Он безучастно наблюдал, как она развлекает сама себя, позволяя ей делать всё, что заблагорассудится.
Пройдя совсем немного, они столкнулись в жилом комплексе с Ли Ли. Обе давно не виделись. Лу Цюцзы в последнее время была занята романом с молодым стажёром, и у неё не было времени налаживать их отношения. После инцидента с визитом «законной жены» отношения у них хоть и не были натянутыми до предела, но к примирению они так и не пришли.
В этот раз при встрече Цзи Син слегка кивнула. Ли Ли взглянула на неё, затем на Хань Тина, тоже кивнула и прошла мимо.
Хань Тин собирался повести Цзи Син пообедать, но на полпути позвонил Тан Сун: с поглощением компании «Чжуши» снова возникли проблемы. Пришлось встретиться с Чжу Хоуйу.
Цзи Син поняла, что у него есть дела, и сказала:
— Иди занимайся делами, а я закажу доставку еды.
Но Хань Тин всё равно взял её с собой. Это была чайная; в просторной и изысканной отдельной комнате стояла деревянная ширма, отделявшая внутреннюю часть.
Хань Тин провёл её во внутреннюю комнату и сказал:
— Побудь здесь немного. Как только закончу, пойдём поедим вместе.
Цзи Син кивнула:
— Хорошо.
Хань Тин закрыл за собой дверь и вышел, а Цзи Син перевела телефон в беззвучный режим.
Сквозь тонкую перегородку из дерева и бумаги она вскоре услышала, как кто-то вошёл во внешнюю комнату. Это был тот самый господин Чжу, который на прошлом банкете курил и насмехался над официантом. Голос его звучал звонко и вкрадчиво:
— Очень извиняюсь, господин Хань. Вы видите, вы так заняты, а я заставил вас приехать. Просто по телефону обсуждать это было бы не совсем вежливо и официально, мне нужно было принести тебе извинения лично.
Голос Хань Тина был спокоен и бесстрастен:
— Ничего страшного. Поглощение — дело серьёзное, лишняя осмотрительность не помешает. Только вот мои люди говорят, что контракт уже подготовлен, осталось лишь поставить подписи, а господин Чжу снова чем-то недоволен?
Его тон был обыденным, но слово «снова» выдавало сдерживаемое нетерпение.
— Ха-ха, — дважды рассмеялся господин Чжу. — Господин Хань, вы же знаете, бизнесмен всегда ищет выгоду. Компания «Чжуши» стала результатом моих трудов за последние десять с лишним лет. И теперь, когда её покупают, не должен ли я выбрать того, кто предложит самую высокую цену? Другая компания предложила условия, которые снова выше, чем у «Дунъи», вот я и засомневался.
Цзи Син, слушая, невольно вытянула шею, чтобы подсмотреть. Сквозь щель в деревянной двери она видела силуэт сидящего Хань Тина. Его профиль был чётко очерченным, но не выражал никаких лишних эмоций.
— Мы все вращаемся в этой среде, и я могу это понять. Никто не упустит выгоду, которая сама идёт в руки. Вот почему, когда ты несколько раз взвинчивал цену на месте и раз за разом передумывал после достижения договорённостей, «Дунъи» не вступала с тобой в споры. В конце концов, в бизнесе нельзя рубить сплеча, принято оставлять место для манёвра и соблюдать взаимность. «Дунъи» не станет мелочиться из-за таких крох. — Тут он сменил тон: — Но всему есть предел. Господин Чжу, вы отказываетесь от своих слов снова и снова, и я вижу, что этим торгам не будет конца. Неужели господин Чжу решил использовать «Дунъян» как трамплин, решив, что с «Дунъян» можно так безнаказанно не считаться?
Чжу Хоуйу почувствовал неладное и попытался отшутиться, чтобы сгладить ситуацию:
— Ну что вы такое говорите! «Дунъян» — огромная корпорация, кто посмеет переходить вам дорогу? Я человек маленький, без больших амбиций. Вы — человек высоких качеств, верный принципам и честному слову, у вас всё чётко. А я так не могу, мне нужно присмотреться, поискать варианты. Неужели я должен лишиться огромной суммы ради всех этих пустых разговоров о честности и морали?
— Присмотреться. Ты что, принимаешь мою компанию за овощной рынок? — Хань Тин произнёс это небрежно, но уже весьма резко.
У Цзи Син от его слов по спине пробежал холодок. На той стороне господин Чжу тоже на какое-то время замолчал. Спустя мгновение он снова рассмеялся:
— Давайте так, господин Хань: в этот раз вы добавите ещё немного, и я окончательно выберу «Дунъян».
Хань Тин ответил:
— Эти слова звучат знакомо, кажется, вы говорили то же самое в прошлый раз. После этого «Дунъян» подготовила контракт, и вот результат: сегодня вы снова пошли на попятную.
Господин Чжу стоял на своём:
— У вас огромный бизнес. А я не вы, у меня за душой только это дело, так что подкиньте вы мне хоть ещё немного.
Хань Тин коротко усмехнулся и вынес окончательный вердикт:
— Что касается поглощения «Чжуши», то с этого момента «Дунъян» выходит из сделки.
— Как это…
— А вот когда после нашего ухода «Тункэ» лишится конкурента и не снизит ли она текущие условия — это уже будет зависеть от репутации господина Чжу.
— Ты… — Чжу Хоуйу занервничал. — Неужели «Дунъян» не может себе позволить добавить какие-то двадцать миллионов?
— Не добавим, — холодно отрезал Хань Тин. — Ты соглашаешься, и мы подписываем поглощение; не соглашаешься — сотрудничество отменяется. Решайте сами, господин Чжу.
Господин Чжу, видя, что договориться не удастся, тоже переменился в лице и выпалил:
— Раз не добавите, значит, и разговора не будет! Господин Хань, доля «Чжуши» в городах второго и третьего эшелона весьма приличная. Если нас перекупят конкуренты, смотрите потом не пожалейте! — Сказав это, он громко хлопнул по чайному столу и ушёл.
Цзи Син было так неловко, словно её кололи иголками, она даже не решалась выйти. Подглядывая сквозь щель, она видела, что лицо Хань Тина оставалось спокойным, никаких эмоций не читалось, лишь челюсти были слегка сжаты.
Вскоре вошёл Тан Сун:
— Непонятно, с чего это «Тункэ» вдруг заинтересовалась «Чжуши». Но такие люди, как Чжу Хоуйу, которые не держат слова и по нескольку раз нарушают договорённости ради повышения цены, встречаются редко. Однако… если мы откажемся, «Тункэ», боюсь, тоже немного снизит цену. Способствовать их сделке — слишком невыгодно. Нельзя позволять им так использовать нас для массовки.
Хань Тин холодно усмехнулся.
Тан Сун спросил:
— Как ты хочешь поступить?
После долгого молчания, во время которого Цзи Син не слышала ни звука, она наклонила голову и увидела, как Хань Тин взял деревянную палочку для чайных листьев, макнул её в чай в чашке и написал на столе два иероглифа.
Лицо Тан Суна слегка изменилось, он нахмурился и кивнул:
— Да.
Он быстро вышел. Хань Тин немного ослабил галстук, встал и направился к ней.
Цзи Син поспешно села как ни в чём не бывало и принялась прилежно пить чай из маленькой пиалы.
Хань Тин открыл дверь и увидел, как она, широко распахнув глаза и поджав губы, послушно смотрит на него. Его лицо смягчилось, он протянул ей руку:
— Пошли.
Она сжала его ладонь, и он помог ей подняться:
— Куда мы?
— Домой.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
