Поиск в интернете показал, что немало новичков на работе сталкиваются с притеснениями со стороны старых сотрудников.
Юнь Ли не могла с уверенностью сказать, злонамеренно ли действует Цинь Хайфэн.
Работу, которая сейчас была у неё на руках, нужно было передать Фан Юйнин на следующий день. Цинь Хайфэн мог просто сказать Фан Юйнин, что уже поручил это ей.
Юнь Ли не хотела давать повод для сплетен из-за того, что не справилась с заданием.
Разведя пакетик лекарства от простуды и закинув в рот мятную конфету, Юнь Ли потратила ещё полчаса, чтобы закончить оставшуюся часть.
Когда она уже собирала вещи, вошёл Фу Шизэ. Было почти девять часов вечера, она и не думала, что он тоже задержится.
Фу Шизэ спросил:
— Ты простудилась?
Юнь Ли и не заметила, что её голос в нос стал настолько сильным, что в нём не осталось прежних ноток.
— Немножко. Попью побольше горячей воды, и всё пройдёт.
Она спросила его охрипшим голосом:
— Откуда ты узнал?
— Ся Цуншэн позвонил.
— О, тогда Ся Ся…
— Твоя подруга Дэн Чуци говорит, что у тебя сильная простуда, ты спишь дома и совсем не отвечаешь на сообщения, — Фу Шизэ многозначительно посмотрел на неё. — Сказала, возможно, ты в состоянии шока.
— …
Юнь Ли достала телефон и увидела, что не отвечала несколько часов.
Скорее всего, поначалу Дэн Чуци думала, что она спит, но в разгар её переработки, не дождавшись ответа, заниковала.
Юнь Ли спросила:
— Ты же не сказал ей… — «что я в компании»…
Фу Шизэ ответил:
— Мне и не пришлось.
Юнь Ли:
— ?
Фу Шизэ просто показал ей историю переписки с Фу Чжэнчу.
[Дядя!! Старшая сестра позвонила и сказала, что Лили-цзецзе с температурой и совсем не отвечает!]
[Я уже у двери дома Лили-цзецзе, стучу целую вечность, никто не открывает]
[Дядя, с Лили-цзецзе ведь ничего не случилось? [плачу][плачу]]
[Не знаю, что с Лили-цзецзе, не могу найти здешнего управляющего]
[Я вызвал службу вскрытия замков, скоро приедут!]
Последнее сообщение пришло примерно две минуты назад.
[Лили-цзецзе нет дома. Почему она куда-то ушла с температурой?]
[Дядя, это ведь считается незаконным проникновением? [плачу]]
[Я даже одеяло на её кровати откинул, она не решит, что я извращенец?]
[Только не говори Лили-цзецзе!]
Фу Шизэ ответил одним словом:
[Хорошо.]
Юнь Ли и представить не могла, что пока она задерживается на работе, замок её двери попросту взломают.
Пока она читала, Фу Чжэнчу прислал новое сообщение: [Дядя, а вдруг Лили-цзецзе упала в обморок где-нибудь по дороге? Может, нам заявить в полицию?]
Испугавшись, что дело дойдёт до объявления в общегородской розыск, Юнь Ли выпалила:
— Скажи ему!
Щёки девушки из-за жара стали непривычно розовыми, от волнения она начала заикаться. Фу Шизэ опустил глаза и спросил:
— Что сказать?
— Ну… ну скажи, что мы вместе…
Фу Шизэ:
— ?
Смысл этих слов прозвучал довольно двусмысленно.
Юнь Ли боялась, что Фу Шизэ не согласится её прикрыть, а если Дэн Чуци узнает, что она в офисе, то непременно разозлится. Поэтому девушка сама потянулась к нему.
Юнь Ли немного занервничала:
— Дай… дай мне свой телефон.
Фу Шизэ посмотрел на неё и, ничего не говоря, протянул мобильный.
В телефоне по умолчанию стоял ввод «девять клавиш», из-за жара и непривычки Юнь Ли печатала медленно.
Ей потребовалась пара минут, чтобы вернуть телефон.
Фу Шизэ взглянул на экран.
[Она у меня, я отвезу её домой]
[Понял, дядя]
Фу Шизэ первым нарушил тишину:
— Я возьму ключи от машины и отвезу тебя.
Технопарк находился прямо напротив жилого комплекса Цили Сянду. С тех пор как Юнь Ли простудилась, она ещё не выходила на прогулку, поэтому покачала головой и сказала:
— Я хочу немного пройтись.
За последнее время произошло слишком много событий, и ей казалось, что глоток свежего воздуха пойдёт на пользу.
Фу Шизэ не стал настаивать. Он сходил в кабинет за курткой и пошёл следом за Юнь Ли.
На всём пути ярко сияли огни, шелестел южный ветер, а на площади суетились люди.
Сегодня там как раз проходила детская ярмарка: рядами стояли прилавки, украшенные гирляндами из ретро-лампочек тёплого света.
Юнь Ли уставилась на яркие огни рынка и сказала:
— Хочу зайти посмотреть.
Фу Шизэ кивнул.
На прилавках продавалось много разного, и в одном месте торговали светящимися игрушками.
Проходя мимо, Юнь Ли остановилась взглянуть. Хозяин лавки, который весь вечер скучал без дела, завидев покупателей, поспешил подняться.
— Красавец, красавица, посмотрите, что вам нужно?
Юнь Ли покачала головой — такие безделушки подходили только детям.
То ли уловив пренебрежение в её взгляде, то ли ещё что, хозяин пару раз повторил «подождите», таинственно достал из-под прилавка сверток из красной ткани и развернул перед ними.
Внутри лежали коробочки с розовыми «волшебными палочками-фейерверками».
— Пятнадцать за коробку, — хозяин, умело читая по лицам, заметил, как слегка изменилось выражение Юнь Ли, и тут же обратился к Фу Шизэ: — Красавец, купите одну коробку для красавицы? Наши волшебные палочки-фейерверки как раз созданы для таких волшебных девушек.
После такой порции лести Юнь Ли неловко замахала руками, прося его замолчать.
Хозяин уже собирался убрать сверток, но Юнь Ли его остановила:
— Лаобань, всё-таки давайте одну коробку.
Она быстро расплатилась.
Фу Шизэ вызвался проводить её фактически в качестве помощи, и Юнь Ли было неловко нагружать его ещё больше, поэтому она сухо спросила:
— Хочешь поиграть? Они довольно забавные. Хоть я и не очень хорошо себя чувствую, но могу составить тебе компанию ненадолго…
Фу Шизэ первым зашагал вперёд, Юнь Ли последовала за ним. Выйдя с ярмарки, он остановился у фонтана на площади и присел на чистое место.
Юнь Ли спросила:
— Здесь можно?
Фу Шизэ ответил:
— Угу.
Распечатав коробку, она увидела шесть аккуратно уложенных фейерверков. Конструкция была простой: десятисантиметровая проволока, покрытая светло-серым составом.
Юнь Ли достала одну штуку.
Она и не помнила, когда в последний раз играла с фейерверками.
В детстве это были в основном шумные петарды, но потом городской контроль ужесточился, и уличным торговцам запретили открыто продавать пиротехнику, поэтому тот хозяин лавки и прятал палочки.
— Когда я была маленькой, в один Праздник середины осени я потратила сбережения за полгода, чтобы накупить кучу фейерверков и пойти играть с младшим братом, — Юнь Ли покрутила палочку в руке и смущённо улыбнулась. — Потом их все отобрали дяденьки из городского надзора, а мой диди долго плакал.
Городской надзор тогда сказал, что у них при себе крайне опасные игрушки.
Юнь Е тогда было всего шесть лет. Он обхватил ногу сотрудника и в слезах кричал, что это всё деньги, которые копила его а-цзе, и если их заберут, она очень расстроится.
Юнь Ли в тот момент думала, что они совершили ужасное преступление, и дрожащей рукой потащила Юнь Е домой. К счастью, сотрудники тогда были вежливы и, улыбаясь, пожелали им счастливого праздника.
Вспоминая об этом, Юнь Ли вздохнула:
— Интересно, как они тогда с ними поступили… Столько фейерверков — это ведь небезопасно.
Фу Шизэ сначала достал сигарету, но, помедлив, убрал её обратно и лишь сухо ответил:
— Сами и поиграли.
Юнь Ли:
— …
Юнь Ли спросила:
— Можно одолжить твою зажигалку?
Фу Шизэ кивнул и жестом позвал Юнь Ли подойти.
В отличие от привычного образа, сейчас Фу Шизэ, сидящий на каменном бортике фонтана в помятой белой рубашке, поверх которой было наброшено чёрное пальто, чем-то напоминал неблагополучного подростка.
В сочетании с его лицом, взгляд которого обычно был холодным.
Юнь Ли остановилась в полушаге от него.
Фу Шизэ сказал:
— Подойди ближе.
Эти слова напомнили Юнь Ли о том, как за обеденным столом Фу Шизэ склонился к её уху. Она невольно покраснела и медленно сделала шаг к нему.
Заметив, что Юнь Ли неправильно его поняла, Фу Шизэ добавил:
— Палочку.
Юнь Ли спохватилась и в замешательстве протянула руку.
Фу Шизэ достал из кармана зажигалку, чиркнул большим пальцем и поднёс огонь к кончику фейерверка. Трепещущее пламя дрожало на ветру.
После нескольких неудачных попыток Фу Шизэ сам взял палочку. Огонь ровно скользнул по ней, и во все стороны полетели искры, превращаясь в густые лучики света, похожие на ворсинки пушистого шарика.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
