— Неважно, откуда ты родом и к какой школе принадлежишь. Если ты отдашь свой драгоценный голос за Мэн Хэцзэ под номером 365, мы станем лучшими друзьями! Давай, узнай побольше о Мэн Хэцзэ под номером 365, у него есть любой стиль боя, который тебе по душе!
После того как их прогоняли через эту схему, людям было трудно удержаться от голосования.
Кое-кто обвинял этих женщин-культиваторов в нарушении порядка на боевом испытании и в извращённом вкусе.
Фэн Цзыи закатила глаза:
— Значит, вам можно превозносить Мяо Янь, а нам нельзя поддерживать мужчину-культиватора?
— Как ты можешь так прилюдно оскорблять Мяо Янь-сяньцзы?!
— Ха, и как же я её оскорбила? Я ведь не сказала о ней ни одного дурного слова! — рассмеялась Фэн Цзыи.
— Мяо Янь-сяньцзы так благородна, а Мэн Хэцзэ — всего лишь какой-то ученик внешнего круга. Как их вообще можно сравнивать?
Другая женщина-культиватор перебила:
— Героев не спрашивают о происхождении. Если говорить о совершенствовании, Мяо Янь достигла Возведения Основания в четырнадцать лет, и Мэн Хэцзэ в этом году тоже исполнилось четырнадцать. Если говорить о славе, Мяо Янь признали первой красавицей только в семнадцать лет, а если Мэн Хэцзэ в этом году сможет одержать победу, он станет самым молодым победителем в истории Собрания Дэнвэнь. В чём же он уступает?
— Сестра права. Пройдёт ещё десять лет, и если Мэн Хэцзэ сможет успешно сформировать Золотое Ядро, он станет следующим Цзые Вэньшу!
— Какая наглость! Всего лишь фигляр, жаждущий внимания, и он не только метит в сравнение с Мяо Янь-сяньцзы, но и осмеливается равняться на Цзые-шисюна? Вы сами словно фарфор, всё норовите на кого-нибудь наткнуться!1
Чем больше было споров, тем громче гремело имя Мэн Хэцзэ.
На первом помосте кто-то продемонстрировал целую серию забытых техник меча — никто не обратил внимания; на втором помосте кто-то совершил прорыв прямо во время боя — никто и глазом не повёл. Люди каждый день до хрипоты спорили о Мэн Хэцзэ.
Была ли это любовь или ненависть, гнев или обида, Мэн Хэцзэ стал центром всех обсуждений.
Кое-кто считал, что Мэн Хэцзэ привнёс в показательные поединки свежесть и проявил необычайную изобретательность.
К тому же Мэн Хэцзэ был ещё неокрепшим ростком; ставка на него давала большее чувство сопричастности, чем пари на уже выросшее до небес дерево.
Ощущение, будто меняешь чужую судьбу, вызывало привыкание с первого раза.
Другие же полагали, что сторонники Мэн Хэцзэ — это опухоль мира самосовершенствования, которая повсюду натыкается на фарфор.
Но невозможно было устоять перед этим великолепным соблазном.
Стоило увидеть поединок Мэн Хэцзэ, как традиционные стили боя начинали казаться пресными — словно ешь пищу, в которую не добавили ни крупицы соли.
Никто не хотел уходить от помоста, где выступал Мэн Хэцзэ, если только на другом ринге не сражались их собственные собратья по школе.
Его показательные выступления всегда были полны сюрпризов.
К примеру, музыкальное сопровождение, которое идеально дополняло атмосферу.
Или духовные инструменты, взрывающиеся в воздухе, словно фейерверки.
Или сотни небесных фонариков, зажжённых одновременно и улетающих в ночное небо.
Каким бы ни был исход Собрания Дэнвэнь, эти образы навсегда останутся в памяти, став самыми глубокими и яркими красками этой весны.
Пока боевое испытание из-за Мэн Хэцзэ затягивало в воронку шторма, испытания каллиграфии и игры на цине только начинались.
В этот день Сун Цяньцзи, как обычно, полил огород и заменил под карнизом старый талисман сбора света на новый.
Затем, навстречу прохладному утреннему ветру, вдыхая аромат лесных трав и деревьев, он неспешно вышел из дома.
Пришло время отправиться на испытание каллиграфии и живописи.
- Натыкаться на фарфор (碰瓷, pèngcí) — китайская идиома, означающая инсценировку столкновения ради выгоды, а в данном контексте — попытку прославиться за счёт намеренного сравнения с известными личностями. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
