— А-Чэн, в последнее время тебя вообще не видно в сети, что-то случилось? Сегодня в 19:30 у команды сборы, обязательно будь.
Получив сообщение, я вспомнил, что уже довольно давно не ходил в интернет-кафе «Бэнтэн» и не играл с Хань Пиньму в CrossFire. На самом деле во мне копошилась ещё одна мысль: с тех пор как я узнал, что его забирали в участок для проверки ДНК, подсознательно я чувствовал, что моя личность раскрыта, и мне было просто неловко связываться с ним.
Игровой аккаунт сына Лю Гуанвэня всё ещё оставался у меня. До выпускных экзаменов его сыну оставался всего месяц, и, похоже, Лю Гуанвэнь не собирался возвращать ему аккаунт до их окончания.
Дело Сун Лайфу перешло к Фань Цзе, он вёл расследование вместе с оперативной группой, а служба общественной безопасности и участковые помогали им, прочёсывая весь город в поисках Синь Цзижаня. Хотя Лю Гуанвэнь полагал, что это сделал не Синь Цзижань, его вещи были обнаружены на месте преступления, поэтому полиции необходимо было получить от него объяснения. Из-за того что я числился в «спецгруппе» начальника отряда Чжао, в расследовании дела Сун Лайфу я участия не принимал. К тому же Чжао Ганьчжэ в последние дни отправили на учёбу в провинциальный департамент, благодаря чему у меня выдалась временная передышка.
— Хорошо, вечером буду точно, — отправил я ответное сообщение Хань Пиньму.
В семь вечера я пришёл в интернет-кафе «Бэнтэн». Хань Пиньму, кажется, никак не связывал со мной то, что его забирали в участок для проверки ДНК, и поздоровался со мной как обычно. В тот момент он как раз распределял тактические задачи в игровом чате: оказалось, сегодня вечером команда «Ючэн Киберспорт» приняла вызов от игрового клана из соседнего города, а ставка в этом матче составляла тридцать тысяч юаней.
— На этой штуке ещё и заработать можно? — искренне удивился я.
— А ты как думал? — переспросил Хань Пиньму.
Я заметил, что выигрывать деньги — это, конечно, здорово, но вот если проиграем, то платить мне нечем. Хань Пиньму ответил, чтобы о деньгах я не беспокоился, а просто выложился на полную и хорошо отыграл матч.
— Правила прежние: сегодня в матче участвуют pfть человек: я, Фэй Ян, SN, А-Чэн и Гао Пин. Если победим, мы с Фэй Яном забираем двадцать тысяч, а оставшиеся десять тысяч делите на троих. Если проиграем, платим мы с Фэй Яном, с вас ни копейки. Идёт? — объявил Хань Пиньму в чате команды.
Остальные участники матча тут же согласились. В конце концов, никто не станет отказываться от предложения, где при проигрыше ты ничего не теряешь, а при выигрыше получаешь деньги.
Раз так, мне тоже не стоило больше ничего говорить, и я вместе со всеми начал готовиться к игре.
В семь тридцать официально начался матч, проходивший в формате до трёх побед. Команда соперников оказалась очень слабой, и после того как мы выиграли три игры подряд, матч завершился. В чате команды воцарилось всеобщее ликование, а спустя короткое время Хань Пиньму обратился ко мне: — А-Чэн, скинь номер своей банковской карты.
Вот так на моём счету внезапно появились три тысячи юаней. Теперь я наконец понял, почему Хань Пиньму обладал непререкаемым авторитетом в этой команде и почему тратил всё своё свободное время на игры: даже если те двадцать тысяч призовых они делили с Фэй Яном пополам, это всё равно равнялось примерно его трёхмесячной зарплате на обычной работе.
— Сегодня отлично сыграл, держи планку и дальше! — сказал мне Хань Пиньму.
— А такие матчи часто бывают? — осторожно поинтересовался я.
— Время от времени. Только не болтай лишнего, в следующий раз снова тебя позову, — ответил Хань Пиньму, однако в его голосе проскользнула едва заметная угроза. Смысл сводился к тому, что если я начну трепаться повсюду, то больше меня не пригласят.
Когда я выложил три тысячи юаней призовых перед Чжао Ганьчжэ, тот удивлённо уставился на меня.
— Это ещё что? Взятку мне принёс? По какому поводу? И почему всего три тысячи? — он, как обычно, валял дурака перед подчинёнными.
Я рассказал ему всю историю этих трёх тысяч от начала до конца, а он слушал и перебирал купюры в руках, взяв их со стола.
— Так в нынешние компьютерные игры теперь можно и так играть? То-то сын Лю Гуанвэня спустил на них десятки тысяч юаней. Хотя, если каждый раз можно зарабатывать по три тысячи, то и вложения в десятки тысяч вполне оправданны, — заметил Чжао Ганьчжэ.
— Это уж точно получше, чем в полиции служить, — добавил он.
Я спросил его, могу ли я тратить эти деньги. Чжао Ганьчжэ взглянул на меня и ответил, мол, почему нет — заработал своими силами, это ведь не незаконные деньги. Я сказал, что мне как-то не по себе, поскольку эти деньги пришли слишком легко. Чжао Ганьчжэ подумал и подбодрил: ничего, мол, трать, а если вдруг возникнут проблемы, в крайнем случае вернёшь. С этими словами он отдал три тысячи обратно мне. Я ответил, что тогда лучше не надо, ведь раз при проблемах их придётся возвращать, то кто знает, смогу ли я их тогда вернуть, так что лучше не буду тратить.
Чжао Ганьчжэ расплылся в улыбке и предложил открыть для меня отдельный учёт, чтобы сохранить их. Если всё обойдётся, то он вроде как поможет мне подкопить денег, а если вдруг что-то случится, перед организацией я останусь абсолютно чист.
— Тогда вы уж приберегите их для меня, — кивнул я. — Если деньги чистые, оставлю себе на будущую женитьбу.
За следующие полмесяца с лишним Хань Пиньму взял меня ещё на четыре матча. Из этих четырёх матчей мы выиграли три и один проиграли. За три победы мы получили тридцать пять тысяч, тридцать тысяч и двадцать две тысячи юаней призовых соответственно. Как обычно, Хань Пиньму и Фэй Ян забрали большую часть, а я и остальные три партнёра по команде поровну разделили остаток. Когда мы проиграли, команде пришлось выложить сорок тысяч юаней, но Хань Пиньму, похоже, ничуть не расстроился и без лишних слов перевёл деньги. И, как он и обещал раньше, за проигрыш платил он сам, нас это никак не коснулось.
Каждый раз я отдавал призовые деньги Чжао Ганьчжэ, и он вносил их в специальный учёт на хранение. По мере того как сумма росла, Чжао Ганьчжэ тоже начал терять покой. Как-то раз, когда я принёс ему очередные пять тысяч юаней, он с неподдельным изумлением воскликнул, что это уже третье поступление за месяц, и если так пойдёт и дальше, ему придётся докладывать в комиссию по проверке дисциплины. Чжао Ганьчжэ добавил, что за это время успел поискать информацию в интернете: подобные официальные игровые турниры с призовыми в десятки тысяч действительно существуют, однако участвуют в них исключительно профессиональные киберспортивные команды, да и проводятся такие соревнования далеко не так часто.
Чжао Ганьчжэ подсчитал вместе со мной: даже если Хань Пиньму участвует всего в двух матчах в неделю и забирает в среднем по десять тысяч юаней призовых за каждый, его ежемесячный доход превышает восемьдесят тысяч юаней.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
