Даосский мастер Сююнь пробормотал:
— Тот человек… всё ещё жив… Он жив!
Он топнул ногой, то ли плача, то ли смеясь, и все его морщины собрались в кучу. В отличие от своего обычного величественного и холодного облика, сейчас он выглядел весьма комично.
Сун Цяньцзи молчал.
Разве так трудно выяснить, жив Сянь Цзяньчэнь или нет? Можно же просто выкрикивать его имя в зале Цянькунь и смотреть, не ударит ли молния. От этого не умирают, и даже если кричать трижды в день, во время завтрака, обеда и ужина, будет просто шумновато.
Насколько глубокую психологическую травму оставил вам Сянь Цзяньчэнь? Раз целая группа сильнейших мастеров предпочла вести себя как страусы.
Он забыл, что даже «страусы» действуют, глядя на человека1.
— Ничтожество, ты ищешь смерти! — раздался громоподобный крик, и поток яркого света устремился прямо в лицо Сун Цяньцзи.
Точнее, это была обжигающая, подобно пламени, ци меча.
Весь зал оказался во власти этого жара, и температура мгновенно подскочила.
Среди пяти владык пиков секты Хуавэй мастер пика Чишуй Чжао Тайцзи отличался самым неистовым нравом. Разгневавшись до предела, он сразу применил смертельный прием, намереваясь на месте прикончить этого ученика внешнего круга, накликавшего беду!
Сун Цяньцзи даже не шелохнулся.
Ци меча замерла у самого его лица, и волна жара всколыхнула волосы на лбу. Со стороны казалось, что он оцепенел от ужаса.
За мгновение до того, как ци меча должна была пронзить горло, перед ним возникла фигура.
Даосский мастер Сююнь взмахнул широким рукавом.
Обжигающее пламя в зале бесследно исчезло. Лишь холодный лунный свет падал на глазурованные плиты пола.
— Старший брат?! — в яростном изумлении воскликнул владыка пика Чишуй. — Зачем ты меня остановил!
Даосский мастер Сююнь ответил:
— Тот человек и этот юноша некогда были связаны узами полуучителя!
Сказав это, он перестал обращать на него внимание и повернулся к Сун Цяньцзи:
— Учитывая, что ты оговорился непреднамеренно, я пощажу тебя на этот раз! Запомни: в этом зале никогда нельзя произносить то имя!
— Ученик понял.
Выражения лиц пяти владык пиков изменились.
Узы полуучителя?
Они сменили гнев на сложный, мрачный и пронизывающий взгляд, оглядывая Сун Цяньцзи с ног до головы, снаружи и изнутри. Юноша лет четырнадцати-пятнадцати, в поношенной одежде и матерчатых туфлях, не мог скрыть своей статной красоты. Хотя он соблюдал приличия, в нем не было ни стеснения, ни страха.
Он стоял в сияющем золотом бессмертном дворце с таким уверенным видом, будто вернулся домой, а они, могущественные старейшины, были здесь лишь гостями.
Им была противна эта уверенность, ведь она напоминала о «том человеке» в рваном халате.
У Чжао Тайцзи, который только что в ярости напал на него, слегка дернулся уголок глаза; он сжал кулаки в рукавах, но в конце концов расслабил пальцы.
Немного осталось в мире «живых», кто знал имя Сянь Цзяньчэня.
Те, кто не видел его, но почитал, называли его «уважаемым Богом Меча». Те же, кто встречал его и боялся, осмеливались говорить лишь «тот человек» или «тот меч».
Пока «тот человек» был жив, над залом Цянькунь секты Хуавэй, над главой и владыками пиков, висел острый меч. Это было табу, тайна и, что важнее, позор.
Кто мог подумать, что сегодня какой-то ученик внешнего круга в грязных туфлях войдет в зал Цянькунь, словно прогуливаясь после ужина, и так просто, прямо сорвет покров тайны.
Его статус низок, уровень совершенствования еще ниже, и при этом у него такой невинный вид, что это до крайности раздражало.
Но поделать с ним ничего было нельзя.
Потому что тот человек видел его, учил его и оставил ему напутствие.
- Действовать, глядя на человека (看人下菜碟, kàn rén xià cài dié) — образное выражение, означающее изменение своего отношения или поведения в зависимости от статуса и значимости собеседника. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
