Но, говоря по правде, она была крайне удручена: стратегию и позиционирование «Синчэнь» ей так и не удалось до конца осмыслить.
Как и предсказывал Хань Тин, «Синчэнь» ещё больше месяца назад начала отбор продукции, но так и не смогла окончательно определиться.
Тогда Цзи Син почувствовала, что одних лекций уже недостаточно; ей хотелось отправиться на действующие предприятия почтенных производителей медицинского оборудования, чтобы лично всё осмотреть, набраться опыта и поучиться. Возможно, это принесло бы неожиданные плоды.
В группе предварительной подготовки MBA у неё был однокурсник — мужчина лет тридцати с небольшим, который по работе профессионально занимался организацией зарубежных деловых поездок и обладал соответствующими связями.
Месяц назад Цзи Син обратилась к нему с просьбой подобрать курсы повышения квалификации с выездом за границу. Она особо подчеркнула, что ей не нужна «поездка для галочки» или просто путешествие — она искренне хотела чему-то научиться. Тот согласился и велел ей заранее заняться оформлением визы. Позже этот дядюшка предложил ей два или три варианта. Изучив и сравнив их, Цзи Син выбрала научно-исследовательскую поездку в Германию с вылетом из Шанхая.
Дата отъезда была назначена через неделю, и она очень надеялась, что эта поездка поможет ей найти ответы на все вопросы.
Ведь сейчас, хотя она и посещала занятия, ей казалось, что в учебниках понятно каждое слово, но применить эти фразы на практике было невероятно трудно.
Как и говорил Хань Тин: не ограничивай себя, выходи за рамки привычного мышления.
Она и сама могла бы так сказать, но как именно выйти за эти рамки?
Занятия по программе MBA закончились в шесть вечера.
С тех пор как дела в компании пошли на лад, все отдыхали по графику, и в выходные больше не требовалось работать сверхурочно.
Цзи Син было некуда идти; вспомнив о предстоящих экзаменах MBA и о том, что на следующей неделе из-за поездки за границу она пропустит занятия, она решила, что лучше пойти домой и как следует всё повторить.
Но на полпути Ту Сяомэн написала в группе:
— Пойдёмте выпьем в SWAG.
Цю Цзы жила далеко, поэтому ответила:
— Завтра понедельник, я не приду.
Ли Ли отозвалась:
— Я с вами.
Прежде чем войти в бар, Цзи Син заглянула в дамскую комнату.
Сегодня на ней был лишь лёгкий макияж, и в ночном свете её личико казалось бледным, почти прозрачным. В уборной постоянно входили и выходили красавицы. Достав косметичку, Цзи Син сделала себе дерзкий вечерний мейкап. И надо сказать, яркий образ на редкость преобразил её, придав ей особое очарование.
Три девушки встретились у барной стойки. Сяо Мэн ахнула:
— Син, у тебя сегодня просто потрясающий макияж.
— Это я у тебя в последнее время научилась, — ответила Цзи Син. — Разве я могла прийти сюда и не прихорошиться?
— Красиво, — Ли Ли повернула её лицо к себе, присмотрелась и добавила: — Тебе стоит чаще менять стиль. Настоящая красавица.
— Я в любом стиле хороша, — хмыкнула Цзи Син.
Подруги синхронно закатили глаза.
Сяо Мэн и Ли Ли заказали «Лонг-Айленд». Цзи Син не хотелось начинать с чего-то столь крепкого, поэтому она взяла «Санрайз».
Девушки уселись в ряд, став настоящим украшением бара.
Они попивали коктейли и болтали обо всём: о компании «Синчэнь», о крупном контракте Ли Ли, о том, сколько новых подписчиков набрала Сяо Мэн и как она заполучила контракт с отечественным брендом второго эшелона. Перейдя от работы к делам сердечным, они затронули тему Сяо Мэн и Чжан Хэна, и на этом разговор застопорился.
Уже несколько месяцев Цзи Син наотрез отказывалась упоминать о Шао Ичэне, и эта тема стала запретной среди друзей.
Никто не решался расспрашивать её о личной жизни.
Да и Ли Ли в последнее время перестала рассказывать о своих любовных похождениях. Цзи Син уже заметила, что рядом с ней, кажется, появился постоянный мужчина, но Ли Ли хранила это в тайне и ни с кем не делилась, а Цзи Син не стала любопытствовать.
Всегда есть какие-то секреты или раны, о которых не расскажешь даже лучшим друзьям — это негласное правило дружбы.
Спустя некоторое время группа сменила музыку, ритм стал более весёлым. Музыканты приглашали гостей потанцевать.
— Пойдёте танцевать? — спросила Ту Сяомэн.
Цзи Син покачала головой.
Ли Ли, увлечённо переписываясь в телефоне, ничего не ответила.
— Я пойду немного развлекусь, — Ту Сяомэн соскочила со стула и с улыбкой скрылась в толпе.
У Цзи Син не было желания танцевать, но она с удовольствием наблюдала за другими. Парни и девушки, мужчины и женщины плавно покачивались в такт музыке — не слишком энергично, но весело и мило.
Вглядываясь в толпу, она вдруг заметила в стороне Хань Тина. Она вздрогнула от неожиданности: как можно было встретить его в таком месте? Но стоило ей моргнуть и присмотреться, как он исчез.
Наверное, показалось.
…
Когда Хань Тин вошёл в отдельный кабинет бара, Лу Линцзя вместе со своей компанией приятелей-бездельников азартно метал кости. Кубики с грохотом бились о стенки стаканчиков, смешиваясь с оглушительным смехом и криками молодёжи.
Хань Тин невольно нахмурился.
Изначально он не собирался приходить. Давая Лу Линцзя деньги, он и не надеялся, что тот добьётся чего-то путного; это было лишь способом занять его на время. Однако бар проработал уже почти полгода, и Хань Тин то и дело слышал название SWAG от своих знакомых. Он даже подумал: неужели этот малый взялся за ум?
К тому же Лу Линцзя страшно гордился своими успехами и то и дело приглашал его зайти и оценить размах.
Вот и сегодня, закончив дела, он проезжал мимо и решил заглянуть.
Бар и впрямь был обставлен со вкусом: огромные панорамные окна открывали вид на яркие ночные пейзажи района Гомао. Внутри царил полумрак, люди сидели небольшими группами, и по их одежде было видно, что это публика непростая. В целом атмосфера была спокойной, хотя музыканты время от времени заводили толпу. Идеальный баланс между движением и тишиной.
Хань Тин подумал, что брату всё же удалось довести дело до конца. Но стоило ему войти в кабинет и увидеть комнату, полную золотой молодёжи и густо накрашенных девиц, изо всех сил строящих из себя взрослых, как он понял: под прикрытием бизнеса этот сорванец устроил себе место для официального безделья.
Когда Хань Тин вошёл, молодые люди, сжимая в руках бокалы, столпились вокруг столика, метая кости на деньги. Девушки, словно змеи, льнули к парням, подбадривая их звонкими криками.
Лу Линцзя, потряхивая стаканчиком с костями, азартно выкрикнул:
— Вскрываемся!
Трое сидевших за столом одновременно открыли кости. Он выиграл.
Проигравшие друзья тут же перевели деньги через телефоны, но этим дело не закончилось — им пришлось осушить по целому стакану виски.
Все начали шуметь и стучать по столу, не умолкая.
— Кто следующий? — Лу Линцзя хлопнул по столу, заходясь бесшабашным смехом.
Хань Тин взял стаканчик с костями, стоявший перед ним, и произнёс:
— Давай сыграем партию.
Взоры всех присутствующих в комнате обратились к нему. Никто не понимал, что это за важная персона. Однако этот человек обладал настолько выдающейся и зрелой харизмой, что вся молодёжь в комнате мгновенно померкла на его фоне.
Весь азарт Лу Линцзя вмиг улетучился. Он выпрямился и поспешно заулыбался:
— О, ты пришёл! Что же не предупредил заранее? Я бы тебя встретил как следует.
Хань Тин не обратил внимания на его заискивающую улыбку. Он накрыл стаканчик ладонью и, слегка приподняв подбородок в сторону его костей, сказал:
— Сыграем одну партию. Проиграешь — разгонишь всё это сборище.
Лу Линцзя прекрасно знал, что за человек его брат, и тут же струхнул. Играть он не хотел и замялся:
— Давай я лучше провожу тебя, осмотримся тут…
Он уже собирался встать, но Хань Тин вполне миролюбиво произнёс:
— Сядь.
Однако Лу Линцзя почувствовал исходящую от него угрозу. Его пятая точка медленно опустилась на место. Он послушно сел и с улыбкой взмолился:
— Я больше не хочу играть, можно не надо?
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
