— Закончила, — Жуань Сысянь придержала полотенце на груди, подтянув его чуть выше, и одновременно окинула Фу Минъюя взглядом. — А ты довольно быстро.
Фу Минъюй отложил книгу, и уголки его губ изогнулись в подобии то ли усмешки, то ли заигрывания.
— Разве ты не знаешь, быстро я или нет?
Жуань Сысянь закрыла дверь, переоделась в пижаму и вышла. Направляясь в ванную, она не забыла одарить его сердитым взглядом.
Высушив волосы, она, не проронив ни слова, вернулась в комнату, нырнула под одеяло и выключила свет.
За окном колыхался лунный свет, пробиваясь сквозь тонкие шторы и разливаясь по комнате.
Фу Минъюй вошёл, не включая свет. Его шаги были почти бесшумными, но Жуань Сысянь словно почувствовала его дыхание и, понимая, что он здесь, зажмурилась ещё сильнее.
Край кровати под его весом медленно просел.
Фу Минъюй лёг в постель; Жуань Сысянь лежала к нему спиной. Он обнял её за талию, уткнувшись подбородком ей в макушку.
В темноте раздался их тихий шёпот.
— Куда летишь в следующий раз?
— Послезавтра, снова в Линьчэн. А что?
— Во сколько вернёшься?
— Если не будет задержек, в шесть.
— Хорошо. Как прилетишь, сообщи мне. И жди меня вечером.
Жуань Сысянь неловко повела шеей, радуясь, что в темноте не видно её румянца, иначе Фу Минъюй наверняка нашёл бы повод для подколок.
— Вообще-то, тебе не обязательно говорить так, словно ты даёшь домашнее задание.
Это прозвучало так, будто Фу Минъюй прямым текстом заявлял: «В тот вечер я возьму тебя, так что готовься».
Фу Минъюй, прикрыв глаза, усмехнулся ей в затылок:
— Во-первых, я попросил сообщить о прибытии, потому что в тот день обещают плохую погоду, и я хочу знать, что ты приземлилась благополучно. Во-вторых, «жди меня вечером» означает, что я хочу повести тебя в ресторан и наверстать упущенное на Новый год.
Его ладонь легла на низ живота Жуань Сысянь. Он слегка приподнялся, чтобы заглянуть ей в лицо:
— О каком же домашнем задании ты подумала?
— …Сообщу, когда приземлюсь. Спи уже. Спокойной ночи.
–
В этом году Новый год по лунному календарю наступал рано. После январских праздников во многих вузах закончились экзамены и начались каникулы. В Цзянчэне было много иногородних студентов, которые один за другим потянулись домой, что вызвало очередной пик нагрузки на авиарейсы.
— Вечно эти задержки!
В зале ожидания первого класса нервно расхаживал мужчина.
— Хоть бы точно сказали, во сколько вылет!
Снаружи небо затянуло низкими облаками. Было всего шесть вечера, но стало темнее, чем обычно бывает в семь или восемь, — верный признак надвигающегося ливня.
Такая погода заставляла задержавшихся пассажиров нервничать ещё сильнее. Сидевшая позади женщина с косметическим зеркальцем в руках хоть и была раздражена, но вела себя не так буйно, как её брат.
— И какой смысл здесь орать? — женщина закатила глаза. — Был бы ты посмелее, пошёл бы ругаться в соседнее здание, чтобы тебе поскорее назначили рейс.
Мужчина обернулся и гневно уставился на неё:
— Ты вообще на что-то способна, кроме этого своего язвительного тона?
Эти двое были теми самыми людьми, что столкнулись в курилке на юбилее отца Янь Аня. Женщину звали Цзинь Я, а мужчину — Цзинь Сюань. У кузенов последние дни выдались скверными, поэтому в словесных перепалках никто не желал уступать.
— Куда мне до твоего красноречия? Если бы ты тогда не чесал языком и не болтал лишнего, разве нажил бы себе столько проблем?
Цзинь Сюань, уперев руки в бока, холодно усмехнулся:
— Это я болтал лишнего? Ты, кажется, тоже поддакивала весьма охотно.
Цзинь Я убрала зеркальце, даже не взглянув на него:
— Если бы ты не начал обсуждать чужую девушку, разве стали бы другие говорить о ней без причины?
Видя его молчание, Цзинь Я снова съязвила:
— Всё из-за того, что ты загляделся на красотку. Только какой бы раскрасавицей она ни была, тебе она не достанется. Ладно бы сам влип в неприятности, так ты ещё и всех нас за собой потянул.
— Красивая, ну да, только и всего, что красивая, — Цзинь Сюань упрямо вскинул голову и усмехнулся. — Неужели он мало видел красавиц? Носится с ней… Что в ней есть, кроме смазливого личика?
Едва он замолчал, как раздалось объявление о начале посадки.
Цзинь Я бросила:
— Всё, пошли скорее. Это их территория, хватит уже языком чесать!
16-й этаж здания «Шихан», кабинет операционного директора.
Фу Минъюй сосредоточенно смотрел в монитор, но вдруг его брови дрогнули, и он повернулся к окну.
Снаружи незаметно начался проливной дождь; небо затянуло чёрными тучи, поднялся сильный ветер.
Он встал, подошёл к окну и взглянул на наручные часы. В его глазах промелькнуло беспокойство.
Вернувшись к столу, он открыл мониторинг состояния рейсов, чтобы, как обычно, проверить обстановку.
Как только страница загрузилась, на экране всплыло тревожное сообщение, выделенное красным цветом.
Не успел он вчитаться, как стоявший рядом Бай Ян изменился в лице и, глядя в экран своего телефона, произнёс:
— Директор Фу, рейс SH29345 выставил код ответчика 7700. Сейчас запускается протокол чрезвычайной ситуации на земле.
Фу Минъюй словно не поверил своим ушам и снова уставился в монитор.
Едва разобрав красные буквы, он резко поднялся и, даже не захватив пиджак, бросился к выходу.
Цзинь Я и Цзинь Сюань сели в перронный автобус, надеясь на благополучную посадку, но на полпути машина замерла.
Прошло больше десяти минут, и Цзинь Сюань снова начал выходить из себя.
Прислонившись к окну, он видел сквозь пелену дождя лишь расплывчатые фигуры механиков в дождевиках, которые в спешке бегали туда-сюда.
— Чёрт побери! — Цзинь Сюань с силой ударил кулаком по двери автобуса. — Мы сегодня вообще улетим или нет?!
Видя его истерику, одна из пассажирок не выдержала. Она смерила его недовольным взглядом и возмутилась:
— Вы что, не видели уведомление в приложении? Какой-то рейс подал сигнал бедствия 7700 и сейчас заходит здесь на посадку.
Водитель обернулся и добавил:
— Сейчас все самолёты в воздухе освобождают коридор, так что мы, разумеется, тоже никуда не едем.
Пассажирка приподнялась на цыпочках, выглядывая в окно:
— И удастся ли им сесть… Говорят, командир экипажа потерял сознание, и управление взял на себя второй пилот, а тут ещё такие ливень и ветер…
В служебном автомобиле авиакомпании «Шихан», мчащемся к лётному полю, Бай Ян стоял позади Фу Минъюя и глухо докладывал:
— Попутный ветер на основной полосе слишком сильный, посадка невозможна, но облачность слишком низкая, чтобы развернуться в противоположном направлении. Диспетчеры направили борт на вспомогательную полосу юго-западного направления. Самолет пойдёт в обход восточного берега залива Юньсин, заходя со стороны Линьгуня к Шиланю, но в таком случае он попадёт под мощнейший боковой ветер слева.
Сквозь стену дождя Фу Минъюй видел, как одна за другой мимо с воем проносятся машины скорой помощи и пожарные расчёты, направляясь к взлётно-посадочной полосе.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
