После начала войны на базе воцарилось состояние крайнего возбуждения. Почти все считали, что шаровая молния станет оружием, творящим историю, подобно танку в Первой мировой или атомной бомбе во Второй мировой войне. Люди были полны рвения и готовы вершить историю, но от вышестоящего руководства пришло лишь одно указание: «Ждать распоряжений». В итоге отряд «Чэньгуан» оказался самым праздным подразделением на этой войне. Поначалу все думали, что верховное командование, возможно, собирается использовать это оружие на самых решающих участках, но Линь Юнь по своим каналам вскоре выяснила, что это лишь пустые иллюзии. В Генеральном штабе это оружие ценили невысоко. Там считали, что операция на атомной электростанции была частным случаем, который не доказывает потенциал данной системы вооружения на поле боя. Ни один род войск не проявлял особого интереса к применению этого оружия в боевых действиях. Как и следовало ожидать, инвестиции в исследования снова были прекращены.
После уничтожения авианосной ударной группы «Джомолунгма» на базе вновь воцарилось состояние мучительной тревоги. Все считали: раз другое оружие, основанное на новых концепциях, уже продемонстрировало свою колоссальную мощь, сохранять прежнее отношение к шаровой молнии просто непостижимо. Все чувствовали, что это оружие — единственная надежда переломить ход войны в данный момент.
Линь Юнь многократно обращалась напрямую к отцу с просьбой отправить отряд «Чэньгуан» в бой, но каждый раз получала ледяной отказ. Однажды генерал Линь Фэн сказал дочери:
— Сяо Юнь, твоя увлечённость оружием не должна перерастать в слепую веру. Тебе следует глубже и системнее осмыслить саму природу войны. Мысль о том, что можно выиграть всю войну с помощью одного-двух видов нового оружия, крайне наивна.
— Как человек, преклоняющийся перед технологиями, — произнёс Дин И, — я был одержим оружием даже сильнее, чем Линь Юнь, и твёрдо верил, что шаровая молния способна решить исход войны. В то время я считал отношение командования к шаровой молнии проявлением необъяснимой косности мышления и, как и большинство на базе, был этим крайне раздосадован. Однако дальнейшее развитие событий доказало нашу наивность.
Наконец в деле произошёл сдвиг: база и отряд «Чэньгуан» получили приказ провести пробную атаку на авианосный флот, вошедший в прибрежные воды.
В штабе флота Южного моря состоялось оперативное совещание. Уровень присутствовавших был невысок, что указывало на отсутствие интереса руководства к этой операции. На совещании был принят план внезапной атаки под прикрытием рыболовецких судов, что практически граничило с самоубийством.
Несколько дней спустя отряд «Чэньгуан» вместе со всем снаряжением приземлился на одном из прибрежных аэродромов, прибыв на трёх военно-транспортных самолётах. Дин И и Линь Юнь первыми сошли по трапу. Они увидели, как на соседние взлётно-посадочные полосы один за другим садятся истребители и бомбардировщики. На более удалённых полосах приземлялось множество транспортных самолётов; из их широких хвостовых отсеков выходили группы солдат в камуфляже и выезжали танки. В небе кружили, ожидая посадки, всё новые группы самолётов, наполняя воздух мощным гулом. На далёком шоссе в облаках пыли бесконечным потоком, которому не было видно ни начала, ни конца, неслась стальная лавина военной техники.
— Уже началось развёртывание противодесантной операции, — мрачно произнесла Линь Юнь.
— Шаровая молния сделает её ненужной, — утешил её Дин И.
— Когда я это сказал, — продолжал Дин И, — Линь Юнь несколько секунд смотрела на меня. У неё был вид маленькой девочки, которая наконец обрела утешение. Я испытал прекрасное чувство: впервые я ощутил себя не просто мыслителем, а сильным мужчиной.
— Ты действительно считаешь, что в духовном плане был сильнее Линь Юнь? — полюбопытствовал я.
— У неё тоже есть свои слабые места, можно даже сказать, она очень хрупкая. С тех пор как «Джомолунгма» была потоплена и Цзян Синчэнь погиб, эта хрупкость стала проявляться в ней всё чаще.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.