Хань Тин увидел, что её щёки раскраснелись — должно быть, она изрядно выпила, но шла она довольно твёрдо, так что всё было в порядке.
Цзи Син не стала с ним здороваться, и он тоже не проронил ни слова.
Зато врач Ту сказала:
— Какая удача, встретить здесь господина Хань Тина.
Руководители тоже были весьма удивлены и один за другим протянули руки:
— Рады встрече, очень рады.
Хань Тин вежливо пожал всем руки:
— Здравствуйте.
Врач Ту находчиво добавила:
— Господин Хань — инвестор «Синчэнь».
Заведующий Лю удивился ещё больше и повернулся к Цзи Син:
— Ты об этом ни разу не упоминала.
Хань Тин взглянул на Цзи Син, но та лишь сухо улыбнулась заведующему Лю, не глядя на него.
Заведующий Лю сказал:
— Так, значит, у них инвестиции господина Хань Тина… Неудивительно, что «Синчэнь» развивается столь стремительно.
Цзи Син промолчала.
Хань Тин слегка улыбнулся:
— Вы преувеличиваете. Я почти не вмешиваюсь в дела «Синчэнь», всё это — заслуга самих ребят, они сами пробиваются и добились определённых успехов. Заведующий Лю, относитесь к ним так, как они того заслуживают. Если делают хорошо — похвалите, если плохо — пожалуйста, подскажите им, помогите им вырасти.
Заведующий Лю ответил:
— Это верно. У «Синчэнь» есть потенциал, и это неоспоримый факт. Мы тоже не так уж много сделали, это, скорее, взаимовыгодное сотрудничество.
Слушая их разговор, Цзи Син гадала, когда же и она сможет держаться так же непринуждённо, как Хань Тин.
Две группы людей обменялись парой фраз и разошлись только в холле. Цзи Син мельком взглянула на Хань Тина, он тоже посмотрел на неё, но ничего не сказал и первым вышел вместе с Цзэн Ди.
В этот миг Цзи Син была готова его загрызть.
Но ей всё ещё нужно было улыбаться руководителям и лично провожать гостей до дверей.
Один из них, вероятно, перебрал с алкоголем; перед тем как сесть в машину, он долго не отпускал руку Цзи Син, наговорил кучу напутствий, а перед самым закрытием двери погладил её по тыльной стороне ладони. Цзи Син почувствовала неприязнь, но могла лишь притвориться, что ничего не заметила, и, нацепив вымученную улыбку, молча отстраниться, а затем помахать вслед уезжающему автомобилю.
Только когда машина скрылась из виду, она опустила затёкшую руку, и улыбка исчезла с её лица.
Дул осенний ветер, ей стало холодно. Обернувшись, она увидела Хань Тина: он стоял неподалёку, засунув руки в карманы, и холодно наблюдал за ней.
Едва Цзи Син встретилась с ним взглядом, она поняла — он всё видел.
Не то под действием алкоголя, не то из жажды мести, она вдруг ощутила злорадство: она его разозлила.
«Ну и злись, — подумала она, — так тебе и надо».
Они стояли на некотором расстоянии друг от друга; свет из ресторана падал на землю, ложась ярким белым пятном между ними. Никто не проронил ни слова, никто не сделал шага навстречу — возникло тягостное молчание.
В конце концов Хань Тин направился к ней и, подойдя вплотную, спросил:
— Тебе не холодно? Почему не наденешь пальто?
Он был настолько спокоен и небрежен, что Цзи Син буквально вскипела:
— Почему ты не проводил свою бывшую девушку?
Хань Тин посмотрел на неё сверху вниз и сухо переспросил:
— И кто же моя бывшая? Я что-то о такой не знаю.
Цзи Син нахмурилась:
— Цзэн Ди!
— Она не бывшая, — отрезал Хань Тин.
Этой брошенной невзначай фразой он снова загнал её в тупик. Этот человек мастерски умел уходить от сути, словно дразнил ребёнка.
Цзи Син, едва сдерживая ярость, сверлила его взглядом, ожидая, что он сейчас объяснит, почему не связывался с ней все эти дни, почему пришёл на свидание с Цзэн Ди и почему оказался здесь. Но он промолчал, лишь повторил:
— Надень одежду.
Цзи Син стиснула зубы и спросила:
— Зачем ты пришёл сюда ради неё?
— Обсудить дела, — ответил Хань Тин. — Ты что, ревнуешь?
— Ревную? — Цзи Син настолько задело его невозмутимое поведение, что она едва не подпрыгнула и выпалила, не выбирая выражений: — С чего бы мне ревновать? Мне-то что? Мы всё равно просто пробуем, и ещё неизвестно, выйдет ли что-то из этого! — Сказав это, она сама испугалась собственных слов и пожалела о них.
Но Хань Тин, как ни странно, не рассердился. Он помолчал мгновение, глядя на неё, и произнёс:
— Это уж точно.
— … — Цзи Син от злости плотно сжала губы, испепеляя его взглядом. Через секунду она резко развернулась, собираясь уйти.
Хань Тин перехватил её за запястье и потянул назад, негромко сказав:
— Между нами сейчас нет абсолютно ничего, а ты закатываешь сцену из-за чашки чая. Ты вырядилась вот так и пьёшь с толпой мужиков — если бы я вёл себя так же, как ты, мне что, нужно было бы тебя до смерти замучить?
Цзи Син в гневе воскликнула:
— Что ты несёшь? Это моя работа!
— И в твою работу входит поглаживание по рукам? — спросил Хань Тин. — Кто был тот мужик?
Цзи Син вскинула подбородок, в её тоне прозвучал вызов:
— Такой же, как и ты, вышестоящий руководитель!
Хань Тин замолчал, его лицо по-прежнему оставалось бесстрастным. Он медленно оглядел её с ног до головы: от тонких бровей до алых губ, от открытых плеч до гладких ног под подолом платья. Прищурившись, он внезапно спросил:
— Поумнела, да?
Цзи Син опешила, но тут же всё поняла и, покраснев, спросила:
— Что ты имеешь в виду?
Хань Тин пристально смотрел на неё, не проронив ни слова.
Цзи Син, у которой терпения было куда меньше, не выдержала:
— Хочешь сказать, я специально так оделась, чтобы навлечь на себя неприятности?
— Я этого не говорил.
— Ты именно это имел в виду!
— А разве важно, что я имел в виду? — произнёс Хань Тин. — Мне просто любопытно: раз тебя только что донимали, не пора ли тебе уволиться?
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
