Тело уже очень устало.
Только что он узнал, что идёт уже 61-я минута матча.
Оказывается, они держали оборону так долго.
Против них — «Юнчуань Хэнда», счёт 1:0 держался до этого момента.
А что, если бы здесь был ещё один человек?
Эта мысль не могла не возникнуть у него в голове.
Возможно, оборонительную линию, которую они так старались удержать, тот человек с лёгкостью разорвал бы в клочья.
Возможно, они бы спорили и ругались, возможно, у них бы совсем не получилось сыграться.
Как он раньше твёрдо и считал.
Но если бы…
Если бы он был здесь?
Разве не было бы у них тогда иного шанса?
Сквозь пелену дождя Фу Синьшу казалось, будто перед ним выросла стена, уходящая вершиной в облака.
Раньше он думал, что, как бы быстро он ни бежал, ему не перепрыгнуть через эту высокую стену под названием «судьба».
Но теперь, когда он стоял на поле, возможно, своего предпоследнего в жизни матча, на великом перепутье судьбы…
…он внезапно осознал, насколько смешным было его «раньше я думал».
Он не мог преодолеть эту стену не потому, что недостаточно старался бежать, а потому, что сам сдался.
Он решил, что Вэнь Чэнъе не хочет побеждать, и поэтому тоже опустил руки.
Но сейчас ему было горько, он глубоко раскаивался.
Очень, очень сильно раскаивался.
Двадцатый удар.
Фэн Со на самом деле не знал, что это была двадцатая атака, организованная «Юнчуань Хэнда» за весь матч.
В «Юнчуань Хэнда» играли техничные футболисты, но дождь мешал низовой игре, и им приходилось использовать длинные навесы.
Никакой тактики, никаких комбинаций — просто бесконечные забросы в штрафную и борьба за мяч. «Хэнда» раз за разом подавали с флангов, из центра, отправляя мяч прямиком в штрафную в поисках момента.
Как минимум четверо-пятеро их игроков были готовы зацепиться за мяч в штрафной; все знали, что 8-я школа Хунцзин не сможет организовать эффективную контратаку, так что опасаться им было нечего.
Цинь Цечу отошёл назад, принял мяч и отпасовал на фланг. Фланговый игрок пошёл на прорыв через оборону Линь Лу; хотя Линь Лу упорно развернулся и бросился в погоню, его шаги уже были неуверенными.
Крайний защитник «Юнчуань Хэнда» одним рывком оторвался от Линь Лу, ворвался в штрафную и, увидев идущего на подстраховку Чжэн Фэйяна, технично навесил на дальнюю штангу. Фан Сулунь вовремя открылся и нанёс мощный удар головой.
Мяч летел на огромной скорости, из-за дождя перед глазами Фэн Со всё расплывалось.
Он всем телом бросился на перехват. В следующее мгновение он с силой врезался в штангу и рухнул на линию ворот, с ног до головы покрытый грязью.
Мяч был надёжно прижат к земле под ним.
Вэнь Чэнъе сжимал в руках телефон; ему казалось, что он тоже промок до нитки под тем проливным дождём.
На экране вратарь долго не мог подняться.
Он слышал обрывки разговора Линь Ваньсин с тренером на бровке, но не мог разобрать всё до конца.
Было слишком далеко; он так крепко сжимал края телефона, что костяшки пальцев побелели.
Заряд батареи был на исходе, и тут в Вичате всплыло новое уведомление:
— Ты одного поля ягода со своей матерью.
Вэнь Чэнъе не почувствовал гнева.
На остановке было слишком холодно, он сжался в комок на стуле.
Он лишь подумал, что в этих словах, возможно, есть доля правды.
Если бы они были другими.
То он не должен был бы сейчас здесь сидеть.
Он ведь мог выйти пораньше, мог нормально поговорить, мог попытаться сыграться.
Но он этого не сделал.
Он не склонил головы.
Поэтому он здесь, а не там.
Он оказался заперт на этой узкой, бесконечной беговой дорожке внутри собственного сердца и потому лишился возможности выйти на то поле.
Он очень раскаивался.
Ему было горько.
Дождь на поле становился всё сильнее.
Двадцать первый удар.
Ци Лян в прыжке выбил мяч головой, игрок «Юнчуань Хэнда» не успел убрать ногу, и шипы бутс прилетели ему прямо в лицо.
Двадцать второй удар.
Линь Лу бросился под мяч всем телом, блокируя прострел.
Двадцать третий удар.
Цинь Ао, уже падая, всё равно преграждал путь Фан Сулуню, повалив того вместе с собой в липкую грязь.
Игрок «Хэнда» подал угловой, мяч полетел к воротам, и Фэн Со выбежал на перехват.
Однако порыв ветра хлестнул дождём ему в глаза; он моргнул и на мгновение опоздал.
Фэн Со не дотянулся до мяча, тот пролетел мимо его рук на дальнюю штангу…
Там в прыжке замер Линь Лу, готовясь выбить мяч.
Но защитник «Хэнда», пришедший на помощь атаке, воспользовался преимуществом в росте, продавил Линь Лу и пробил головой!
Мяч мгновенно изменил направление и полетел в пустые ворота; дежуривший в створе Цинь Ао бросился в подкате и чудом успел выбить его ногой в воздухе!
И в этот момент на пути летящего мяча внезапно возник Цинь Цечу.
Никто не понял, откуда он взялся.
Угол был острым, поза — неудобной, в такой ситуации не было места для нормального удара, он просто преградил путь мячу своей грудью!
Мяч, выбитый Цинь Ао, ударился ему в грудь, отрикошетил и влетел в ворота.
Завеса дождя накрыла всё вокруг.
Свисток главного судьи пронзил небо, но на поле воцарилась пугающая тишина.
Цинь Ао стоял на коленях перед воротами, опустив голову и глядя на свои руки.
Он вспомнил, как стоял на трибуне и говорил: — Мы готовы принять поражение!
К чёрту это поражение, я ни черта не готов!
— А-а-а! — во весь голос закричал он, задрав голову к небу.
И со всей силы ударил кулаком по земле.
Кто-то легонько похлопал его по плечу.
Оставляя глубокие следы в грязи, к нему подошёл Фу Синьшу.
Лоб капитана распух, а лицо было перепачкано землёй и травой.
— Я всегда считал, что он не хочет побеждать, но на самом деле он хочет этого даже больше, чем мы, — проговорил он, низко склонив голову.
Цинь Ао посмотрел на свои руки, упирающиеся в землю, и вдруг вспомнил тот удар, который он нанёс Вэнь Чэнъе.
Фу Синьшу протянул ему руку: — По крайней мере, с этого момента мы не можем ему проигрывать. Мы должны хотеть победы ещё сильнее, чем он.
Цинь Цечу стоял рядом с ними.
Он больше не мог показать ни одного жеста.
Он видел, как Цинь Ао вложил свою ладонь в руку Фу Синьшу, видел, как тот, собрав все силы, снова поднялся на ноги.
Цинь Ао подумал.
Ван Фа спрашивал их: какой именно мяч они хотят отстоять.
Не какой-то один.
А этот, и следующий тоже!
Это был матч, в котором, сколько бы мячей ты ни отбил, победы не видать.
Так зачем же продолжать?
Потому что горько мириться с поражением.
Финальный свисток прозвучал над берегом озера Дунмин.
0:2, четвёртое поражение подряд для 8-й школы Хунцзин.
Дождь незаметно начал стихать.
Ветер пронёсся над полем у озера, поднимая волны тумана.
Все замерли на своих местах.
Время в тот миг словно остановилось.
В Вичате на телефоне Линь Ваньсин стояла тишина. Но ей казалось, будто она слышит, как там, у Вэнь Чэнъе, тихо шелестят заросли камыша.
— Ну и идиот же я, — сказал Вэнь Чэнъе.
— Я совершил величайшую глупость в своей жизни, получил самый нелепый результат. Я чувствую себя посмешищем.
Он сидел в комнате отдыха, за окном щебетали птицы, и изумрудные камыши колыхались на ветру. Но он действительно смертельно устал. Он пробежал такой длинный, бесконечный путь по этой узкой дорожке, в конце которой была цель, которой ему никогда не достичь.
Перед ним пролегла черта под названием «судьба».
Сделай шаг вперёд — и снова окажешься в море страданий, где тебя ждут самые нелепые обстоятельства и самые странные происшествия, от которых вовек не освободиться.
Глава 115. Задание
Курьер немного недоумевал: почему документы для футбольной команды средней школы нужно доставлять в жилой район?
Впрочем, он был всего лишь курьером.
Он взглянул на старшеклассника, сидящего перед ним на ступенях; тот всё ещё пребывал в состоянии шока. Поэтому курьер переспросил: — Посылку нужно доставить на крышу, на террасу. Это вам?
Только тогда ребята словно очнулись: — Нам, нам.
Парень, сидевший впереди всех, поднялся и расписался в получении.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
