новый автомобиль и отправил его прямиком в Пекин.
Перед Новым годом в магазине стройматериалов были распределены дивиденды, и Бай Чжэньчжу получила двадцать пять тысяч. Прилавки на рынке мелких товаров она отдала в управление нескольким людям, которые ежемесячно выплачивали ей по несколько тысяч юаней.
Магазин стройматериалов собирался открывать новую точку, так что в ближайшее время дивидендов не предвиделось, но у нее были другие источники дохода, так что деньги на руках имелись.
Она уже долгое время постоянно находилась в Шэньчжэне, купила здесь жилье и перевезла свою бабушку жить в Шэньчжэнь.
— Купила одноэтажный дом меньше чем за двадцать тысяч. То льготное жилье, о котором ты говорила раньше, так и не появилось. Но моя бабушка уже в возрасте, ей в одноэтажном доме хорошо, не нужно по лестницам подниматься. Попросила дядю Юна сделать простенький ремонт, так что теперь я, можно сказать, обустроилась в Шэньчжэне!
Машину можно купить чуть позже, а вот жилье было необходимостью.
У семьи Бай был старый дом в Гуанчжоу, но у Бай Чжэньчжу был старший брат. Она понимала, что брату нужно будет жениться, и уж точно не собиралась претендовать на старый дом в Гуанчжоу.
Что касается собственного замужества, Бай Чжэньчжу об этом никогда не думала.
Выйти замуж — значит стирать, готовить и рожать детей для кого-то другого; это не шло ни в какое сравнение с удовольствием от зарабатывания денег.
Однако когда Ся Сяолань сказала, что собирается покупать машину, Бай Чжэньчжу тоже немного загорелась этой идеей. Даже когда дела в магазине были закончены, Бай Чжэньчжу не хотела идти домой: там бабушка снова будет ворчать, заставляя её выйти замуж. А за кого ей, такой, выходить?
— Я схожу с тобой посмотрю, но сейчас денег на покупку нет.
Ся Сяолань подумала, что машины с таможни довольно дешевые.
Не успели они тронуться, как примчался запыхавшийся Лю Юн:
— Погоди, не уходи! Сяо Ван сказал, что мэр Тан зовет нас двоих к себе домой, хочет поговорить об отеле «Наньхай»!
Неужели наконец-то начнется тендер на отделку отеля «Наньхай»?
С тех пор как этот жирный подонок Лю Тяньцюань покинул Шэньчжэнь, Ся Сяолань уже выбросила мысли об отеле «Наньхай» из головы.
Раз уж Тан Хунъэнь позвал её и Лю Юна, значит, в этом проекте определенно есть часть, за которую может взяться «Юаньхуэй». Пятизвездочный отель на несколько сотен номеров — это действительно огромный кусок пирога. Заработок тут был на втором месте; даже если не удастся забрать весь проект целиком, само участие в нем станет бесценным опытом!
Это как с гостевым домом мэрии Шэньчжэня: если бы они не отремонтировали его, репутация «Юаньхуэй» не вышла бы на такой уровень.
Ся Сяолань тут же забыла о покупке машины. Машины никуда не денутся, а такой шанс упускать нельзя:
— Дядя, я сейчас же пойду с тобой, разузнаем обстановку!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
