Цзи Син, увидев её, немного приободрилась; она отложила сумочку и подошла помочь ей с уборкой.
— Вы ведь сегодня проводили какой-то высокотехнологичный эксперимент? — спросила Ту Сяомэн.
— Да, — ответила та и всё же поправила: — Испытание.
— О-о, надо же, кто-то ведь соглашается ставить испытания на собственном теле, — удивилась Ту Сяомэн.
— А как иначе? Ты думаешь, лекарства и всякие приборы, что продаются в аптеках, попадают на рынок просто так, без клинических испытаний на людях?
Сяо Мэн, закатив глаза, на мгновение задумалась и кивнула:
— И то верно. Просто я об этом как-то не задумывалась, ха-ха, — она рассмеялась, невзначай взглянув на Цзи Син.
С тех пор как Цзи Син рассталась с Шао Ичэнем, Ту Сяомэн день за днём наблюдала за её переменами.
В первый месяц она была словно тень, потерявшая душу. Неизвестно, как она работала, но домой она возвращалась всё позже, оставалась там всё меньше и почти ни с кем не разговаривала. Этот дом стал для неё просто местом для ночлега: вошла — уснула, проснулась — ушла. Но и этот так называемый «сон» больше походил на оцепенение мертвеца. Спокойные ночи выпадали редко; Ту Сяомэн несколько раз слышала её плач из ванной в три-четыре часа утра. В комнате царила гнетущая атмосфера, шторы всегда были задернуты — сплошной мрак без единого лучика света. Лианы и кактусы на балконе — всё засохло.
На второй месяц ей стало чуть лучше: она начала подшучивать и болтать с Ту Сяомэн, заглядывать в гости к Ли Ли в соседнюю квартиру. Только иногда посреди разговора она вдруг замолкала и впадала в ступор с отрешённым видом, и было неясно, о чём она думает.
На третий месяц она пришла в норму: могла, как прежде, заливисто смеяться, озорничать и дурачиться, а во время сплетен проявляла свою натуру болтушки. Вот только имя «Шао Ичэнь» по-прежнему оставалось под строжайшим запретом.
Ту Сяомэн не знала, что стало бы с ней, если бы её отношения закончились так же; пожалуй, ей пришлось бы несладко, словно с неё три шкуры содрали.
Распаковывая коробку, Цзи Син вдруг спросила:
— У вас с Чжан Хэном всё хорошо?
— Всё отлично, — Сяо Мэн на мгновение опешила. Одному небу известно, как тихо она в последнее время шепталась с Чжан Хэном по телефону, боясь, что подруга услышит и расстроится.
— А как же его идея с ресторанным бизнесом?
Сяо Мэн довольно осклабилась:
— Конечно, он уступил и послушался меня. Я его убедила, и он пообещал, что будет смотреть на вещи реально: сначала поработает в автосалоне, поднакопит денег. А через пару лет, глядишь, и до начальника отдела продаж дорастёт.
— Это очень хорошо, — сказала Цзи Син.
Ту Сяомэн отложила ножницы и вздохнула:
— На самом деле, если он и правда захочет работать на себя, я уже всё придумала. Если к тридцати годам это желание не пропадёт, мы что-нибудь решим и откроем автомастерскую — вложений меньше, чем в ресторан. Мужчинам полезно иметь амбиции и стремление к карьере. К тому времени и сбережений будет побольше, и отношения станут стабильнее — появится уверенность.
Цзи Син заметила:
— Ты рассуждаешь здравее всех нас.
— Да куда уж мне? — Ту Сяомэн вскинула брови и покачала головой. — У меня просто нет другого выхода. Будь у меня такие способности, как у тебя, я бы уже давно открыла компанию.
Цзи Син не знала, смеяться ей или плакать, и ответила:
— Мне просто повезло, я встретила своего благодетеля, — она добавила: — Подготовьтесь с Чжан Хэном ещё несколько лет. Не спешите.
— Угу, — кивнула Ту Сяомэн, разрезая скотч на коробке. — На самом деле Чжан Хэн очень хороший. Хоть он и не такой способный, как те мужчины, с которыми вы обычно общаетесь, зато он меня обожает и во всём слушается. К тому же я сама не то чтобы великих талантов, так что мы с ним — два сапога пара.
Цзи Син рассмеялась:
— Не прибедняйся, ты как-никак инфлюенсер.
— Какой там инфлюенсер! За полгода прибавилось всего десять тысяч подписчиков, да и из тех пять тысяч я сама купила. В Вэйбо сейчас охваты режут просто безбожно, — пожаловалась Ту Сяомэн. — Так что мы с ним — идеальная пара. Точь-в-точь как черепаха и маш.
Сказав это, она вдруг подумала, не слишком ли неуместно выставлять напоказ своё счастье.
Но Цзи Син покатилась со смеху, держась за живот:
— Ну и ну! И кто же из вас черепаха, а кто — маш?
— Конечно, он — черепаха, — ответила Ту Сяомэн и, сорвав с лица маску, встала. — Пойду умоюсь.
Цзи Син продолжила вскрывать посылки с косметикой, присланные брендами. Вскоре Ту Сяомэн вернулась, закатала рукава и открыла изящную коробку, на которой красовался логотип Chanel.
Сначала Цзи Син подумала, что это косметика, и уже хотела сказать, что дела у «инфлюенсера» идут в гору, но коробка была большой — явно для сумки.
— Фанат прислал, — Ту Сяомэн не стала открывать дальше и поставила коробку на стол.
Цзи Син в шутку бросила:
— Тот самый, что прошлой зимой прислал шарф от LV?
Ту Сяомэн округлила глаза:
— Нет. Другой.
Она не умела лгать, и Цзи Син это заметила. Но она не придала этому значения. Принимать от фанатов дорогие подарки, может, и не было верхом благородства, но и повода для морального осуждения в этом не было.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
