— Так вы, оказывается, вместе ещё с начальной школы, — с чувством произнесла Линь Ваньсин.
— Учитель, ты как-то противно выразилась. Что значит «вместе с начальной школы»?
— А как тогда сказать? Сменю формулировку: друзья детства? — Линь Ваньсин улыбнулась.
Выражения лиц парней стали ещё более брезгливыми.
— Я нет, я только в средней школе к ним примкнул, — сказал Фэн Со.
— Ага, этот тип позже припёрся. А мы в начальной школе были крутыми, просто дико крутыми. Гоняли мяч после уроков, никаких тренировочных матчей не было, но когда выходили против других — всегда побеждали, — Цинь Ао с воодушевлением рассказывал о былых подвигах. — Потом мы пошли в среднюю школу, некоторых раскидало по разным учебным заведениям, так что вратарь и защитники сменились.
При упоминании защитников Вэнь Чэнъе бросил холодный взгляд.
Похоже, он тоже
присоединился позже.
— А ваш тренер в средней школе? Тот же самый, что и раньше?
— Да, тренер Цзян был учителем физкультуры в нашей средней школе. Сначала он организовал внеклассную секцию по футболу, но потом желающих стало мало, он прикрыл секцию и сосредоточился только на нас, — продолжил Фу Синьшу.
— Тренер Цзян… — Линь Ваньсин мысленно повторила фамилию и с улыбкой спросила: — И как, круто вы играли в средней школе?
— Да ты чушь несёшь, конечно круто! Мы тогда второе место на Кубке губернатора взяли! Мы были нереально сильны, — закричал Линь Лу.
— Это я был силён, а не ты, — задрав голову, бросил Цинь Ао.
— И что, ты был первым в списке бомбардиров Кубка губернатора? — раздался неспешный голос Ци Ляна.
Цинь Ао тут же обернулся и бросил на него предостерегающий взгляд.
Линь Ваньсин стояла за кафедрой. Из окна доносился ветерок с запахом лапши со свининой и маринованной зеленью. Слушая, как ученики шумно обсуждают прошлое, она совсем не чувствовала голода.
— А потом вы вместе поступили в старшую школу? — внезапно спросила она, вспомнив кое-что из рассказов Цянь Лаоши с кафедры физкультуры.
— Да, тренер договорился об условиях зачисления для спортсменов. У нас были хорошие результаты в футболе, так что нас всех вместе приняли в восьмую школу Хунцзина по спецнабору.
— Тренер привёл вас в старшую школу? — Линь Ваньсин была немного удивлена.
— Ну да, чёрт знает, о чём старик думал, но он твердил, что наш лучший путь — это окончить старшую школу, — ответил Цинь Ао.
— И он не отправил вас в какую-нибудь молодёжную академию? — Линь Ваньсин не удержалась и озвучила свои сомнения. — Когда я впервые встретила Чэнь Цзянхэ, его как раз пытался обдурить скаут. Раз вы так хорошо играли в средней школе, разве тренер не возил вас на просмотры в профессиональные клубы?
Услышав этот вопрос, ученики переглянулись и в итоге покачали головами.
В этот момент в сознании Линь Ваньсин начал вырисовываться примерный образ тренера.
Учитель Цзян горел футболом и хотел создать собственную команду, поэтому отбирал и растил ребят с малых лет. Но постепенно, по мере их взросления, решимость тренера в том, как именно их воспитывать, пошатнулась.
С точки зрения Линь Ваньсин, он сам выбрал для них этот путь и вёл их по нему долгое время.
Если бы он искренне верил в этот путь, то приложил бы все усилия, чтобы направить учеников в профессиональный футбол, но тот тренер этого не сделал.
Он отправил их всех в старшую школу, считая, что они обязаны учиться, ни одним меньше, и добился своего.
— А что было потом? — спросила Линь Ваньсин. — Когда вы поступили в старшую школу, тренер остался преподавать футбол в средней?
— Первое время в старшей школе тренер Цзян ещё приходил на наши матчи, давал советы, но потом связь как-то оборвалась, — спокойно произнёс Фу Синьшу.
В классе снова воцарилась тишина.
Казалось, так и должен был закончиться этот рассказ.
Учителя или тренеры — все они лишь прохожие в жизни учеников. Даже если они вместе прошли долгий путь взросления, после расставания связи неизбежно угасают.
— Вы раньше никогда не упоминали тренера Цзяна. Будет возможность — пригласите его как-нибудь посмотреть, как мы играем, — с улыбкой сказала Линь Ваньсин.
— Тренер Цзян… он… — Линь Лу вдруг обернулся к Ван Фа и добавил: — Он тоже в один прекрасный день сказал нам, что уезжает в Юнчуань заниматься молодёжной подготовкой, и ушёл.
Фу Синьшу говорил обыденно, и только сейчас Линь Ваньсин наконец осознала, откуда взялось то спокойствие, с которым ребята восприняли новость об уходе Ван Фа.
Они это уже проходили.
Линь Ваньсин какое-то время молчала.
— Мы уже зрелые мужчины и видели в жизни больше, чем ты думаешь, — видя, что атмосфера стала гнетущей, Чжэн Фэйян решил разрядить обстановку.
Несмотря на грустные мысли, Линь Ваньсин не смогла сдержать улыбки от слов о «зрелых мужчинах».
— И что, никто не плакал? — спросила она.
— А как же, — Цинь Ао указал на Линь Лу. — Он вцепился в тренера и ныл: «У-у-у, не уходи». Выглядел просто жалко.
На этом моменте разговора на лицах учеников появилось отсутствующее выражение.
Зачем им футбол?
Казалось, когда-то тренер выбрал их, сказал, что у них талант, и с тех пор они просто продолжали играть.
В начальной и средней школе всё шло хорошо, но в старшей их вечный наставник внезапно исчез, и они в один миг лишились жизненных ориентиров и целей.
В этой школе, где они всегда чувствовали себя чужими, они шаг за шагом дошли до сегодняшнего дня.
— Директор потом свернул проект школьного футбола. После ухода тренера Цзяна вы перестали играть?
— С тренером это не особо связано. В тот год, в общем, кое-что случилось, и мы бросили, — прямо сказал Цинь Ао, взглянув на Фу Синьшу.
— Что случилось? — спросила Линь Ваньсин.
— У тебя слишком много вопросов, женщина! — Цинь Ао непривычно замялся и поспешил сменить тему. — Лучше расскажи, что за дичь ты там придумала с этим итоговым заданием!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
