Повернувшись, он спросил:
— Разве а-цзецзе не говорила, что хочет выйти на поле?
Ло Вэй покачивала в руке круглый веер: — Только что я слишком много говорила и немного устала. Цзы Лань, позволь мне передохнуть и подождать, пока молодежь посоревнуется, а потом уже я выйду на поле.
Сун Лань с улыбкой произнес: — Верно сказано. Если а-цзецзе выйдет сейчас, то какой интерес будет в этом состязании?
И вот охваченные нетерпением юноши Бяньду наперебой начали выходить на поле, проносясь верхом по сочной зеленой траве.
Мишени еще не были установлены, поэтому все по собственной воле принялись стрелять по ивам1, вызывая непрерывные возгласы у сидевших в стороне женщин, было необычайно оживленно.
Вскоре по одной выставили мишени, евнухи распоряжались стрельбой и верховой ездой, все шло как обычно.
Ло Вэй издалека заметила Е Тинъяня. Неизвестно когда он появился у края конного поля и теперь беседовал с тем коллегой-цензором, вместе с которым в тот день обнаружил труп в Западном саду.
Он уже переоделся в свое алое чиновничье одеяние и стоял прямо и статно, на голове был футоу с перекрещенными завязками, волосы на висках лежали аккуратно.
Казалось, тот, кто только что встретился с ней в лесу, был лишь оборотнем, порожденным горным духом.
Едва она бросила на него взгляд, как с поля внезапно донесся крик.
Внезапно случилась беда!
Конь одного из столичных юношей по неизвестной причине испугался. Он яростно затряс головой и в мгновение ока сбросил другого ездца, скакавшего рядом, а затем принялся бешено носиться по полю.
Человека в седле трясло так, что он едва держался, он громко звал на помощь, и вокруг воцарился хаос.
Участники состязания, опасаясь испуганного коня, один за другим покинули поле. Линь Куйшань, увидев это, поспешно вскочил, но с удивлением обнаружил, что на коне остался его второй сын — известный в Бяньду повеса Линь Чжао.
Внезапное безумие коня застигло всех врасплох. Падение с лошади — дело обычное, но если бы человек слетел со скачущего во весь опор бешеного коня, то он наверняка либо погиб бы, либо получил тяжелые увечья.
Линь Куйшань в спешке покинул свое место, едва не упав перед деревянным ограждением, и закричал: — Где укротители коней?! Где укротители коней?!
Среди общей суматохи Ло Вэй поднялась вслед за Сун Ланем и сделала несколько шагов вперед. Случайно бросив взгляд в сторону, она увидела, что Е Тинъянь остался стоять на месте. Заметив ее взор, он с непринужденным видом раскрыл складной веер.
Поверхность веера была белоснежной, с одной-единственной каплей цвета крови посередине.
Неужели… это и есть тот щедрый дар, который он собирался преподнести?
Сун Лань, стоявший рядом с ней, испуганно произнес: — Не знаю, справятся ли укротители? Конь внезапно взбесился, выглядит это жутко.
Ло Вэй рассеянно ответила: — Укротители на поле Мучунь искусны и могут усмирить любого, даже самого строптивого коня. Ваше Величество, не беспокойтесь.
Вскоре поспешно прибежал стражник в одежде укротителя. Он встал у края поля и свистнул. Конь, услышав это, будто что-то почувствовал, но продолжал нестись, не сбавляя скорости, чем напугал Линь-эр-гунцзы так, что тот принялся плакать по отцу и звать мать2.
Укротитель, видя, что дело плохо, перемахнул через ограждение и оказался прямо в центре поля.
Он терпеливо свистнул еще несколько раз и, наконец, улучив момент, когда конь подбежал ближе, схватил поводья, а затем прыгнул, обхватил шею животного и понесся вместе с ним.
Сидевшие вокруг женщины из чиновных семей разразились возгласами ужаса и восхищения.
Укротитель вскочил в седло, ухватился за нефритовый пояс на талии Линь Чжао и прикрыл его собой. Линь Чжао, уже окончательно чувствовавший, будто шесть духов остались без хозяина3, мог только крепко обнимать спасителя, беспрестанно повторяя: — Спаси этого гунцзы, и тебя ждет щедрая награда, очень щедрая награда!
Видя, что ситуация взята под контроль, Линь Куйшань вытер холодный пот со лба и бессильно опустился на место.
Кто бы мог подумать, что конь, на миг замедлившись, внезапно станет еще более бешеным. Причем на этот раз он не просто бежал куда глаза глядят, а развернулся и устремился прямо на Сун Ланя и Ло Вэй.
Конь легко перепрыгнул через ограду перед императором. Раздался резкий лязг, двое в седле накренились в сторону, и невозможно было разобрать, чья рука направляла другую, но они выхватили лежавший перед Сун Ланем длинный меч по имени «Чуньцзюнь».
Древний меч не должен был быть заточен, однако клинок «Чуньцзюня» неизвестно когда наточили до зеркального блеска, и выглядел он теперь зловеще.
Обнажить оружие перед императором — за это, в любом случае, полагалась смерть!
— Цзиньтяньвэй, защищайте Его Величество!
Ло Вэй на мгновение опешила, но тут же пришла в себя. Она выхватила кинжал у стоявшего рядом стражника Цзиньтяньвэй и, сжимая оружие, заслонила собой Сун Ланя.
Словно от света молнии и искры от кремня4, она осознала, что один из этих двоих замышляет покушение, и первым чувством, от которого сердце пугается, а плоть трепещет5, был восторг.
— Если бы момент был более подходящим.
— Если бы эти двое были чуть ближе.
Когда «Чуньцзюнь» нанесет удар, даже если он не достигнет цели сразу, она сможет в суматохе нанести Сун Ланю решающий удар.
В голове Ло Вэй пронеслось множество мыслей, но в тот же миг она подавила возникшее желание.
Сун Лань не может умереть.
По крайней мере… не сейчас.
Находившийся вдали Е Тинъянь, конечно, не знал о ее расчетах. Он лишь видел, что в миг опасности Ло Вэй, пренебрегая собой, бросилась с кинжалом защищать Сун Ланя.
Лицо его слегка похолодело. Стоявший рядом Пэй Си подал ему лук и стрелы, прошептав на ухо: — Гунцзы… это того не стоит!
Е Тинъянь взял лук и натянул тетиву. Рана на правом плече от усилия разошлась, отозвавшись тупой болью.
Он прицелился, и внезапно в глазах защипало — возможно, потому, что сегодня было слишком много света.
Рука дрогнула, стрела сорвалась с тетивы и полетела прямиком к императору.
К удивлению Е Тинъяня, как только стрела была выпущена, с противоположной стороны он услышал такой же резкий звук сорвавшейся тетивы.
Обе стрелы попали точно в цель, одна угодила бешеному коню в правый глаз, другая — в левую ногу. Животное громко заржало и вместе с двумя всадниками тяжело рухнуло перед ступенями.
***
- Стрельба по ивам (射柳, shèliǔ) — традиционное состязание в стрельбе из лука, при котором нужно на скаку перебить ивовый прут. ↩︎
- Плакать по отцу и звать мать (哭爹喊娘, kū diē hǎn niáng) — образное выражение, описывающее состояние смертельного ужаса. ↩︎
- Шесть духов остались без хозяина (六神无主, liù shén wú zhǔ) — быть в полной растерянности, потерять голову от страха. ↩︎
- Свет молнии и искра от кремня (电光石火, diàn guāng shí huǒ) — образное выражение, означающее кратчайший миг. ↩︎
- Сердце пугается, плоть трепещет (心惊肉跳, xīn jīng ròu tiào) — состояние сильного волнения или страха, сопровождающееся внутренним трепетом. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
