— Апчхи!
Выйдя из столовой, Жуань Сысянь снова чихнула.
На этот раз она была уверена: кто-то определённо ругает её за спиной, и скорее всего — Цзян Цзыюэ.
Эта женщина просто сумасшедшая — велит ей держаться подальше от Юэ Чэня.
Да что она такого сделала?
Последние полгода она, завидев Юэ Чэня, обходила его стороной, они даже парой слов толком не перемолвились — чего ей ещё надо? Ей теперь что, не приземляться, а вечно в небе летать?
Если бы она действительно хотела иметь что-то с Юэ Чэнем, то даже в полёте могла бы перемолвиться парой фраз по радиосвязи.
Честно говоря, та слишком высокого мнения о своём мужчине, считает его каким-то бесценным сокровищем, на которое стоит кому-то взглянуть — и сразу захочется украсть. И ведь не задумывается, какая у Юэ Чэня репутация в Шихан. Все его знают, и ни одна девушка, желающая нормальной семейной жизни, не рискнёт выйти за него замуж, не боясь, что это прямым путём сэкономит деньги на покупку шапки.
Жуань Сысянь подумала, что ей не следовало только что так прямо выражать свои мысли. Нужно было принять несчастный вид и сказать ей:
— Прости, я и не думала, что ты можешь так это понять. Между мной и командиром Юэ ничего нет, мы просто поболтали о прошлом. Впредь я постараюсь свести наше общение к минимуму, только не ссорься с ним из-за меня.
Всего один такой пассаж — и той гарантирована бессонная ночь, полная дрязг и разборок.
Впрочем, и так тоже неплохо.
Жуань Сысянь знала, что остальные коллеги один за другим получают приглашения на свадьбу, и всё это время опасалась, что Цзян Цзыюэ ради приличия пришлёт открытку и ей.
Теперь, когда стало ясно, как сильно та её опасается, и отношения окончательно испорчены, об этом можно не беспокоиться.
О чём это говорит?
Это говорит о том, что Цзян Цзыюэ просто восхваляет её красоту иным способом.
Пока Жуань Сысянь размышляла об этом, она ещё не знала, что в сети на неё обрушилась волна прямой и грубой радужной лести.
[Неужели для рекламных роликов сейчас приглашают моделей? Разве нельзя использовать своих сотрудников?]
Две недели назад, когда рекламный пост в вэйбо только появился, кто-то оставил такой комментарий под официальным аккаунтом Шихан. Редактор специально сделал репост и ответил:
— Это не модель, это пилот нашей компании.
И тут же количество комментариев под официальным постом, которых обычно было кот наплакал, мгновенно перевалило за тысячу.
— Пилот-цзецзе! Я согласен! Я согласен!
— Подскажите, а в критериях отбора есть пункт про внешность? Если да, то я не приду.
— Цзецзе слишком красивая! Скорее скажите номер рейса, я хочу на него попасть!
— И правда, летает в небе — она же настоящая небожительница!
— Ну и дела… от женщин-водителей и так житья нет, а можно ли вообще садиться в самолёт, которым управляет женщина-командир?
— Ха, нашлись тут ничтожества, которые ни во что не ставят женщин. Твоя мать родила тебя только для того, чтобы ты её дискриминировал? Ты бы на себя в зеркало глянул, прежде чем рассуждать — сам-то в пилоты годишься? Ах, точно, я и забыл: инвалидов в авиацию не берут, а скудоумие — это тоже инвалидность.
— Остальные командиры тоже ничего! Кто-нибудь знает их вэйбо?
За ночь новость разошлась, пост набрал десятки тысяч репостов, и запрос «женщина-пилот Шихан» незаметно поднялся в двадцатку самых популярных тем.
Когда Жуань Сысянь проснулась утром, её телефон едва не завис.
На вэйбо, где обычно царила тишина, внезапно хлынул поток комментариев и личных сообщений, а число подписчиков стремительно росло несколько дней подряд.
Жуань Сысянь была в лёгком замешательстве и только по содержанию личных сообщений смогла найти первоисточник.
Однако комментариев было так много, что она никак не могла понять, как именно эти люди вышли на её личную страницу.
На аватаре у неё стояло фото по пояс, сделанное несколько лет назад на берегу Сены, а никнейм в вэйбо — «Плечом к плечу с солнцем» — на первый взгляд отдавал подростковым максимализмом, так что все были уверены: это она.
Жуань Сысянь снова открыла личные сообщения. Большинство из них прислали девушки.
Кто-то хотел познакомиться, кто-то просто признавался в любви, а кто-то просто слал бесконечные «а-а-а-а-а», подражая крикам восторженной чайки.
Конечно, встречались и крайне прямолинейные предложения, обычно состоявшие всего из двух слов: «Встретимся?».
Жуань Сысянь стало любопытно, откуда у таких людей берётся подобная уверенность в себе. Любопытство заставило её открыть профиль одного из них, но инстинкт самосохранения велел немедленно выйти и заблокировать его навсегда.
Какой женщине не будет приятно, когда столько незнакомых людей рассыпаются в радужной лести?
Жуань Сысянь с радостью сделала скриншот, собираясь отправить его Бянь Сюань и Сы Сяочжэнь, как вдруг экран перекрыл входящий вызов.
Номер не был сохранён, но она знала, кто звонит.
Приняв вызов, Жуань Сысянь промолчала, на том конце тоже на мгновение повисла тишина.
— Жуань-Жуань, тот пилот-женщина в официальном вэйбо Шихан — это ведь ты?
Жуань Сысянь всё ещё сидела на кровати, скрестив ноги; она склонила голову и произнесла:
— Угу.
Голос Дун Сянь сразу стал мягче.
— Почему ты мне не говорила? Я всё время думала, что ты работаешь бортпроводницей.
— Ты и не спрашивала.
В трубке послышалось, как Дун Сянь шмыгнула носом.
— Жуань-Жуань, ты исполнила свою мечту, мама очень рада.
Услышав это, Жуань Сысянь не почувствовала особого трепета, ей нечего было сказать.
Каждый раз, когда они созванивались, всё заканчивалось именно так — беспричинным молчанием.
Дун Сянь тоже не понимала, почему Жуань Сысянь постепенно стала такой: крайне холодной к ней, а иногда даже слегка враждебной.
— Жуань-Жуань, сегодня у тебя день рождения, давай я приготовлю тебе что-нибудь поесть.
— Не нужно, — ответила Жуань Сысянь. — Я уже договорилась с друзьями.
Это был уже не припомнить какой по счёту отказ от встречи, и Дун Сянь, в общем-то, к этому привыкла.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
