— Она никого не убивала, — лишь слегка покачал головой юный Бэй Е.
— Ты просчитался только в одном — она никого не убивала, — сказал он. — Офицер Чжэн, в этом я абсолютно уверен.
Откуда он мог быть в этом уверен, когда в этом убедился и у кого узнавал?
Чжэн И вдруг застыл и уставился на Бэй Е. Тот тоже смотрел на него.
Он тут же встал, закрыл дверь допросной, задёрнул шторы и выключил камеры, прослушку и все средства связи с внешним миром.
Он снова сел перед ним и быстро заговорил: — Мой анализ верен во всём, кроме одного: Чэнь Нянь никого не убивала. Когда ты добрался до склона горы, Вэй Лай действительно была мертва. Ты подумал, что её убила Чэнь Нянь, поэтому и придумал весь тот план, о котором я говорил. Ты всё подготовил, но позже обнаружил, что Вэй Лай убил кто-то другой.
Бэй Е ничего не ответил. Его лицо оставалось холодным и спокойным, как и во время прежних допросов.
— Бэй Е, поверь мне хоть раз, — взмолился он.
Но взгляд юноши был чужим, его вряд ли можно было назвать доверчивым.
— Я знаю, что вы мне не верите, и сейчас не могу объяснить тебе все процедуры и законы, но, Бэй Е, сейчас только я могу тебе помочь, и я очень хочу помочь. Нет, я обязан тебе помочь.
— Ты хоть понимаешь, сколько лет тюрьмы тебе грозит за четыре изнасилования, совершённых «человеком в дождевике», и за два убийства — Вэй Лай и Лай Цина? Даже если твоё содействие следствию будет идеальным, это минимум двадцать-тридцать лет, дольше, чем вся твоя жизнь от рождения до сегодняшнего дня! Не говоря уже о том, что велик шанс получить пожизненное!
Бэй Е хранил молчание.
— А как же Чэнь Нянь? — перевёл тему Чжэн И. — Ты хочешь ещё хоть раз увидеть её в этой жизни?
— …Если и не увижу, ничего страшного, — заговорил он. Он был очень спокоен, но не совсем равнодушен.
Только упоминание Чэнь Нянь могло заставить его заговорить.
— Ты хочешь её увидеть? — спросил Чжэн И. — Хочешь?
— Я больше не могу её видеть, — сказал он.
— Я спрашиваю только, хочешь ли ты? Хочешь поскорее выбраться отсюда, поскорее выйти и вернуться к ней? — Пусть даже не быть рядом, а просто идти следом и оберегать издалека. Она теперь совсем одна, неужели ты не хочешь поскорее пойти и защитить её?
Бэй Е крепко сжал губы.
— Что ты ей наговорил? — спросил Чжэн И. — Сказал, что это ты добил Вэй Лай и убил Лай Цина, чтобы отрезать ей все пути к отступлению и не дать изменить показания?
Бэй Е не ответил.
— Ты всё взял на себя, а как же она?
— Бэй Е, неси ответственность за свои ошибки, но, пожалуйста, не бери на себя чужую вину за то, чего ты не совершал. Это не любовь, это несправедливость.
— Ты заперт здесь и не видишь, но я вижу: она стала совершенно другим человеком. Она будет мучиться всю жизнь, она превратится в немую и ни с кем не станет разговаривать.
— Жертвовать собой ради неё — это твой выбор, тебе от этого легче, но ты перекрыл ей все пути назад. Она не знает, как рассказать правду об этом деле, возможно, она даже сама запуталась, где правда.
— Она не верит мне, не верит полиции. Единственное, на что она полагается, — это каждое твоё слово, сказанное ей.
Грудь Бэй Е слегка вздымалась, он по-прежнему не проронил ни слова.
Он вспомнил, как говорил ей, чего желает больше всего на свете, и что она обязана ему это дать. Как бы трудно ей ни пришлось в будущем в одиночку, она должна выстоять и дать ему то, чего он так хочет. Он знал, что она сильная, она справится.
— Бэй Е, раз уж Чэнь Нянь никого не убивала, я обещаю, что с ней всё будет в порядке, — Чжэн И знал, о чём тот беспокоится, и чётко выговаривал каждое слово. — Наш разговор никто не услышит, я помогу тебе. Позволь мне помочь тебе, раз с ней ничего не случится, я клянусь!
— Бэй Е, даже люди на операционном столе борются за жизнь!
— …
Чжэн И тяжело вздохнул. Как этот юноша может быть твёрдым, словно камень?
Он почти зашёл в тупик. — Ты ведь любишь её? — наконец тихо произнёс он. — Я тоже.
Поэтому, пожалуйста, поверь мне. Поверь, что я тоже сделаю всё возможное, чтобы защитить её.
Он впился в него взглядом, словно сам был утопающим. Однако Бэй Е долго смотрел на него и в конце концов лишь покачал головой: — Офицер Чжэн, спасибо. Но ты не сможешь нас спасти.
— Почему? Что значат твои слова?..
— Мне нужен адвокат, — прервал его Бэй Е. — Мне больше нечего сказать.
Всё резко оборвалось.
Чжэн И замолчал. Он продолжал смотреть на него, но Бэй Е не поднимал глаз. После пятнадцати секунд гробовой тишины дверь распахнулась, и его увели.
Он медленно подошёл к двери и увидел, как Бэй Е, оборачиваясь, бросил взгляд на соседнюю допросную. Но Чэнь Нянь там уже не было.
Юноша спокойно позволил себя увести.
Чжэн И чувствовал себя так, словно только что пробежал марафон, его ноги подкашивались от слабости.
Сяо Яо опешила: — Чжэн И, почему ты такой бледный?
Чжэн И с силой потёр лицо, пытаясь взбодриться: — Где Чэнь Нянь?
— Внизу. Я не умею водить, как раз ищу кого-нибудь, кто отвезёт её домой.
— Я поеду.
Чжэн И очень устал. По дороге к дому Чэнь Нянь ни один из них не проронил ни слова. Она была мрачной и холодной, словно призрак.
Он понимал, что их оборону не пробить, но втайне всё ещё не терял надежды: — Чэнь Нянь, ты можешь поверить мне хоть раз?
Но она лишь ответила: — Ты никого не сможешь спасти. — И, не оборачиваясь, пошла вверх по лестнице.
Чжэн И стоял посреди пустыря в глубокой ночи. Изнурённый от усталости и боли, он едва сдерживал желание упасть на землю и уснуть. Позвонила Сяо Яо:
— Чжэн И, ложись спать пораньше, завтра наше последнее совещание.
Чжэн И внезапно пришёл в себя.
Завтра утром состоится последнее совещание. Как только отдел закончит оформление дела, протоколы допросов и улики будут окончательно зафиксированы и переданы в суд и прокуратуру.
На том этапе показания Бэй Е официально станут уликой, и даже если он передумает и попытается оспорить дело, его последующие слова уже не вызовут доверия.
— Сяо Яо! — крикнул Чжэн И. — Ты обязательно должна мне помочь.
…
В зале заседаний в три часа ночи Сяо Яо клевала носом. После столь долгих поисков всё, что попадалось на глаза, лишь доказывало вину Бэй Е. Она уже начала сомневаться, зачем вообще ввязалась в эту авантюру.
Под люминесцентным светом Чжэн И продолжал внимательно просматривать материалы дела.
Сяо Яо, подперев голову рукой, сказала: — Чжэн И, возвращайся домой и отдохни.
Чжэн И даже не обратил внимания.
Он подозревал, что «человеком в дождевике» был Лай Цин. После смерти Лай Цина коллеги обыскали его дом — место убийства — для сбора улик.
Но теперь, пролистывая те материалы, Чжэн И не находил в комнате Лай Цина ничего необычного — никаких странностей, которые могли бы навести на подозрения, что он и есть «человек в дождевике».
Он смотрел на стол на одной из фотографий с места происшествия,
Подошла Сяо Яо и выхватила бумаги из его рук. Чжэн И поднял голову, его глаза были совершенно налиты кровью.
Сяо Яо опешила, затем обречённо вздохнула и принялась его убеждать: — Чжэн И, послушай меня. Интуиция человека далеко не всегда оказывается верной.
Налитые болью глаза Чжэн И дрогнули, и он с обидой бросил: — Тогда зачем ты сама осталась искать материалы?
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
