Юнь Ли в этот момент хотелось лишь найти маску, чтобы спрятать своё лицо.
Она какое-то время пристально смотрела на Фу Шицзэ, но тот не испытывал ни малейшей неловкости и лишь напомнил ей:
— Тает.
Подтаявшее мороженое стекало к самому низу вафельного рожка и вот-вот готово было капнуть прямо в машине.
Юнь Ли поспешно открыла дверцу, выставила рожок наружу и тихо проговорила:
— В следующий раз так нельзя. Сначала нужно доесть, а потом целоваться, иначе легко запачкать машину.
— Угу, понял, — лениво отозвался Фу Шицзэ.
Юнь Ли взглянула на него. Заметив, что Фу Шицзэ не сводит с неё глаз, она в недоумении спросила:
— Что такое?
Он негромко поторопил её:
— Ешь быстрее.
—
— С чего это Фу Чжэнчу позвал нас? — только когда машина подъехала к Сифускому политехническому университету, Фу Шицзэ спросил Юнь Ли о сегодняшней поездке в питомник.
— Ну, Тан Линь — моя соседка по комнате, она бегает за Фу Чжэнчу, вот мы и выбрались погулять все вместе, — объяснила Юнь Ли. — Возможно, Фу Чжэнчу неловко оставаться с Тан Линь наедине.
Подумав, она добавила:
— А может, он хотел свести нас двоих.
Юнь Ли помнила тот вечер с шашлыками, когда Фу Чжэнчу уже вернул Фу Шицзэ в общий чат.
Фу Шицзэ перевёл взгляд на дорогу. Фу Чжэнчу и высокая худощавая девушка стояли у обочины. Как только Юнь Ли припарковалась, девушка первой юркнула на заднее сиденье.
— Юнь Ли, мы не виделись больше года, не думала, что в этот раз встретимся снова из-за Фу Чжэнчу…
Едва сев, Тан Линь навалилась на спинку переднего сиденья и скользнула взглядом в сторону. Увидев Фу Шицзэ, черты лица которого напоминали Фу Чжэнчу, она изумлённо воскликнула:
— Ты и твой парень оба приехали в Сифу?
Юнь Ли кивнула. Тан Линь с досадой откинулась на сиденье и бесцеремонно ткнула Фу Чжэнчу:
— Посмотри на мою соседку, она с твоим дядей встречается уже два года. Не мог бы и ты поскорее начать наши отношения.
Фу Чжэнчу промолчал и немного отодвинулся в сторону. Тан Линь, сделав вид, что не заметила этого, придвинулась к нему ближе.
Питомник принадлежал другу родителей Тан Линь и находился всего в десяти минутах езды от политехнического университета. Владелец заранее знал об их визите и забронировал столик.
Четверть пространства заведения занимала зона с корги. Когда компания уселась, официант подал им меню.
Сделав заказ, Фу Шицзэ указал на красный чай в меню. Фу Чжэнчу тут же его остановил:
— Ему не нужно, принесите ему просто стакан воды.
Его жест и слова были настолько естественными, будто эта сцена повторялась уже многократно.
Фу Шицзэ: — …
Фу Чжэнчу повернулся к Юнь Ли и пояснил:
— После того как дяде сделали операцию, дедушка с бабушкой сказали, что ему нельзя пить чай, кофе и прочие возбуждающие напитки.
— О… — отозвалась Юнь Ли.
Хотя она была его девушкой, о подобных вещах ей напоминал Фу Чжэнчу. На душе у Юнь Ли стало как-то неопределённо-тоскливо. Она взяла лежавшую рядом подушку в форме корги и принялась вертеть её в руках.
Фу Шицзэ заметил её едва уловимую грусть и слегка зацепил своим пальцем её палец. Увидев это, Фу Чжэнчу впал в ступор и запинаясь произнёс:
— Э-э, Лили-цзецзе, дядя, вы…
Фу Шицзэ не обратил на него внимания и сказал Юнь Ли:
— Иди поиграй с собаками.
В кофейной зоне питомника бегало несколько корги. Фу Шицзэ присел и погладил одну из них по голове. Собака с удовольствием задрала морду, подставляя шею. Юнь Ли вспомнила их первый поход в бар «Сверхурочные» — тогда в закусочной напротив Фу Шицзэ тыкал шпажкой в рыбный шарик, поддразнивая уличного пса.
По сравнению с тем временем, сейчас он казался более мягким и спокойным, но его худощавая спина почему-то напомнила ей ту самую картину. Юнь Ли немного помедлила, а затем подошла к Фу Чжэнчу — Тан Линь как раз ушла поболтать с владельцем.
Она не знала, с чего начать, но Фу Чжэнчу быстро принял новость об их воссоединении. Покачиваясь на стуле, он с чувством произнёс:
— Лили-цзецзе, те, кому суждено быть вместе, всё равно сойдутся.
— А как же ты и Тан Линь? — усмехнувшись, спросила Юнь Ли. Лицо Фу Чжэнчу мгновенно залилось краской, и он долго что-то бормотал, так и не дав внятного ответа.
Спустя какое-то время Юнь Ли спросила его:
— Фу Чжэнчу, та операция по поводу прободения язвы желудка у твоего дяди была очень серьёзной? Он не рассказывал мне подробностей.
— Тогда умерла его бабушка, и дядя, наверное, слишком сильно горевал. У него несколько дней держалась высокая температура, он ничего не ел, поэтому всё было довольно серьёзно.
Заметив, что Юнь Ли замерла, Фу Чжэнчу поспешил её утешить:
— Лили-цзецзе, не переживай так сильно. Сейчас он уже почти поправился, просто нельзя употреблять ничего острого или возбуждающего.
— Угу, — Юнь Ли улыбнулась, не сводя взгляды с Фу Шицзэ.
На сердце у Юнь Ли было тяжело, словно туда навалили камней. Она пододвинулась к нему. Заметив её приближение, Фу Шицзэ подтолкнул к ней корги, приглашая погладить.
Поглаживая собаку по шее, она постепенно сместила руку в сторону, обхватив палец Фу Шицзэ, а затем накрыла ладонью его тыльную сторону руки.
— Ты сейчас счастлив? — спросила она.
Фу Шицзэ перехватил её руку и пощекотал ладонь:
— Да.
Натянутые нервы Юнь Ли немного расслабились. Прошлое она изменить не могла, но, по крайней мере, в будущем она сможет всегда быть рядом с ним.
Перед уходом Юнь Ли заметила в кафе стену желаний. Она надолго задержалась перед пёстрым разнообразием записок, взяла листок и аккуратно вывела своё желание.
— Ты тоже напиши одно, — она протянула бумагу и ручку человеку, который всё ещё возился с собакой.
Фу Шицзэ это не особо интересовало; он выпрямился, пытаясь подсмотреть, что написала Юнь Ли. Она тут же потянула его на себя и предостерегающе произнесла:
— Смотреть нельзя!
— Ладно, — Фу Шицзэ взглянул на неё. — Тогда и ты не смотри моё?
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
