Впрочем, эти слухи были даже на руку: по крайней мере, Юэ Чэнь перестал жадно пялиться на Жуань Сысянь.
Благодаря Линь Хунцзи, который оживлял атмосферу, все делали вид, будто ничего не произошло: ели, пили, играли в кости. Так незаметно пролетело больше двух часов.
Когда все уже наелись и напились, кто-то подошёл к Жуань Сысянь с бокалом. Сначала он рассыпался в комплиментах, говоря, как она сегодня ослепительна, а затем настоял на ответном тосте, одну за другой выдавая приятные речи.
Дифирамбы пели так громко, что уши закладывало, и мало кто из присутствующих не понимал, что это откровенное подхалимство.
Никто не собирался разоблачать его, но Цзян Цзыюэ заметила, как Юэ Чэнь несколько раз взглянул на Жуань Сысянь после этих слов. Ухватившись за возможность, она в тон предыдущему оратору произнесла:
— У заместителя Жуань сейчас и в любви, и в карьере полный расцвет, а когда на душе радость, и выглядишь бодро. Разве может она не быть красавицей?
Атмосфера, которую Линь Хунцзи с таким трудом восстановил, из-за одной фразы Цзян Цзыюэ снова пошла прахом.
Все прекрасно поняли, что она имела в виду.
Юэ Чэнь нахмурился:
— Тебе еды мало, чтобы рот занять? Не умеешь нормально говорить — помалкивай.
Ей было плевать, что скажут другие, но то, как Юэ Чэнь защищал Жуань Сысянь, мгновенно привело Цзян Цзыюэ в ярость. Изначально она не собиралась нападать на Жуань Сысянь, а лишь хотела напомнить Юэ Чэню, чтобы он не заглядывался на ту, на кого не следует, но этот мужчина, как назло, шёл ей наперекор.
Однако, поскольку это было публичное место, она не могла унизить достоинство своего мужчины, поэтому снова перевела огонь на Жуань Сысянь.
— Может, я и не умею красиво говорить, но горькая правда глаза колет. Сяо Жуань, мы столько лет коллеги, и я всё же должна тебя предостеречь: чем выше положение мужчины, тем сложнее его удержать. Смотри не оплошай, а то в итоге останешься ни с чем. Слышала про ту девушку, которую мы знали? Забеременела, уже собиралась замуж за сынка магната из сталелитейной промышленности, и что в итоге? Свадьба расстроилась. И кому она теперь с ребёнком нужна? Кто на неё теперь польстится?
Атмосфера накалилась до предела, даже Линь Хунцзи не знал, как сгладить углы.
Жуань Сысянь поначалу гадала, о чём это они там тараторят, но когда Цзян Цзыюэ заговорила в таком тоне, не понять подтекста было бы верхом глупости.
Как назло, в этот момент её телефон завибрировал — снова сообщение от Фу Минъюя.
[Фу Минъюй]: Я приехал. Тебе ещё долго?
Она быстро набрала ответ: «Вы лучше не приходите, а то люди снова подумают, что я соблазняю тебя : )»
Отправив сообщение, она отбросила телефон и подняла взгляд на Цзян Цзыюэ.
— Цзян-цзецзе, если есть что сказать — говори прямо.
Цзян Цзыюэ отвернулась и язвительно пробормотала:
— Разве ты не понимаешь, о чём я?
— Что именно я должна понимать? То, что я соблазняю господина Фу?
Цзян Цзыюэ только собралась ответить, как Юэ Чэнь с силой хлопнул по столу.
— Хватит! Если тебе заняться нечем, иди домой. У человека день рождения, а ты тут несёшь чёрт знает что!
— Ты чего на меня орёшь? Юэ Чэнь, ты что себе позволяешь? — Цзян Цзыюэ уже было плевать на приличия. Заступиться один раз — ещё куда ни шло, но делать это дважды… — Ты не забыл, что скоро женишься? Кого это ты тут выгораживаешь?
Нет, с чего это вы вдруг разругались?
Я ещё свою тему не прояснила.
— Если хотите ругаться, делайте это дома, а сначала давайте во всём разберёмся, — сказала Жуань Сысянь. — Цзян-цзецзе, ещё несколько лет назад ты на каждом углу трезвонила, что я соблазняю господина Фу. Почему же теперь, когда ты выходишь замуж, никак не угомонишься? Мне вот интересно, с чего это у тебя такой интерес к моей личной жизни?
Юэ Чэнь, услышав это, с изумлением посмотрел на Цзян Цзыюэ:
— Так это ты говорила?
— И что это за взгляд? — что бы ни говорила Жуань Сысянь, Цзян Цзыюэ всегда выводили из себя поступки Юэ Чэня. — Да, я говорила, и что с того? Разве сейчас все не видят факты своими глазами?
— Какие ещё факты?
Дверь в отдельный кабинет внезапно распахнулась. Сначала замолк стол, стоящий ближе всех к выходу, а следом гробовая тишина воцарилась во всём помещении.
Все взгляды обратились в ту сторону.
Никто не понимал, почему Фу Минъюй вдруг здесь появился.
Он стоял в дверях с невозмутимым лицом. Его взгляд равнодушно скользнул по присутствующим, не выдавая никаких эмоций. Но зачастую именно это отсутствие эмоций пугало больше всего.
У всех бешено заколотились сердца. Ни Тун даже не удержала в руках ломтик дыни, и тот упал на пол, разлетевшись вдребезги.
Взгляд Фу Минъюя в конце концов остановился на Жуань Сысянь. В нём читался скорее не гнев, а раздражение. Ситуация, которую едва удалось стабилизировать ценой пощёчины, теперь, вероятно, снова будет испорчена этой толпой.
Жуань Сысянь знала, что Фу Минъюй пришёл, поэтому не особо удивилась, но настроение у неё было скверным, и она даже не взглянула на него.
В комнате воцарилась такая тишина, что было слышно, как падает иголка. Шаги Фу Минъюя казались оглушительными; каждый его шаг заставлял сердца людей сжиматься от страха — все боялись, что он остановится именно перед ними.
Однако Фу Минъюй просто подошёл к Жуань Сысянь и протянул ей руку.
— Ты закончила? Я отвезу тебя домой.
Жуань Сысянь, едва сдерживая ярость, оттолкнула его руку.
Фу Минъюй убрал руку и, слегка наклонившись, спросил:
— Они говорят, что ты меня соблазняешь?
Жуань Сысянь лишь холодно усмехнулась, игнорируя его.
— Ты разве не сказала им, что это я добиваюсь тебя?
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
