После трёх чаш вина Лун Янь наконец задала вопрос, занимавший всех присутствующих:
— Госпожа Юнь, позвольте спросить, какое важное дело привело вас с братом в Цюаньчжоу?
Настало время для подробного разговора.
Юнь Яньцзяо улыбнулась и посмотрела на Юнь Яньжаня.
Юнь Яньжань поставил чашу с вином и огляделся. Все самые влиятельные люди Цюаньчжоу сегодня собрались здесь.
Он спокойно сказал:
— Думаю, вы уже примерно догадались о цели нашего приезда.
Пу Цзян погладил длинную бороду и неторопливо произнёс:
— Если корабли смогут постоянно доставлять сумалийский синий из Западного океана в Китай…
Он не договорил, но все поняли его мысль.
Фарфор занимал чрезвычайно важное место во внутренней и внешней торговле Великой Мин. Если удастся вновь наладить массовое производство столь прекрасного сине-белого фарфора… Все прекрасно осознавали значение этого.
Другой морской купец вздохнул:
— Но двор ввёл запреты. Количество кораблей и морских походов, разрешённых каждый год, строго ограничено.
Цюаньчжоуские морские купцы обладали богатствами, сопоставимыми с богатствами целых государств, огромными флотами и искусными кораблестроителями и моряками. Однако год за годом им оставалось лишь наблюдать, как стареют их корабли и экипажи.
Новая империя не слишком доверяла этим морским купцам, поддерживавшим слишком тесные отношения с монгольской династией Юань и различными героями, соперничавшими за власть при основании новой династии. Особенно учитывая, что в открытом море по-прежнему странствовало немало разбойников — оставшихся сторонников Чжан Шичэна, Фан Гочжэня, Чэнь Юдина и Чэнь Юляна.
Юнь Яньжань улыбнулся:
— Но если корабли будут ходить под знаменем Великой Мин и под руководством минских военно-морских сил, всё будет иначе, разве не так?
Все были глубоко потрясены.
Неужели это означало, что государственная политика вскоре изменится?
То, что Министерство обрядов направило студента Академии Ханьлинь официально представлять государство на поклонении Мацзу, уже было ясным сигналом.
В тишине Чэнь Юнсин, до сих пор почтительно сидевший на самом дальнем месте, вдруг равнодушно произнёс:
— Я слышал, что великий пират Южных морей Чэнь Цзуй утверждает, будто владеет более чем тысячей кораблей, и ведёт себя крайне бесчинно. Военно-морские силы различных государств Южных морей не решаются легко вступать с ним в бой. Даже Бессмертные горы моря едва не подверглись нападению во время обратного плавания, а два сопровождавших их минских военных корабля были потеряны.
Юнь Яньжань слегка вздрогнул и взглянул на Мэн Цзянцина, поняв, что тот, как и он, был тайно потрясён прекрасно налаженной разведывательной сетью семьи Чэнь.
Судя по выражениям лиц остальных морских купцов, они давно знали об этом.
Среди кораблей, которые на первый взгляд никак не были связаны друг с другом, словно существовал невидимый канал, позволявший быстро сообщать кораблестроителям, морякам и даже морским купцам за тысячи ли обо всём происходящем в море.
Юнь Яньжань посмотрел на Чэнь Юнсина:
— Как и сказал дядюшка Чэнь, у Чэнь Цзуя действительно больше тысячи кораблей. Но эта тысяча кораблей не смогла остановить наш Корабль тысячи ли. Как вы думаете, дядюшка Чэнь, почему?
Чэнь Юнсин безразлично улыбнулся:
— Если всякий раз, когда наш флот встречается с Чэнь Цзуем, лишь треть кораблей может избежать опасности, то откуда возьмётся прибыль, когда мы отправляемся за десять тысяч ли через бурные моря в поисках богатства?
Все заговорили разом и повернули взгляды к Юнь Яньжаню.
Юнь Яньжань, не изменившись ни в голосе, ни в выражении лица, сказал:
— Поэтому военно-морские силы должны не только обеспечивать сопровождение. Их необходимо расширить и тщательно обучить экипажи. Кроме того, следует перестроить корабли так, чтобы флот Чэнь Цзуя не мог сравниться с нами ни в скорости, ни в манёвренности, ни в прочности, ни в размерах.
Когда этот день настанет, если он снова осмелится бросить нам вызов, это будет не что иное, как поиски собственной гибели.
Флот Чэнь Цзуя насчитывал, по его словам, тысячу кораблей, но все знали, что среди них были небольшие суда, способные вместить лишь десять-двадцать человек.
Однако по тону Юнь Яньжаня выходило, что он хотел построить тысячу кораблей, сопоставимых с Кораблём тысячи ли по скорости и манёвренности, с военными кораблями — по прочности, а с огромными пятимачтовыми фуцзяньскими судами — по размерам.
Все невольно ахнули.
Юнь Яньжань продолжил:
— Более того, не только Чэнь Цзуй, даже объединённые силы одного или нескольких государств, вероятно, не смогут с нами соперничать.
Морские купцы прекрасно поняли скрытый смысл его слов.
На протяжении последних двадцати лет цюаньчжоуские морские купцы не могли полностью раскрыть свои возможности не только из-за строгих запретов двора и бесчинств Чэнь Цзуя в открытом море, но и из-за двусмысленного отношения государств Южных морей.
Вероятно, они не желали, чтобы китайские суда постоянно прибывали и уходили, и особенно не хотели, чтобы китайские торговцы обходили их посредническую роль и напрямую торговали с Западным океаном.
Некоторые порты относились к китайцам особенно враждебно: создавали трудности с пополнением запасов пресной воды и продовольствия, швартовкой и ремонтом кораблей, торговлей различными товарами, а иногда даже изгоняли китайцев или тайно поощряли пиратские нападения.
Опасность южного морского пути заключалась не только в ветрах и волнах, но и в человеческих сердцах.
Пересечь Южные моря и добраться до далёкого Западного океана было ещё опаснее.
Но если в океане протяжённостью в десять тысяч ли появится настолько мощный флот, куда он не сможет отправиться? Чего он не сможет добиться?
Пу Цзян долго размышлял, прежде чем сказать:
— Сейчас двор ведёт военные кампании против северных монголов, поэтому средств, вероятно, по-прежнему недостаточно. Для создания такого флота потребуется огромный капитал…
Он надеялся, что крупнейшие морские купцы сначала внесут деньги сами.
Юнь Яньжань прямо сказал:
— Потребуются не только деньги. Нам также придётся рассчитывать на вашу всестороннюю поддержку кораблестроителями и моряками.
Со времён династии Сун среди всех видов кораблей именно фуцзяньские суда считались лучшими. Говорили, что они пересекали опасные моря так, словно шли по ровной земле.
Фуцзяньские кораблестроители и моряки также славились как лучшие в Поднебесной. Именно благодаря им различные цюаньчжоуские семьи морских купцов в основном и смогли добиться своего нынешнего положения.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
