Тан Хунэн раздразнил любопытство Ся Сяолань.
Но когда они прибыли в Янчэн, Тан Хунэн больше ничего не желал говорить.
— Можешь поговорить с секретарем Пэном. Он всё время курирует контакты Харолда с мэрией.
Поговорить с секретарем Пэном?
Секретарь Пэн, сидевший на переднем пассажирском сиденье, изо всех сил старался одарить Ся Сяолань доброжелательной улыбкой.
Странно, почему мэр Тан поехал в Янчэн, и секретарь Пэн тоже?
Обычно в таких случаях секретарю Пэну полагалось оставаться в Пэнчэне, охранять «штаб-квартиру» и разбираться с непредвиденными ситуациями. Ся Сяолань находила поведение секретаря Пэна немного странным: с каких это пор его отношение к ней изменилось?
Это стало особенно заметно во время приема: то, как он обращался к её дяде по матери, и то, как ведет себя сейчас.
Секретарь Пэн был человеком, которому Тан Хунэн безгранично доверял. Даже если бы отношения её матери и Тан Хунэна еще не сложились — или даже если бы они действительно были вместе — Тан Хунэн по своему характеру никогда бы не позволил личным делам влиять на служебные. Положение секретаря Пэна было абсолютно непоколебимым. Если Тан Хунэна можно было считать правителем целого региона, то секретарь Пэн определенно был «приближенным императора». С чего бы ему вдруг проявлять к ней такое рвение?
У Ся Сяолань были некоторые догадки на этот счет, но она пока предпочла их не озвучивать.
Когда на вокзале они наконец встретили людей, Ся Сяолань сразу же ощутила хитроумный расчет мэра Тана. Увидев великого мэра Тана, Лю Фэнь держалась на расстоянии.
Однако, раз здесь была и её дочь Ся Сяолань, Лю Фэнь не могла долго сохранять холодную отстраненность.
— Сяо Лань!
Поприветствовав Тан Хунэна, Лю Фэнь переключила всё внимание на Ся Сяолань.
— Ты пробыла в Пэнчэне всего полмесяца, как же ты так сильно загорела?
Когда целыми днями пропадаешь на стройплощадке, трудно не загореть. Ся Сяолань от природы была очень белокожей, и, потемнев на пару тонов, она приобрела цвет лица обычного человека. Она знала, что фотостарение — главный враг кожи, и очень тщательно следила за защитой от солнца, но ультрафиолет в Пэнчэне был просто беспощадным. Даже при использовании солнцезащитного крема и физических методов защиты загара было не избежать.
Лю Фэнь беспокоило не то, потемнела дочь или нет, а то, что столь быстрый загар говорил о тяжелой работе Ся Сяолань в Пэнчэне.
— Мам, я в порядке. Просто последние несколько дней мы с дядей были заняты ремонтом, а в последние два дня работы поубавилось. Разве я не приехала встретить тебя? У дяди по матери не было времени, поэтому мне пришлось поехать на машине дяди Тана.
— Господин Тан, это действительно слишком обременяет вас…
Лю Фэнь хотела сказать, что на самом деле Тан Хунэну вовсе не обязательно каждый раз выкраивать время и приезжать, когда она бывает в Янчэне.
Тан Хунэн на мгновение задумался:
— Никаких хлопот. Сяо Лань, ты ведь только что говорила, что у тебя есть вопросы по инвестициям к секретарю Пэну? Сейчас секретарь Пэн свободен, так что поспеши заняться делом. Твоей маме нужно зайти на оптовую базу, чтобы обменять товар, я провожу её.
Ся Сяолань невольно приоткрыла рот.
Когда Тан Хунэн лгал, он и глазом не моргнул.
Неужели так тоже можно было?
То, что он позвал её в Янчэн, было чистой воды стратегическим маневром — она была нужна как «ведомый», чтобы усыпить бдительность матери.
Теперь же, когда они встретились, он счёл её помехой и решил открыто спровадить.
Сначала он напомнил ей, что в будущем она будет проводить с Лю Фэнь меньше времени, а затем сам завел разговор об инвестициях Харолда в Пэнчэне, затронув именно те темы, которые её интересовали… Ся Сяолань действительно хотелось отправить мэру Тану стикер с надписью «преклоняюсь перед мастером».
Заметив вопросительный взгляд Лю Фэнь, Ся Сяолань пришлось притворно замешкаться:
— Мне действительно нужно кое о чем проконсультироваться с секретарем Пэном…
Для Лю Фэнь дела дочери всегда стояли на первом месте.
Тан Хунэн собрался идти следом за ней менять товар, но разве Лю Фэнь могла запретить ему идти по широкой общественной дороге?
Сяо Ван, проявив завидную расторопность, уже забросил одежду, которую Лю Фэнь привезла для обмена, в машину.
Машина затарахтела и уехала, а оставшаяся на месте Ся Сяолань под палящим солнцем чувствовала себя весьма печально. Секретарь Пэн с портфелем под мышкой тоже оказался в числе брошенных, но по какой-то причине всё же умудрялся улыбаться в этой неловкой ситуации:
— Давайте найдем место, где можно спокойно поговорить?
Ся Сяолань кивнула, утешая себя тем, что Тан Хунэн по крайней мере не солгал: секретарь Пэн действительно был в курсе инвестиционных намерений Харолда.
Они отправились в ту самую гостиницу, где обычно останавливалась Лю Фэнь, и уселись в холле на первом этаже. Как только они сели, секретарь Пэн перешел прямо к делу:
— Мистер Харолд хочет получить землю рядом с озером Сянми. В проектном предложении, поданном в мэрию, он указал строительство поля для гольфа. По его словам, это будет тесно связано с уже существующими проектами курорта. Поле не будет входить в состав курортной зоны, но сможет дополнять её. Он считает, что нынешние развлекательные объекты курорта Сянмиху рассчитаны на потребителей среднего и низкого сегмента. Для того чтобы превратить Пэнчэн в туристический город, одного Сянмиху недостаточно — не хватает элитных развлекательных заведений. Если эти инвестиции будут реализованы, это станет важным достижением в послужном списке руководства.
Харолд не собирался открывать заводы.
Не собирался строить жилые дома.
Вместо этого он решил обустроить поле для гольфа?
Харолд действительно смельчак!
Стандартное международное поле для гольфа на 18 лунок обычно занимает от 900 до 1200 му земли, из которых только площадь газона составляет около 600 му. Строить поле на участке менее 1000 му не имело смысла. А где находится Сянмиху? В районе Футянь города Пэнчэн.
В 2017 году, когда Ся Сяолань переродилась, средняя цена на вторичное жилье в районе Футянь составляла около 60 тысяч юаней за квадратный метр.
Среди всех районов Пэнчэна цены в Футяне были если не самыми высокими, то одними из первых. Харолд хотел разом занять более тысячи му земли — Ся Сяолань оставалось только завидовать размаху богача.
При нынешних ценах на землю для Харолда это было всё равно что подбирать даром рассыпанную капусту. От зависти у Ся Сяолань даже заныло сердце.
— Тогда проблем точно не возникнет.
В Пэнчэне была земля, у Харолда были деньги — разве это не идеальный союз!
Однако секретарь Пэн покачал головой:
— Нет, проблемы есть.
Ся Сяолань искренне удивилась.
Секретарь Пэн понизил голос:
— Инвестиционный план Харолда хорош всем, кроме одного: он столкнулся с чужими интересами. Мэрия изначально планировала построить поле для гольфа на озере Сянми. Харолд вклинился в середине процесса, и теперь некоторые люди им крайне недовольны.
Мэрия изначально сама собиралась строить поле для гольфа?
Ся Сяолань задумалась.
Кажется, она что-то припоминала.
В прошлой жизни она не принадлежала к кругу любителей гольфа и лишь краем уха слышала о полях в Пэнчэне.
На берегу озера Сянми действительно было немаленькое поле для гольфа под названием «Гольф-клуб Пэнчэна». Оно врезалось Ся Сяолань в память не потому, что она там играла, а потому, что в 2015 году истек 30-летний срок аренды земли под спортивные нужды. Комитет по землепользованию Пэнчэна безвозмездно изъял землю, а клуб самовольно построил и продал 70 вилл. Владельцы этих вилл оказались в крайне неловком положении: они потратили деньги, но не могли получить документы на право собственности, так как даже земля была изъята. Как им теперь быть?!
Ся Сяолань запомнила не само поле, а именно эти 70 вилл.
Если посчитать, то срок аренды истекал в 2015 году, значит, при 30-летнем сроке пользования землей «Гольф-клуб Пэнчэна» действительно получил участок и запустил проект в 1985 году!
Ся Сяолань с любопытством спросила:
— Столкнулись два проекта, и платный всё равно не может одолеть бесплатный?
Вспомнив о тех 70 виллах, она, естественно, вспомнила и остальное.
Например, при изъятии земли говорилось, что участок под поле в 80-е годы был выделен безвозмездно в административном порядке. После истечения срока в 2015 году земля, разумеется, так же безвозмездно возвращалась государству, максимум — с некоторой компенсацией за постройки на поверхности… Эффект бабочки от действий Ся Сяолань привел к тому, что теперь и Харолд захотел построить поле для гольфа. Платный VIP-игрок не мог справиться с тем, что, по-видимому, было «аккаунтом для внутреннего тестирования»?!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
