— Я? Испугаюсь? — фыркнула Чжуан-фэй, высокомерно отворачиваясь. — Смешно.
— Вот как?.. — протянула Фу Исяо, с кривой улыбкой глядя на неё. — Раз не боитесь, тогда прошу следовать за мной. Подождём остальных во внутреннем зале, наложницы скоро подойдут.
Не желая того, Чжуан-фэй пошла за ней. Фу Исяо шла впереди, легко касаясь рукой висящих вдоль их пути белых занавесей, и между делом небрежно спросила:
— А знаете ли вы, Чжуан-фэй, почему я выбрала именно зал Шучэнь для суда? И почему назначила время на ночь, да ещё пригласила всех наложниц государя?
Чжуан-фэй скривила губы:
— Кроме как показать нам своё мнимое могущество, ты ведь ни на что не способна.
Фу Исяо, будто не замечая насмешки, улыбнулась и продолжила, ласково поглаживая лёгкую ткань занавесей:
— Гуюй умер уже больше месяца назад, а я до сих пор не нашла убийцу. Поэтому я решила воспользоваться силой этого зала и духовной энергией всех присутствующих наложниц, чтобы призвать его душу. Пусть он сам расскажет, кто его погубил.
У Чжуан-фэй внутри всё похолодело. Сердце болезненно сжалось, но она заставила себя говорить ровно:
— А если кто-то из наложниц испугается? Ты ведь не сможешь взять на себя ответственность.
— Все наложницы находятся под защитой повелителя, — спокойно ответила Фу Исяо, даже не оборачиваясь. — Чего им бояться призраков?
И, не замедляя шага, вошла в боковой зал, где уже был установлен жертвенный алтарь.
Боковой зал находился всего через несколько стен от Холодного дворца, того самого, где держали опальных жён государей и низложенных наложниц. Оттуда доносились тихие, жалобные рыдания. Фу Исяо, будто не слыша ничего, стояла перед алтарём, окутанная клубами благовонного дыма, и молилась с таким благоговением и спокойствием, что её лицо, освещённое колеблющимся светом свечей, казалось чужим и нереальным.
Чжуан-фэй стояла сбоку, стараясь не показывать своего страха. Служанка же, сопровождавшая их, дрожала так, что казалось, вот-вот упадёт.
Вдруг снаружи донёсся шум колёс и лёгкий женский смех.
— Они приехали! — радостно вскрикнула Чжуан-фэй. — Я выйду их встретить!
Не дожидаясь ответа, она поспешно вышла из зала.
Фу Исяо медленно повернула голову, посмотрела ей вслед и мягко улыбнулась. Затем, опустив взгляд, воткнула связку благовоний в курильницу и тихо произнесла:
— Гуюй… теперь твоя очередь.
Почти бегом вбежав в главный зал, Чжуан-фэй вдруг остановилась, настороженно оглядываясь по сторонам.
— Ты слышишь?.. — прошептала она, схватив служанку за руку.
— Я… слышала раньше, — пролепетала та, — колёса, смех… но сейчас — ничего.
— Если они уже прибыли, почему никто не вошёл? — голос Чжуан-фэй дрожал.
— Может… они просто идут медленно, — неуверенно улыбнулась служанка.
Но не успела договорить, как звук оборвался у неё в горле.
Из глубины зала донёсся странный звук, то ли вздох, то ли тяжёлое дыхание. Он был то близко, то далеко, словно кто-то медленно приближался, наступая тяжело глухими шагами, от которых холод пробирал до костей.
Чжуан-фэй застыла. Пальцы вцепились в грудь, побелев от напряжения. Её взгляд приклеился к чёрному проёму дверей, казалось, стоит моргнуть, и оттуда вырвется неведомое чудовище.
— Госпожа… здесь нечисто… — всхлипывая, прошептала служанка. — Пойдёмте отсюда…
Чжуан-фэй вздрогнула, и, будто сорвавшись с цепи, бросилась к выходу.
Сквозь белые занавеси лился бледный лунный свет, похожий на зыбкую голубую воду. Она почти добежала до переднего зала, ещё шаг, и можно будет вырваться из этого мрачного, жуткого места!
Но тут её шаги внезапно замедлились.
В лунном сиянии, среди колышущихся белых занавесей, медленно проступил высокий силуэт. Он двигался тяжело, словно каждый шаг давался с усилием. С его тела капала густая, алая кровь. Там, где он проходил, белые траурные ткани одна за другой окрашивались в тёмно-красный цвет…
Чжуан-фэй хотела закричать, но из горла не вырвалось ни звука. Она отшатнулась — один шаг, другой, третий — и вдруг натолкнулась на что-то за спиной. В ужасе она обернулась и оцепенела: вместо её служанки за ней стояла Хуэй-фэй.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
хм… это что ещё за мистику придумала Исяо?)))
Ну, лишь бы в колдовстве не обвинили! А то казнят!