База находилась совсем рядом с прерией Канси, и, чтобы отпраздновать успех эксперимента, мы отправились туда поесть запечённого целиком ягнёнка. Обеденный стол поставили прямо под открытым небом, на краю этой небольшой прерии.
Полковник Сюй произнёс торжественную речь:
— В древности наверняка настал день, когда кто-то вдруг прозрел и осознал, что живёт в воздухе. Позже люди узнали, что они скованы гравитацией, узнали, что их окружает океан электромагнитных волн, узнали, что космические лучи в любой момент пронзают наши тела… Теперь же мы узнали о пустотах, которые всё время дрейфуют вокруг нас в этом кажущемся пустым пространстве. А сейчас позвольте мне от лица всех присутствующих выразить заслуженное восхищение профессором Дином и майором Линь.
Все снова зааплодировали и радостно закричали.
Дин И подошёл к Линь Юнь и поднял перед ней чашу с вином:
— Майор Линь, раньше у меня было предвзятое отношение к военным, я считал вас воплощением механического мышления, но вы заставили меня изменить это мнение.
Линь Юнь молча смотрела на Дин И. Я никогда не видел, чтобы она смотрела на кого-либо подобным взглядом — уверен, даже на Цзян Синчэня.
Только сейчас я заметил, что среди окружающих его людей в военной форме Дин И выглядел как журавль среди кур. Под порывами горячего летнего ветра, дувшего со стороны прерии, он казался состоящим из трёх знамён: одним были его развевающиеся длинные волосы, двумя другими — его непомерно широкие майка и шорты, которые неистово раздувались на ветру. Его худое и длинное, как жердь, тело напоминало флагшток, на который нанизаны эти три знамени. В лучах вечерней зари стоявшая рядом с ним Линь Юнь выглядела необычайно трогательно.
Полковник Сюй сказал:
— Сейчас самое заветное желание каждого из нас — чтобы профессор Дин рассказал нам, что же такое шаровая молния на самом деле.
Дин И кивнул:
— Я знаю, что многие приложили колоссальные усилия для разгадки этой тайны природы, и в их числе такие люди, как доктор Чэнь и майор Линь. Они потратили всю жизнь на то, чтобы переплести уравнения электродинамики и гидродинамики до умопомрачительной степени, доведя их до самого предела прочности. Они накладывали заплату за заплатой, чтобы закрыть дыры, возникавшие повсюду, устанавливали всё новые и новые дополнительные подпорки, чтобы удержать это шаткое здание. В итоге получалось нечто громоздкое, запутанное и неописуемо уродливое… Доктор Чэнь, знаете, в чём причина вашей неудачи? Ваша беда не в том, что вы мыслили недостаточно сложно, а в том, что вы мыслили недостаточно просто.
Эти слова я уже слышал от отца Линь Юнь — два гения из разных областей на такой высоте пришли к одному и тому же мнению.
— Куда уж проще? — в недоумении спросил я.
Дин И не ответил на мой вопрос:
— А теперь я скажу всем вам, что такое шаровая молния.
В этот миг редкие звёзды, только что проступившие на небе, словно перестали мерцать. Для меня же это было подобно ожиданию Страшного суда.
— Это всего лишь электрон.
Мы переглянулись, затем каждый погрузился в мучительные раздумья, и в конце концов все беспомощно уставились на Дин И. Ответ был настолько ошеломляющим, что мы даже не нашли в себе сил задать уточняющий вопрос.
— Электрон размером с футбольный мяч, — добавил Дин И.
— Электрон… разве такое возможно? — глупо переспросил кто-то.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.