В полумраке комнаты медленно курились благовония. Янь Ло сидела подле Ло Вэй, обмахивая её веером и защищая спящую от капель дождя, залетавших под карниз.
Ло Вэй сжала холодную руку собеседницы и растерянно произнесла:
— Снова настал праздник Цинмин.
Янь Ло тихо ответила:
— Ваше величество, берегите себя.
Ло Вэй окончательно пришла в себя, отерла слезы и спросила:
— Где он сейчас?
С тех пор как правда открылась ей, она больше не желала называть Сун Ланя по его детскому имени и даже титул «император» дарила ему редко, всегда называя его либо по имени, либо просто «он».
Янь Ло ответила:
— Вчера драгоценная супруга Юй забавлялась с кошкой в императорском саду. Кошка оцарапала ей руку, и она никак не унималась, плача и капризничая. Он пообещал навестить её, как только выйдет из зала государственных дел. Драгоценная супруга Юй не отпускала его, и сейчас он уже отправился в павильон Пифан. Завтра начинаются выходные в честь праздника Цинмин, утреннего приема не будет, так что сегодня он наверняка больше никуда не пойдет.
Ло Вэй усмехнулась:
— Кошки, которых ты выдрессировала, оказались полезными. В другой раз я тоже попрошу у тебя одну, чтобы разгонять скуку.
Янь Ло с улыбкой покачала головой и сменила тему:
— Ваше величество говорили в прошлый раз, что тот человек умён до степени демонической1, и неясно, к добру это или к худу. Теперь вы пришли к какому-то выводу?
Ло Вэй поправила прическу и поднялась с постели:
— Нет.
— Значит, ваше величество всё же собирается встретиться с ним сегодня? — спросила Янь Ло.
Ло Вэй ответила:
— Встречусь. Почему бы и нет? Сейчас он пользуется таким доверием Сун Ланя. Если я не встречусь с ним и он попадет в чужие руки, что мне делать, если в будущем он превратится в острый меч и пронзит мою грудь?
Янь Ло с сомнением произнесла:
— Но если его намерения невозможно распознать, вашему величеству будет непросто управлять таким умным человеком. Ваша служанка уже разузнала о нем, Он окружен тайнами. Его приезд в столицу определенно был вызван не только желанием добиться чинов и славы. Хотя в тот год, когда старый генерал Е пал в бою, он встретился с вашим величеством в столице и с тех пор не мог забыть вас, но разве юношеской привязанности действительно достаточно, чтобы поддерживать её до сих пор?
— Глупая Янь Ло, сколько правды может быть в том «не мог забыть», что ты так легко разузнала? — улыбнулась Ло Вэй. — То, что тебе удалось выяснить, — лишь его частые расспросы обо мне в Бэйю. Если бы он того пожелал, всё это можно было подстроить заранее. Ты и правда веришь, что его желание примкнуть ко мне основано на наших старых чувствах, которые уже давно выветрились из памяти?
— У такого человека в сердце нет места чувствам. Он выбрал меня, а не Сун Ланя, потому что ясно видит его бессердечие. Что же касается верховного наставника… — Ло Вэй многозначительно вертела в руках шпильку в форме головы феникса и продолжала: — Битва на реке Ююнь в те годы была полна загадок. Он полностью обелил себя, но в глубине души тот человек наверняка хочет добиться пересмотра дела семьи Е. К тому же мне кажется, у него старые счеты с верховным наставником. Даже если я ошибаюсь и Сун Лань намерен возвысить его, верховный наставник не позволит ему войти в свой круг.
Янь Ло немного помолчала и произнесла:
— Видимо, ваша служанка о многом не подумала. Как и говорит ваше величество, проявленное им дружелюбие — не более чем стратегия, основанная на взвешивании выгод и потерь.
— Разумеется. У него со мной общий враг, так что нет ничего зазорного в том, чтобы воспользоваться им, — сказала Ло Вэй. — В конце концов, хотя у меня и есть доверенные люди при дворе, все они — ученые-конфуцианцы из течения «чистых», и некоторые вещи, которые не терпят дневного света, им не под силу.
Заметив тревогу Янь Ло, Ло Вэй слегка коснулась её плеча:
— Тебе не о чем беспокоиться. Я знаю, что делаю, и, конечно, смогу предложить условия, которые не под силу дать ни Сун Ланю, ни кому-либо другому.
Янь Ло произнесла:
— Именно то, что другие не могут дать, беспокоит вашу служанку больше всего. Бу Юнь решилась пожертвовать собой не только из-за раскаяния и скорби, но и потому, что не хотела, чтобы ваше величество ради этого сошли с пути и пошли наперекор своему сердцу. Ваше величество и Бу Юнь — самые искренние и добрые люди в этом мире, и я считаю, что не стоит губить себя из-за чужого зла.
Ло Вэй замерла и горько усмехнулась:
— И Бу Юнь, и ты думаете обо мне слишком хорошо. С того дня, как я всё узнала, я уже сошла с пути и мне не суждено больше остаться незапятнанной мирской пылью. Ну да ладно, к чему эти печальные слова. Скажу лишь одно, всё, что я могу отдать, включая саму себя, плоть и кровь — всё это лишь внешнее и преходящее. Тебе ли не знать этого лучше меня. К тому же он…
Она замолчала, не договорив.
Перед тем как ворота дворца закрылись на закате, повсюду зажглись огни. В некоторых покоях начали подавать еду. Туман после дождя окутал императорский город. Слуги шли, опустив головы, поспешно и сосредоточенно, не имея времени любоваться видами.
Ло Вэй прошла сквозь рощу, развязала плащ и снова поднялась на ту высокую платформу.
Е Тинъянь, сменивший одеяние стражника на алую чиновничью робу, сегодня не притворялся охранником. Он сидел спиной к Ло Вэй за каменным столом, покрытым мхом. Его чиновничья шапка была снята, а силуэт четко выделялся на фоне заката.
Про себя Ло Вэй закончила фразу, которую не сказала Янь Ло.
- Умён до степени демонической (多智近妖, duō zhì jìn yāo) — описание человека с незаурядным, почти сверхъестественным интеллектом. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
