Раздался грохот гонгов и барабанов. Сюй Каньшань, собрав духовную силу, громко прокричал:
— Обед! Обед подан!
Люди, побросав корзины с землей, коромысла, ломы и лопаты, шумным роем хлынули к соломенным навесам.
Аромат еды донесся с ветром, заставляя всех жадно сглатывать слюну.
Перед семью или восемью навесами выстроились длинные очереди.
Пожилой речной рабочий похлопал соседа по плечу:
— В доброе время вы живете. А знаешь, чем нас кормили, когда мы храм восстанавливали?
— Чем еще? Неужто бобовой похлебкой? — отозвался молодой парень.
— Размечтался! Кто тебе станет варить бобы? Давали черствые черные лепешки, да еще велели камни обсасывать.
— Камни обсасывать? — молодые рабочие в очереди уставились на него, ожидая объяснений.
Старик принял вид человека, видавшего виды:
— Жара стояла невыносимая, аппетита совсем не было, а те лепешки были тверже камня — горло драли, не проглотишь. Не поешь — сил не будет, а без сил работать не сможешь, мигом побьют. Вот один повар и придумал: сварил целый котел гальки в кисло-острой приправе. Люди обсасывали камни, смакуя вкус, и понемногу грызли лепешки…
Кто-то сзади перебил его:
— При храме хоть камни давали сосать, а когда мы управу сяньгуань строили, нам этих черных лепешек даже досыта не давали!
В глазах старика отразилась вся горечь прожитых лет, а молодые лишь тяжело вздыхали.
Очередь двигалась вперед, и аромат густого рагу1 развеял атмосферу воспоминаний о былых тяготах. Картофель, редька и капуста томились в огромном котле с мясным бульоном, а мясные тефтели были плотными и сытными. Пышные маньтоу, большие и мягкие, источали тонкий аппетитный запах.
Снова послышался голос бессмертного мастера:
— Кому отвар из кислых слив, идите к навесу под литерой «Бин». Всем жителям из третьего отряда: после обеда получите зерно и мясо у навеса «Цзя». Настало ваше время отправляться домой на отдых.
Оторвавшись от еды, люди с завистью смотрели на третий отряд.
— Когда я в прошлый раз вернулся, староста закатил пир в мою честь, а жена с детишками от радости всю ночь глаз не смыкали.
— Здесь, на канале, мы вкалываем до седьмого пота, зато в деревне нас встречают как героев.
В этот миг земля под ногами слегка вздрогнула.
Все обернулись. Там, на самом краю горизонта, показалась ослепительная белая полоса.
Она отражала палящие лучи солнца, ослепляя всякого, кто на нее смотрел.
Люди так и замерли с чашами в руках и раскрытыми ртами.
— Что это? — пробормотал кто-то.
Зрелище было завораживающим. Каждый, словно в забытьи, уставился вдаль, позабыв о горячем рагу в своих руках.
Кто-то тихо произнес:
— Это же белый дракон… чешуя так и сияет.
Дрожь земли утихла. Белый дракон, сдерживаемый и направляемый невидимой силой, замедлил свой неудержимый бег и теперь плавно и величаво скользил в их сторону.
Неожиданно чей-то громкий крик прорезал тишину:
— Вода пришла! Наша вода пришла-а-а!
— Хунфу открыл шлюзы!
Ликующий возглас взорвал пространство, оглашая небо и землю.
Посреди дикой степи множество незнакомых людей обнимались и плакали навзрыд.
В преданиях поздних времен говорилось: когда воды впервые потекли по Тысяче каналов, Божественный владыка явился верхом на серебряном драконе.
- Рагу (烩菜, huìcài) — сытное китайское блюдо из тушенных в одном котле овощей и мяса. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
