В ночь перед кануном Нового года Линь Ваньсин сидела в своей комнате перед компьютером.
Снова пришло время «писать отчёты», и она в одиночестве застыла перед интерфейсом почты.
Вдруг экран её телефона засветился от сообщения в WeChat.
Ван Фа прислал эмодзи — кролика с колокольчиком.
Это был тайный знак: «пора выпить по бокалу вечером».
Линь Ваньсин ответила стикером с лисичкой, у которой текут слюнки.
— Проголодалась! — написала Линь Ваньсин.
Крыша.
Чтобы воздух оставался влажным и тёплым, в медном чайнике на маленькой угольной печи кипела вода.
Ван Фа снял чайник, поставил сотейник с длинной ручкой и перелил в него кипяток.
Линь Ваньсин сидела за обеденным столом с открытым ноутбуком.
Вода быстро закипела.
Ван Фа вскрыл две пачки лапши быстрого приготовления. Под навесом раздались мирные, тихие звуки.
Линь Ваньсин пришла в себя. Поскольку близился Новый год, она специально велела ученикам уничтожить все запасы еды в доме, поэтому спросила:
— Ой, откуда лапша?
— Конфискат, — бросил Ван Фа.
Глядя на эти две пачки лапши со вкусом креветок и рыбы, Линь Ваньсин вспомнила, что их купили ученики, когда повально увлеклись такой едой.
Позже она решила, что это слишком вредно, и предложила отказаться от лапши, после чего все дружно пустились во все тяжкие, начав готовить в общем котле.
Кто бы мог подумать, что всё же остались «уцелевшие».
Угли светились нежно-оранжевым, золотистая лапша бурлила в кастрюле, в воздухе разлился аромат приправ — всё это очень умиротворяло.
Ван Фа добавил в кастрюлю сосиски и жареные яйца. Он пододвинул табурет и сел перед маленькой печью, неспешно помешивая лапшу.
В ночном воздухе поднимался пар, тусклый жёлтый свет падал на него, подчёркивая прямую переносицу и чёткие линии профиля. Линь Ваньсин просто смотрела на него.
Глядя на печь, Ван Фа между делом спросил:
— Когда ты собираешься домой?
Линь Ваньсин на мгновение растерялась, не ожидая такого внезапного вопроса.
— А ты? Когда ты поедешь домой? Завтра уже канун Нового года, — спросила она в ответ.
— В нашей семье довольно холодные отношения, можно не возвращаться, — сказал Ван Фа.
— Вот как? — Линь Ваньсин была удивлена.
— А как же Сяо Линь Лаоши? — спросил Ван Фа.
Зимняя ночь была сырой и холодной. Прогноз погоды обещал сильное похолодание и, возможно, снег.
Линь Ваньсин немного подумала и ответила:
— У меня ситуация не такая, как у тренера. Я поссорилась с семьёй.
Лапша в кастрюле продолжала булькать. Ван Фа обернулся и серьёзно посмотрел на Линь Ваньсин.
В свете луны её волосы были небрежно собраны, а у виска виднелась заколка. Она, вероятно, и сама не сознавала, что, когда она говорит о таких вещах, в её глазах отражается множество чувств.
Даже если на лице спокойствие, взгляд не обманет.
Ван Фа отвернулся и слегка помешал лапшу.
— Из-за чего поссорились?
— Ну… — раздался тихий стук дерева: Линь Ваньсин легла лицом на стол. Всякий раз, когда она не знала, что делать, она подсознательно пригибалась так к столу.
Тихим и медленным голосом она произнесла:
— Потому что мои родители — обычные люди, и я, конечно, тоже обычный человек. Многое выходит за рамки их понимания, они не верят в это и не могут принять. Это нормально.
— Звучит как фильм ужасов, — заметил Ван Фа.
Линь Ваньсин стукнула подбородком по столу в знак согласия.
После этого в зимней ночи слышалось лишь потрескивание углей.
У учеников есть вещи, о которых они не хотят говорить, а во взрослом мире тоже хватает тем, которых стараются избегать, и неразрешимых проблем. Это нормально, в этом нет ничего такого.
Позже они обсуждали, какие продукты купить на рынке завтра.
Линь Ваньсин рассказала о цветочном рынке на Праздник весны и сказала, что в первый день года может сводить его туда.
Ван Фа выложил лапшу и наполнил её миску, с сомнением спросив:
— Сотрудник усердно трудился целый семестр, и годовая премия от Линь Лаоши — это поход на рынок?
Рука Линь Ваньсин с палочками слегка дрогнула. Посмотрев на лапшу в руках, она тут же смутилась.
Линь Ваньсин подумала, что хотя у них с Ван Фа и не было чётких трудовых отношений, всё же она была верховным лидером этой команды (самопровозглашённым). Заставлять Ван Фа покупать продукты и готовить еду на Праздник весны действительно было невежливо.
Поэтому она предложила ему два варианта: годовую премию или короткое путешествие куда-нибудь поблизости.
Ван Фа выбрал путешествие класса «люкс» с полным пансионом.
Линь Ваньсин махнула рукой:
— Поехали!
Способ выбора места был простым.
Линь Ваньсин достала туристическую карту окрестностей Хунцзина и предложила Ван Фа выбрать наугад.
Тренер пробежал глазами по карте и указал пальцем на синее пятно озера.
Деревня Ваньнань находилась к юго-западу от Хунцзина, спиной к горе Сяшань и лицом к озеру Тяньсинь.
«Опираясь на Инь и объемля Ян, спиной к горе и лицом к воде».
С точки зрения фэншуй, это было благодатное место.
И это действительно было так: большинство жителей деревни Ваньнань носили фамилию Чжоу. Благодаря удачному фэншуй и традиции передавать любовь к книгам из поколения в поколение, в древности деревня дала трёх победителей императорских экзаменов чжуанюаней. В эпоху Мин один из предков занимал должность гуанлу-дафу — он был самым высокопоставленным чиновником в роду Чжоу.
В канун Нового года Линь Ваньсин и Ван Фа стояли на берегу озера Тяньсинь.
Кое-где на берегу художники делали наброски, запечатлевая неброские пейзажи Праздника весны. Голубое небо и белые облака отражались в глади озера, по берегам зеленели вечнозелёные камфорные деревья, сосны и кипарисы. На другом берегу виднелась деревня с белыми стенами и чёрной черепицей — классический пейзаж Цзяннани в стиле традиционной живописи тушью с тысячелетней историей.
На карнизах мягко покачивались праздничные фонари. В деревню возвращались люди, повсюду царила оживлённая атмосфера Праздника весны.
Экскурсовод закончил рассказ об истории деревни Ваньнань и начал повествование о том, как копали каналы и проводили воду из озера Тяньсинь. Он упомянул, что сегодня как раз проходит церемония поминовения предков и им очень повезло увидеть традиционные народные обряды.
Линь Ваньсин вдыхала холодный и свежий озёрный воздух, сделав пару фотографий пейзажа на том берегу.
В этот момент всплыло уведомление в WeChat.
Она открыла его: это была фотография запертой двери на крышу, присланная Цинь Ао.
Она показала фото Ван Фа:
— Я же говорила — семь дней каникул, и правда…
— Хорошо, что мы уехали, — прокомментировал тренер.
Линь Ваньсин отправила в ответ только что сделанную фотографию озера Тяньсинь.
Цинь Ао, как и ожидалось, прислал аудиосообщение:
— Чёрт! Вы с тренером уехали развлекаться? Вот так просто нас бросили!
Линь Ваньсин зажала кнопку записи голоса. Ван Фа внезапно наклонился к ней. Тогда она поднесла телефон к губам Ван Фа.
— Да.
Ван Фа слегка склонил голову и приблизился к телефону. Эти два коротких и чётких слова слетели с его тонких губ.
Тёплое дыхание коснулось запястья Линь Ваньсин.
Она подсознательно разжала палец, и сообщение улетело.
На том конце тут же поднялся шум, уведомления WeChat зазвучали не переставая.
Цинь Ао сразу же попытался позвонить по видеосвязи. Линь Ваньсин почти видела, как ученики там прыгают от возмущения.
Она подняла телефон, глядя на Ван Фа:
— Что делать? Детки слишком легко выходят из себя.
Ван Фа поступил решительно: он просто нажал на красную кнопку сброса на экране вызова.
Линь Ваньсин всё поняла без слов. Она перевела телефон в беззвучный режим и вместе с Ван Фа ступила на каменный мост, ведущий в деревню.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
