Пэй Чуань вышел из дома позже Бэй Яо. Его модифицированная новая машина стояла в гараже. Направление к НИИ действительно было противоположным тому, где находилась школа Бэй Яо.
Как и думал Цзинь Цзыян, цену за то, чтобы взять Бэй Яо в жёны, нельзя было назвать маленькой.
По крайней мере, пока она об этом не знала, он, начиная с сегодняшнего дня, собирался вплотную заняться Хо Сюем.
При мысли о мужчине, который, подобно тигру, смотрел на его любимую жену, желая её отнять, взгляд Пэй Чуаня потемнел, и он развернул машину.
Хо Сюй не был глуп. По крайней мере, сейчас он уже должен был знать, что Бэй Яо вышла замуж. Пэй Чуань вчера оставался дома, чтобы составить компанию Бэй Яо, и тем самым упустил инициативу, поэтому сейчас каждая минута была на счету.
В 2013 году в уличном кафе сидела женщина средних лет в капроновых колготках и пила кофе.
Снаружи шел дождь. Пэй Чуань вошёл внутрь; его чёрный плащ был усыпан мелкими каплями воды.
Элегантная женщина средних лет обернулась, её взгляд был холодным:
— Ты кто такой? Зачем прислал мне те фотографии?
При одном воспоминании о снимках, увиденных утром, элегантность на лице Цзян Хуацюн окончательно испарилась, сменившись зловещим выражением. Казалось, если Пэй Чуань не даст ей удовлетворительного ответа, она будет готова задушить его на месте.
Пэй Чуань со спокойным видом изучал её некоторое время. И вправду, Хо Наньшань был смертельной точкой Цзян Хуацюн. Мать, стоит лишь упомянуть её погибшего сына, мгновенно превращается в безумицу.
Перед уходом из дома он отправил Цзян Хуацюн те фотографии Хо Наньшаня, которые сделала полиция в момент его смерти. Только благодаря этому он мог сейчас стоять здесь и говорить с ней.
Пэй Чуань кивнул и сел напротив неё:
— Госпожа Цзян, не имею намерения вас обидеть. Просто это был самый быстрый способ встретиться с вами. Выражаю глубочайшие соболезнования в связи со смертью старшего молодого господина Хо. Я знаю, что вы давно расследуете причины его гибели, и поэтому пришёл сегодня, чтобы помочь вам.
На тыльной стороне ладони Цзян Хуацюн вздулись вены. Она холодно усмехнулась:
— Помочь мне? И как же ты собираешься мне помочь? Ты знаешь, кто убил моего сына? У тебя есть доказательства?
Тон Цзян Хуацюн был крайне раздражённым. Очевидно, с её точки зрения, использование фотографий мёртвого сына в качестве провокации было невыносимым.
Пэй Чуань равнодушно ответил:
— Я тоже не знаю, кто это сделал. В конце концов, все улики были уничтожены. Вы ведёте расследование уже несколько лет безрезультатно, и я не могу достать из воздуха то, чего больше не существует.
Цзян Хуацюн пришла в ярость и, ударив по столу, вскочила с места:
— Ты ничего не знаешь, но посмел прислать мне такие фотографии!
Пэй Чуань сказал:
— Вы давно подозреваете Хо Сюя, но у вас всё время нет доказательств. Вы боитесь не того, что убьёте невиновного, а того, что настоящий убийца вашего сына останется безнаказанным.
Он заказал чашку чистого чая и пригубил его:
— Дела вашей семьи не касаются меня, постороннего человека, но это дело поставило под угрозу безопасность моей жены. Я вынужден вмешаться. Госпожа Цзян, вы наверняка недавно получили известие о том, что Хо Сюй преследует одну студентку.
Цзян Хуацюн, конечно же, знала об этом. Она не была глупой и с сомнением спросила:
— Ты хочешь сказать, что Бэй Яо — твоя жена?
Пэй Чуань достал из портфеля свидетельство о браке:
— Более шестидесяти процентов имущества семьи Хо находится в ваших руках. Хо Сюй сильно напуган. У него есть любимая девушка по имени Шао Юэ, но он боится, что вы обнаружите, что шесть лет назад Шао Юэ и он одновременно появлялись в городе С. Они не осмеливаются предстать перед вами вдвоём, поэтому он переключился на мою жену.
Цзян Хуацюн просмотрела документы, выражение её лица было неясным:
— Но с чего бы мне тебе верить?
Пэй Чуань ответил:
— Кое-что вы узнаете сами, если тщательно проверите. За границей наверняка найдутся доказательства того, что Хо Сюй и Шао Юэ жили вместе. Что касается того, что происходит внутри страны…
Пэй Чуань был предельно спокоен. Он выложил документ, лежавший в самом низу стопки:
— 16 февраля этого года в люксе отеля «Хэнтай» Хо Сюй и Шао Юэ снимали номер. Оба использовали подставные имена. Камеры наблюдения в коридоре зафиксировали их. Даже если Хо Сюй был в кепке и маске, полагаю, он покажется вам знакомым.
Он говорил о чужой интимной жизни с совершенно невозмутимым видом.
— Женщина в маске в этом документе — не моя жена.
Пэй Чуань прикрыл нижнюю часть лица Бэй Яо на свидетельстве о браке, оставив открытыми лишь чистые и нежные абрикосовые глаза. Его собственный взгляд при этом смягчился:
— Глаза моей жены чистые и красивые.
Цзян Хуацюн взглянула на фото в документах, затем на свидетельство о браке, и в её сердце зародилось доверие.
— Госпожа Цзян, только виноватый человек будет что-то скрывать и в панике не выбирать дороги, ища живой щит. Мне всё равно, что вы в итоге решите, но вы не должны причинить вреда моей жене, потому что я такой же, как и вы, — Пэй Чуань сделал паузу и холодно добавил: — Вы можете убить ради дорогого вам человека, и я тоже могу.
Снаружи учебного корпуса шелестел мелкий дождь, омывая платаны за окном до нежно-зелёного цвета. Ван Цянькунь сказал:
— Яо-Яо, зачем ты брала отпуск в прошлый раз? Только сегодня пришла в школу. Ты хоть знаешь, как быстро продвинулась учебная программа за эти дни?
— Э-э, — преподаватель ещё не зашёл в аудиторию, и Бэй Яо слегка приподняла длинный рукав кофты, демонстрируя кольцо на безымянном пальце. — Замуж выходила.
— …
На некоторое время воцарилась тишина, а затем Цинь Дунни громко расхохоталась:
— Яо-Яо, когда это ты научилась так шутить? Замуж? Чтобы всё выглядело правдоподобно, ты даже купила фальшивое кольцо, чтобы подразнить нас? Мы на это не купимся. Этот бриллиант сделан очень натурально и красиво, вот только он такой большой, что выглядит неестественно.
Все знали, что у Бэй Яо есть парень, которого она ждала много лет. Недавно прошёл слух, что он вышел из тюрьмы. Откуда у него деньги на такое кольцо, которое с первого взгляда казалось баснословно дорогим?
Бэй Яо сказала:
— Это правда, я вас не обманываю.
— Ладно, ладно, верю-верю.
Бэй Яо: «…»
Почему каждый раз, когда она говорит правду о Пэй Чуане, ей никто не верит?
Даже самая простодушная Шань Сяомай прикрывала рот рукой от смеха.
У Бэй Яо не было иного выхода, она не стала с ними спорить. Взяв у соседок по комнате конспекты, она принялась наверстывать упущенный за эти дни материал. Изучение медицины требовало больших усилий, и раз уж она так надолго задержалась, ей нужно было выкроить время, чтобы всё восполнить.
После обеда, когда занятия закончились, Бэй Яо начала собирать в комнате общежития вещи первой необходимости.
Цинь Дунни спросила:
— Яо-Яо, что ты делаешь?
Бэй Яо ответила:
— Я переезжаю.
— А? Переезжаешь?
Бэй Яо аккуратно сложила своё нижнее бельё и кивнула:
— Да. После свадьбы невозможно продолжать жить в школе. Мне нужно вернуться домой, иначе он там совсем один.
В комнате на долгое время воцарилась тишина. Цинь Дунни сглотнула слюну.
— Офигеть, ты это серьёзно? Правда вышла замуж?
Бэй Яо кивнула.
Цинь Дунни воскликнула:
— Мамочки, значит, и кольцо у тебя настоящее? Офигеть, офигеть! — Она была настолько поражена, что не знала, что и сказать.
Однако Бэй Яо просто собрала вещи и действительно ушла домой.
Лишь спустя долгое время Цинь Дунни произнесла:
— Если в школе узнают, что Бэй Яо вышла замуж, даже не представляю, какой начнётся переполох!
Бэй Яо открыла дверь и вошла в дом. Внутри было пусто, Пэй Чуань до сих пор не вернулся.
Она вспомнила, что в исследовательском институте сейчас много дел, поэтому не стала звонить Пэй Чуаню.
Пэй Чуань и правда был очень занят. Когда он шёл на работу в исследовательский институт, то думал о том, что Бэй Яо уже вернулась в школу, и без неё этот дом перестал быть местом, куда так тянет вернуться. Он сосредоточенно работал и ушёл последним.
Весь день шёл мелкий дождь. Ему нужно было пристально следить за действиями Цзян Хуацюн. Если её попытка расправиться с Хо Сюем не увенчается успехом, Хо Сюй может повести себя как загнанная в угол собака, прыгающая через стену1.
Было уже пол-одиннадцатого, когда он вернулся домой. Пэй Чуань открыл дверь и обнаружил, что в гостиной горит свет.
Его сердце невольно забилось чаще. Он поднял глаза и увидел Бэй Яо, которая сидела за маленьким чайным столиком в гостиной и переписывала конспекты.
— Ты вернулся! — Бэй Яо отложила ручку. — Ты ел?
Пэй Чуань покачал головой.
В душе зародилась слабая, невыразимая словами радость. Он внезапно полюбил этот дом.
Бэй Яо сказала:
— На кухне есть еда, я её подогрела. Подожди немного, я сейчас принесу.
Она с воодушевлением выставила блюда на обеденный стол. Пэй Чуань вымыл руки и подошёл к ней. Его кадык дёрнулся:
— Ты сама приготовила?
Бэй Яо кивнула:
— Ешь.
— А ты?
— Я уже поела. — Ей было немного неловко. Вначале она собиралась дождаться Пэй Чуаня, чтобы поужинать вместе, но потом подумала, что он не вернётся. Обычно она ложилась рано и уже собиралась идти спать, но внутренний голос подсказал ей подождать ещё немного, и в итоге она дождалась его возвращения.
Пэй Чуань имел в виду не это. Он помедлил:
— Я буду есть, а ты куда?
Бэй Яо ответила:
— Я буду сидеть рядом с тобой и писать конспекты. Я давно не ходила на лекции, нужно нагонять программу.
С этими словами она принесла учебник и тетрадь, села сбоку от него и принялась переписывать конспекты.
Она писала очень сосредоточенно. Её иссиня-чёрные ресницы, словно крылья бабочки, были спокойно опущены.
Пока он ел, то поглядывал на неё. В книге были описаны медицинские знания, с которыми он мельком сталкивался, пока был в тюрьме.
Снаружи шёл дождь, хрустальная люстра над головой излучала тёплый свет. Он закончил ужинать за несколько минут.
Бэй Яо отложила ручку:
— Я помою посуду.
Он придержал её руку:
— Я сам. Пиши конспекты.
Он вышел, закончив мыть посуду:
— Яо-Яо, ты в будущем… будешь жить здесь?
Она моргнула:
— Да, это наш дом, конечно, я буду здесь жить.
Он плотно сжал губы, боясь выдать свою радость. Слово «дом», сорвавшееся с её губ, звучало необычайно сладостно. У него уже давно не было дома.
Он просто сел рядом с ней и стал смотреть, как она записывает медицинские сведения.
Бэй Яо задумалась, затем подняла на него глаза, в которых блестели искорки:
— Пэй Чуань, а разве тебе не нужно каждый день делать массаж ног?
Он слегка опешил.
Бэй Яо сказала:
— Я учусь на врача, я специалист.
Он помолчал:
— Перестань. Допишешь и ложись спать пораньше.
Он встал, собираясь уйти. Услышав это предложение, его сердце, которое только что согрелось, подсознательно похолодело наполовину.
Бэй Яо вытянула руки и обхватила его за шею, не давая уйти:
— Я правда серьёзно училась! Позволь мне попробовать, ладно?
Он коснулся её лица:
— Будь умницей, отпусти.
Она закусила губу и покачала головой. Пэй Чуаню нужно было постепенно привыкать к жизни с ней, иначе он так и будет вставать ни свет ни заря и ложиться очень поздно, дожидаясь, пока она уснёт, чтобы самому надеть или снять протезы.
Опасаясь, что она почувствует отвращение или испугается, он всегда старался выбирать время так, чтобы их действия не пересекались.
Губы Пэй Чуаня слегка побледнели. Она это заметила своим острым взглядом и тихо вздохнула про себя.
Этот упрямый мужчина всё-таки очень переживает. Она вспомнила Пэй Чуаня, который вставал в несколько часов утра, чтобы постирать брюки, и на душе у неё стало одновременно и грустно, и смешно.
Она бросила писать конспекты и прильнула к его груди.
Её голос звучал нежно и мягко:
— Позволь мне попробовать, ну пожалуйста. Муж.
Он застыл.
- Загнанная в угол собака, прыгающая через стену (狗急跳墙, gǒu jí tiào qiáng) — совершить отчаянный поступок в безвыходной ситуации. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
