Она никогда не препятствовала Сун Ланю входить в свои покои, а сейчас было уже слишком поздно. Сун Лань развернулся и направился за расписную ширму в ее дворце. Ло Вэй встала, хотела было его остановить, но, подумав, промолчала и лишь тихо последовала за ним.
Сун Лань откинул полог и увидел, что в ее тесной опочивальне не горят свечи.
Подойдя к дверям и вспомнив о той служанке, которую не удалось разбудить, он почувствовал в душе странное беспокойство. Дежурные служанки обычно спят чутко. Как могло случиться, что кто-то не проснулся даже после прибытия императорского кортежа?
К тому же он пришел в такой спешке, что упустил из виду множество деталей — например, не слишком ли быстро Ло Вэй пришла в себя.
Впрочем, эти мысли лишь промелькнули в голове, увидев, что вокруг пусто, он успокоился.
Ло Вэй вошла следом за ним и зажгла светильник.
В опочивальне было темно и холодно, даже благовония не курились.
Сун Лань постоял недолго, слушая лишь едва уловимый треск тающего воска только что зажженной свечи, и немного расслабился. Он взял три палочки благовоний, торжественно водрузил их в курильницу и совершил обычный обряд.
Ло Вэй опустилась на колени на циновку рядом с ним и сложила ладони:
— Стало ли на душе у Цзы Ланя спокойнее?
Сун Лань ответил:
— У сестры здесь очень хорошее место.
Неизвестно почему, но странное подозрение никак не проходило. В воздухе словно витал едва уловимый, знакомый аромат — капля печали, капля холода. Казалось, это был сандал, который Ло Вэй любила жечь прежде.
Этот сандал когда-то был любимым ароматом его императорского брата. Теперь Ло Вэй курила его редко. Когда он оставался у нее на ночь, она предпочитала куда более сладкие благовония.
Е Тинъянь прислонился к стене внутри комнаты, стараясь дышать как можно тише.
Сначала он слышал их разговор в главном зале, затем шаги, которые приближались, пока не затихли совсем рядом. По какой-то причине Сун Лань вошел в эту тесную опочивальню, и Ло Вэй последовала за ним.
С тех пор как его глаза пострадали, слух обострился. Он мог различить даже свист воздуха между зубами, когда они говорили снаружи.
Сун Лань казался рассеянным. Совершив краткий поклон, он собрался уходить. Е Тинъянь только облегченно вздохнул, как вдруг услышал шорох ткани.
Он помнил, что Ло Вэй набросила тонкую вуаль, лежавшую у туалетного столика — легкую, словно крылья цикады. А Сун Лань во внутреннем дворце предпочитал носить халаты-ланьшань1 либо белого, либо черного цвета.
Тонкий шелк коснулся подола императорской одежды, послышался тихий вздох — перед уходом он обернулся и поцеловал ее!
В одно мгновение первое, что всплыло в памяти Е Тинъяня, была их встреча с Ло Вэй перед залом Цяньфан несколько дней назад.
Он не знал, о чем Ло Вэй говорила с Сун Ланем, помнил лишь ее покрасневшие глаза и след ярко-алой помады, размазавшейся у края губ. Она выглядела так соблазнительно, что нетрудно было представить, какие нежности происходили между «живущими в согласии» императором и императрицей.
Хотя он уже десять тысяч раз повторял это себе в мыслях, оказавшись так близко, он почувствовал такую боль, что едва мог вымолвить слово.
Когда Сун Лань покидал дворец Цюнхуа, он увидел, что Ли Нэйжэнь у дверей все еще не может сдержать зевоту. Он усмехнулся собственной подозрительности — он знал, что у Ло Вэй есть доверенные люди во внутреннем дворце, но они не могли быть настолько дерзки. Должно быть, в последнее время он слишком остро реагировал на любой шорох ветра и крик журавля2, став чрезмерно мнительным.
Пройдя несколько шагов, он издали увидел лесных стражников, кланявшихся через широкую улицу. Поддавшись внезапному порыву, он мимоходом приказал:
— Синсы, разузнай, все ли гвардейцы, охранявшие сегодня ночью дворец Цюнхуа, были на посту? Нет ли отсутствующих?
— Слушаюсь.
Телохранители, окружавшие теперь Сун Ланя, были заменены на приближенных Чжуцюэ. Семеро самых способных из них были названы в честь семи созвездий Южной Чжуцюэ3. Этот Синсы был как раз тем, кто занимал место четвертой звезды Чжуцюэ.
Получив приказ, Синсы бесшумно исчез.
Убедившись, что Сун Лань покинул дворец Цюнхуа, Ло Вэй отослала слуг и снова открыла потайную дверь в опочивальне.
Е Тинъянь почувствовал свет и инстинктивно прикрыл глаза рукой. Ло Вэй, увидев, как он сжался за дверью, выглядя весьма жалко, невольно замерла.
Она поспешно задула свечу в руке и, наклонившись, спросила:
— Что с тобой?
В комнате было темно. Лишь приблизившись, она заметила его покрасневшие глаза и почувствовала укол вины:
— Я помню, что у тебя больные глаза и тебе нельзя смотреть на яркий свет, но не думала, что ты не сможешь вынести даже этой тьмы.
Е Тинъянь взял протянутый ею платок, вытер слезы, выступившие в уголках глаз, и иронично заметил:
— В этих темных покоях Вашего Величества и впрямь чересчур темно.
Ло Вэй промолчала. Раньше она была уверена, что в опочивальне царит непроглядный мрак и без свечи ничего не разглядеть — именно поэтому она осмелилась впустить его туда.
Она не знала, догадался ли он о ее мотивах, но сейчас его тон казался более язвительным, чем прежде.
Возможно, ей просто почудилось.
Ло Вэй протянула руку, чтобы помочь ему встать:
— Уже поздно, тебе лучше поскорее вернуться. Сун Лань получил донесение из Ючжоу, и если ему взбредет в голову, он может отправиться на твои поиски в ведомство Чжуцюэ.
Е Тинъянь, однако, не спешил подниматься. Он перехватил ее руку, помогавшую ему, и слегка опустил глаза:
— Так вот каков твой план? Ты велела мне сохранять ей жизнь три дня, потому что три дня — это как раз время пути от Ючжоу до Бяньду. Возвращение молодого генерала Яня ко двору — событие исключительной важности. Полагаю, у Его Величества теперь не будет времени пристально следить за Чжуцюэ.
- Ланьшань (襕衫, lánshān) — традиционная китайская мужская одежда в виде длинного халата с широкой горизонтальной каймой по подолу, которую носили ученые и чиновники. ↩︎
- Звук ветра и крик журавлей (风声鹤唳, fēng shēng hè lì) — идиома, означающая крайнюю степень подозрительности и страха, когда любой шорох принимается за опасность. ↩︎
- Семь созвездий Южной Чжуцюэ (南方朱雀七宿, nán fāng zhū què qī xiù) — группа созвездий в китайской астрономии, ассоциирующаяся с югом и огненной стихией. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
