— Прошу прощения, мы въезжаем на территорию военной базы, — сказал он.
Я почувствовал разочарование: неужели мне никогда не удастся отделаться от военных и их баз? Выйдя из машины, я увидел, что вокруг в основном временные постройки и несколько радарных антенн, заключённых в высокие сферические обтекатели. Мы также заметили установленное на грузовике устройство, похожее на астрономический телескоп — очевидно, мощный лазерный излучатель, который, вероятно, использовался для атмосферно-оптических наблюдений. Войдя в центр управления, я увидел ряды знакомых тёмно-зелëных военных компьютеров. Операторы были одеты в привычный камуфляж. Единственным, что казалось чужим, был огромный плазменный экран высокого разрешения; на родине такие вещи обычно не могли себе позволить и использовали проекторы.
На большом экране отображались изображения атмосферных возмущений, полученные системой оптических наблюдений. Передача прав на эту разработку принесла институту исследования молний Гао Бо огромную прибыль. Изображения возмущений, которые на маленьком экране казались обычными, в таком увеличении выглядели поистине величественно. Хаотичные турбулентные потоки походили на стаю бешено пляшущих хрустальных гигантских змей: они то сплетались в клубок, то разлетались во все стороны, внушая неописуемый страх и смятение.
— Подумать только, небо, кажущееся абсолютно пустым, на самом деле — такой безумный мир, — воскликнул кто-то.
«Вы ещë не видели вещей и побезумнее», — подумал я про себя, внимательно вглядываясь в хаотичные возмущения на экране. Я пытался разглядеть в них пузырьки макроэлектронов. Разумеется, их не было видно, но на таком огромном участке изображения их наверняка скрывалось больше одного; распознать их могла только другая программа, всë ещë составляющая государственную тайну.
— Мы увидим сегодня «яйцо»? — спросил я.
— Скорее всего, да, — ответил доктор Росс. — В последнее время в штатах Оклахома и Канзас торнадо случаются часто. Буквально на прошлой неделе в Оклахоме за один день зафиксировали сто двадцать четыре торнадо, что стало историческим рекордом.
Чтобы не терять времени, принимающая сторона подготовила на базе конференц-зал, где можно было продолжить научные доклады в ожидании появления «яйца». Не успели участники встречи толком рассесться в зале, как взвыла сирена: система обнаружила «яйцо»! Все снова хлынули в центр управления. На большом экране по-прежнему клубилась прозрачная «путаница», внешне ничем не отличавшаяся от того, что было раньше. У «яйца» не было фиксированной формы; только программа распознавания образов могла выявить его и отметить красным кругом.
— Оно в ста тридцати километрах отсюда, уже на окраине Оклахома-Сити, — сказал доктор Росс.
— Через сколько, по вашим оценкам, сформируется торнадо? — нервно спросил кто-то.
— Примерно через семь минут.
— Тогда эвакуация людей будет крайне затруднительной, — заметил я.
— Нет, доктор Чэнь, мы не будем проводить эвакуацию! — громко произнëс доктор Росс. — В этом и заключается сюрприз, который мы для вас подготовили!
На большом экране выделилась небольшая квадратная область, показывающая ракету, которая с рëвом сорвалась с пусковой установки и устремилась ввысь. Камера следила за ней: тонкий белый инверсионный след прочертил в небе огромную параболу. Примерно через минуту ракета миновала вершину траектории и начала снижаться. Спустя ещë минуту она взорвалась на высоте около пятисот метров над землëй. На фоне неба раскалëнный огненный шар раскрылся, подобно распустившейся розе. В той части экрана, где отображались атмосферные возмущения, на месте отмеченного красным кругом «яйца» внезапно возник стремительно расширяющийся хрустальный шар. Прозрачная сфера быстро деформировалась и исчезла, а хаотичная «путаница» вновь заполнила пустоту. Когда красный круг исчез, тревога была снята. Доктор Росс объявил, что «яйцо» уничтожено. Это было уже девятое «яйцо», успешно ликвидированное системой под названием «Охотник за торнадо».
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.