Лу Суй развернулся и ушёл в ванную. У Манман поднялась, подобрала одежду, снова оделась и тихими шагами подошла к двери ванной.
— Тогда я пойду к себе, — крикнула она внутрь.
Лу Суй никак не пытался её удержать.
У Манман в расстроенных чувствах сидела на своей кровати. Она долго не могла прийти в себя, не понимая отношения Лу Суя. Наверное, его напугало известие о том, что она всё ещё девственница. Сколько бы У Манман ни размышляла, другой причины не находилось. В конце концов, это и вправду слишком сильно контрастировало с тем впечатлением, которое она обычно производила на людей.
О том, чего не могла понять, У Манман просто решила больше не думать. В любом случае, то, что она девственница, не могло быть чем-то плохим. Разве у мужчин нет «комплекса девственности»?
Взгляд У Манман упал на камеру, небрежно оставленную на диване. Она с силой хлопнула себя по бедру — чуть не забыла о важном деле!
Затем У Манман, само собой, принялась перекидывать фотографии, а после — скрывать лицо Лу Суя мозаикой. Изначально ей не разрешалось снимать лицо, но какой бы хорошей ни была фигура, если на фото будет «безголовый мужчина», результат будет выглядеть странно. Настолько странно, что Лу Сую пришлось нехотя согласиться на снимки в полный рост.
Выкладывая пост в Вэйбо, У Манман тщательно подобрала слова: «На ощупь просто супер! (*^__^*) Хи-хи…»
В наше время похотливых девиц, пожалуй, побольше, чем озабоченных парней. Спустя мгновение под постом У Манман уже красовались сотни комментариев с пускающими слюни смайликами, и в каждом — просьбы «погладить».
Лу Цинцин прислала У Манман личное сообщение:
— Что это за красавчик? Неужели тот самый, о ком я думаю? (⊙o⊙)
— И о ком же ты думаешь? — кокетливо ответила У Манман.
— Я слышала, только слышала, ладно? Говорят, ты встречаешься с моим младшим дядей. Это правда? — спросила Лу Цинцин.
У Манман с улыбкой покачала головой. Надо же, Лу Цинцин терпела так долго, прежде чем спросить. Впрочем, такие люди, как Лу Линь или Шэнь Юаньцзы, вряд ли стали бы сплетничать с Лу Цинцин, так что вполне логично, что новости дошли до неё с опазданием.
— Угу, — У Манман заразилась манерой Лу Суя и отвечала предельно кратко. Её вдруг осенило: говорить так лаконично — это, оказывается, даёт такое чувство превосходства!
— Ва-а-а! — Лу Цинцин почувствовала, что слов ей не хватает, и отправила голосовое сообщение в Вэйсинь: — У Манман, ну ты и скрытная! Потрясающе! Умудриться приручить такое чудовище с тысячелетним опытом самосовершенствования… Моё почтение, моё почтение!
— Пустяки, пустяки, — хихикнула У Манман.
В тот момент никто словно и не вспоминал, что Лу Цинцин на самом деле — отзывчивая бисексуалка. Всё потому, что они хотели и дальше оставаться подругами.
Было уже время ложиться спать, и, похоже, у большинства людей была привычка листать ленту Вэйбо или Моменты перед сном. Даже Лу Линь лайкнула пост У Манман и написала: «Совсем загоняла парня».
Тут пришло уведомление в Вэйсинь: Нин Чжэн прислал фотографию. У Манман открыла её и чуть не лопнула от смеха — это был снимок его собственного пресса, сделанный прямо в постели.
Надо признать, его поза была куда более соблазнительной, чем у Лу Суя. Просто грех, что он не работает моделью в витрине. Будь он там, У Манман не пожалела бы и двух тысяч, чтобы заказать у него танец бёдрами.
И У Манман невольно вздохнула: неудивительно, что Шэнь Юаньцзы никак не отпустит Нин Чжэна. Пусть он и бабник, но с такой фигурой и отличными навыками у него всё же есть свои достоинства.
У Манман сравнила пресс Нин Чжэна и Лу Суя и предвзято решила, что линии Лу Суя всё же совершеннее, а мышцы выглядят более рельефными. Будь на них ещё капельки воды, она бы не удержалась и кинулась их облизывать.
Вэйсинь и Вэйбо разрывались от уведомлений. Лун Сюцзюань тегнула У Манман: «Где ты скопировала это фото? Хе-хе».
Хотя они все состояли в чате «лучших подруг», на деле это была лишь видимость дружбы: каждая следила за чужой жизнью, и пока на языке были похвалы, в душе звучало лишь презрительное «пф-ф».
Если сейчас ответить, скажут — разозлилась, потому что попали в точку. Если промолчать — значит, совесть нечиста и ты признаёшь вину. У Манман вздохнула, коря себя за излишнюю наивность: надо было тогда сфотографироваться вместе с прессом Лу Суя.
— Это пресс Мистера Мани? Ва-а-а, как мне нравится! — Ай Гого из общего чата прислала картинку с глазами-звёздочками.
Теперь У Манман было уже не до ядовитых замечаний Лун Сюцзюань, потому что в чате началось настоящее безумие. Все наперебой сыпали поздравлениями, хотя У Манман прекрасно знала, что на самом деле они думают: «Посмотрим, когда вы расстанетесь».
— Требуем от цзефу угощения!
— Требуем от зятя угощения!
…
За ними потянулась целая вереница одинаковых сообщений.
— Вот когда цзефу Лун занял своё место, он всех нас угощал!
Цзефу Лун — это был избранник Лун Сюцзюань, который в своё время действительно устроил для подруг грандиозный пир.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
