Приезд полиции вызвал немалый переполох на ежегодном собрании.
Несколько полицейских под конвоем вывели Чжу Лэя для допроса, следуя указаниям Цзи Син. Чжу Лэй не ожидал, что она и вправду вызовет полицию, и в ярости выкрикивал:
— Да не трогал я её! Ты что, совсем с ума сошла?! У тебя с головой всё в порядке?!
— Прекрати орать! — прикрикнул один из полицейских.
Вокруг мгновенно поднялся шум, все взгляды устремились на них, а затем воцарилась гробовая тишина.
Заместитель генерального директора поспешил вмешаться, чтобы уладить ситуацию. Полицейские тоже не хотели мешать празднику и попросили непосредственных руководителей и участников инцидента выйти для разбирательства.
Вокруг столпились коллеги. Подошёл и Чэнь Сунлинь, с беспокойством спросив:
— Цзи Син, что случилось?
Увидев его, Цзи Син вспомнила, как он собственноручно перечеркнул её шансы на повышение, и не смогла вымолвить ни слова.
Полиция вывела причастных из зала. Ведущий на сцене изо всех сил старался сменить тему и перешёл к следующему раунду розыгрыша призов. Люди продолжали перешёптываться, но по мере того, как суммы выигрышей росли, их внимание переключилось.
Полицейские объяснили заместителю гендиректора причину вызова: Цзи Син заявила, что коллега подверг её сексуальному домогательству и напал на неё.
— Кто к тебе приставал? — тут же спросила подоспевшая Ли Ли, услышав эти слова.
Едва успокоившиеся эмоции Цзи Син вспыхнули с новой силой, и она с негодованием произнесла:
— Он! Он хватал меня сзади, а теперь отпирается, да ещё и оскорбляет. Он толкал меня к стене!
Коллеги и непосредственный начальник Чжу Лэя тоже были здесь. Тот пришёл в ярость и, тыча пальцем ей в лицо, заорал:
— Я тебя предупреждаю, не смей болтать лишнего! Думаешь, раз ты девчонка, я ничего тебе не сделаю?! Кто тебя трогал? Да такую, как ты, если б мне в постель принесли…
— Ты на кого рот разеваешь?! — резко оборвала его Ли Ли. — Я навидалась таких ничтожеств: ничего из себя не представляют, только и живут своими похотливыми фантазиями. Силёнок хватило только на то, чтобы лапать коллегу в компании? Совсем от желания с ума сошёл?! Обижать своих же — ты вообще человек после этого?!
— Да я тебя сейчас…
— Всем успокоиться! — рявкнул полицейский. — Кого это ты собрался трогать? В камеру захотел?
Тот, будучи из тех, кто смел лишь перед слабыми, мигом притих.
В этот момент один из его коллег подал голос:
— Здесь наверняка какое-то недоразумение. Я хорошо его знаю, он всегда вежлив с людьми и серьёзно относится к работе. Он не такой человек.
— Цзи Син — ведущий инженер, она со всеми в хороших отношениях и врать не станет, — пробормотала Хуан Вэйвэй.
Его начальник добавил:
— Вот и я говорю — недоразумение. К тому же такие вопросы можно решить внутри компании, не стоило вызывать полицию и зря беспокоить офицеров. Слишком импульсивный поступок.
Чэнь Сунлинь слегка нахмурился:
— Ваш подчинённый тоже весьма импульсивен: и орёт, и в драку лезет.
— Да не трогал я её! Как тут не злиться, когда тебя оговаривают? — воскликнул Чжу Лэй.
Цзи Син ожидала, что он будет отпираться, и твёрдо отрезала:
— В отеле есть камеры, посмотрите записи!
Лицо Чжу Лэя изменилось, и это не укрылось от взгляда полицейского. Офицер спросил:
— Ты уверен, что не приставал к ней?
— Уверен.
— Хорошо, проверим записи.
Вскоре запись нашли, но на видео Цзи Син стояла лицом к камере, а рука мужчины оказалась как раз за её спиной, так что разглядеть конкретные действия было невозможно. Зафиксированы были лишь последующая ссора и толчки.
Стороны стояли на своём. Чжу Лэй утверждал, что просто размахивал руками при ходьбе; Цзи Син настаивала, что при обычной ходьбе руки под таким углом не ходят. Чжу Лэй выкручивался, говоря, что он развернулся к ней, чтобы что-то сказать, и потому корпус наклонился.
Спор зашёл в тупик. У полицейских не оставалось выбора, и они спросили:
— Есть ли свидетели?
Чжу Лэй самодовольно усмехнулся. Кто мог что-то заметить в то мгновение? А если и заметили, кто станет вмешиваться и наживать себе врагов?
Начальник уговаривал их пойти на компромисс, но Цзи Син не могла проглотить эту обиду и требовала публичных извинений. Оппонент, обнаглев, заявил, что это его оклеветали, и это Цзи Син должна извиниться перед ним при всех.
Когда гнев Цзи Син достиг предела, полицейский указал на другой экран:
— Вот этот человек должен был всё видеть.
На записи какой-то мужчина стоял у панорамного окна и говорил по телефону, глядя как раз в сторону коридора перед туалетными комнатами.
Заместитель гендиректора узнал человека на экране и отправился его пригласить.
Вскоре тот человек пришёл. Им оказался Хань Тин, за которым следовал Тан Сун. Увидев Тан Суна, Цзи Син внезапно вспомнила случай с «Порше». Значит, в тот день в машине был Хань Тин.
Войдя, Хань Тин сразу увидел заплаканную Цзи Син. Она вцепилась в него взглядом, словно в последнюю соломинку.
Он равнодушно отвёл глаза и посмотрел на полицейского.
Офицер вкратце обрисовал ситуацию и пояснил:
— Мы увидели на камерах, что вы были рядом в тот момент. Хотели спросить, видели ли вы этот инцидент?
Терпеливо выслушав полицейского, Хань Тин ответил:
— Видел.
Взгляд Цзи Син стал ещё более умоляющим.
— Не могли бы вы описать, что там произошло?
— Она подверглась сексуальному домогательству, — коротко бросил Хань Тин, ставя точку в этом деле.
— Да вы, чёрт возьми, заодно! — взревел Чжу Лэй.
Хань Тин лишь мельком взглянул на него, но не успел он и слова сказать, как заместитель гендиректора громко прикрикнул:
— Распускаешь руки, да ещё и не признаёшься?!
Все присутствующие начальники и коллеги притихли, не понимая, что происходит. Они лишь видели, как заместитель гендиректора почтительно склонился перед Хань Тином и начал извиняться:
— Простите, господин Хань, что вам пришлось столкнуться с подобным. Мне крайне неловко. И благодарю вас за помощь.
Господин Хань? Погодите, а это кто такой?
Цзи Син пребывала в полном замешательстве.
— Вы сможете проехать с нами для дачи показаний? — спросил полицейский.
— Да, — ответил Хань Тин.
Он вышел вслед за полицейским для составления протокола. Заместитель гендиректора лично открыл ему дверь и проводил.
Чжу Лэй понурил голову, весь его недавний запал мгновенно испарился. Глядя на это, всем стало ясно, кто прав, а кто виноват.
Заместитель гендиректора поинтересовался, как разрешить ситуацию. Полицейский ответил, что при серьёзном разбирательстве возможен арест, но, поскольку они коллеги, в интересах дальнейшей работы лучше прийти к мировому соглашению: извинения и компенсация. Но на это должна согласиться сама Цзи Син.
— Что за вздор? — не поверил начальник Чжу Лэя. — Арестовывать из-за шутки между коллегами?
— Кто это с ним шутил? Мы что, близкие друзья, чтобы он позволял себе такие шутки? — возмутилась Цзи Син.
— С таким подходом вы, похоже, извиняться и не собираетесь? — добавил полицейский.
Получив выговор, начальник сердито зыркнул на Чжу Лэя и, махнув рукой, вышел, давая понять, что умывает руки.
— Прости, — буркнул Чжу Лэй, опустив голову.
Цзи Син проигнорировала его.
Несколько его коллег, посовещавшись, заставили его написать письменное извинение и выплатить Цзи Син пятьсот юаней компенсации.
Все вокруг начали выступать в роли миротворцев, уговаривая её:
— Он виноват, мы с ним серьёзно поговорим, когда вернёмся. Сегодня такой радостный день, ежегодное собрание, к тому же скоро праздники и Новый год, верно? Умей прощать, когда это возможно, давай на этом и закончим.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
