Из-под шрама проступал угольно-черный цвет, словно что-то живое пульсировало там, готовое вот-вот прорваться сквозь кожу.
Лучи заходящего солнца освещали это лицо, и в их отблесках оно мгновенно становилось мрачным и зловещим, от него веяло могильным холодом.
Человек это или призрак?
Тело человеческое, а лицо призрачное.
— Чудовище! — кто-то вскрикнул.
Следом один за другим раздались истошные вопли, толпа с шумом бросилась врассыпную: люди наступали друг другу на ноги, сталкивались плечами, в спешке пытаясь убежать от «чудовища».
Если бы они увидели это в обычное время, реакция не была бы столь бурной, но сегодняшний контраст оказался слишком велик.
Глядя на то, как другие кричат и разбегаются, люди невольно поддались стадному чувству.
Перед воротами двора Суна воцарился полнейший хаос.
Шесть мудрецов Лазурного утеса, предвидевшие подобное, не шелохнулись.
Они весело смеялись.
Это расплата. Раз уж ты посмел проявить неуважение к прекраснейшей Мяо Янь, то теперь узри самое уродливое чудовище.
Среди всеобщей неразберихи Лю Тяньхань внезапно вытянул руку и с силой толкнул Хэ Цинцин в спину!
«Чудовище» резко повалилось прямо на Сун Цяньцзи.
Мэн Хэцзэ положил руку на эфес меча:
— Сун-шисюн, осторожно!
Ухмылки Шести мудрецов Лазурного утеса стали еще шире.
Как и ожидалось, любой, на кого внезапно набросится подобное чудище, не сможет сдержаться и нанесет удар.
Это вполне естественная инстинктивная реакция обычного практика, охваченного крайним испугом, отвращением и неприязнью.
Стоит Сун Цяньцзи разозлиться и ранить её, как их ответный удар ради защиты соученицы будет выглядеть полностью оправданным.
Разве ты не говорил, что не отличаешь красоту от уродства? Так почему же при виде Хэ-шимэй ты испугался настолько, что поднял руку?
Хэ Цинцин падала вперед, крепко зажмурившись.
Она привыкла терпеть боль, поэтому на её лице не отразилось ни единой эмоции, и она не пролила ни слезинки.
— Ты в порядке?
Вопреки ожиданиям, её не ударили, и она не рухнула на землю — напротив, чьи-то руки бережно подхватили её.
Она почувствовала аромат глицинии и услышала голос над головой — холодный, но при этом спокойный.
Хэ Цинцин открыла глаза и увидела поддерживающего её стройного красивого юношу.
В его взгляде, кроме удивления, не было иных чувств.
Да и то мгновенно исчезло.
«Как же опасно», — подумал Мэн Хэцзэ. Оказалось, этот человек не собирался вредить Сун-шисюну.
Сун Цяньцзи тоже подумал: «Как же повезло. Если бы я не среагировал вовремя, она бы чуть не опрокинула стойки с моей рассадой фасоли».
Ростки фасоли такие нежные, разве они выдержали бы подобный удар?
Сун Цяньцзи, придерживая её, сделал три шага вперед.
Убедившись, что они отошли от грядок, он разжал руки и с недоумением спросил стоявших напротив:
— Так что же вы все-таки хотели мне показать?
Его недоумение было искренним.
Бывали демонические практики темного пути, что выращивали яд гу1 в телах живых людей. Со временем, даже если извлечь паразита, лицо жертвы оставалось обезображенным, и вернуть прежний облик можно было лишь через срезание плоти и обтачивание костей. Он видел подобное множество раз, и это давно перестало его удивлять.
В прошлой жизни на фоне деяний некоторых коллег «Дхьяна Радости» Владыки демонического пути не казалась самым коварным и жестоким методом совершенствования.
Он подсознательно взглянул на Мэн Хэцзэ.
Мэн Хэцзэ на мгновение замер и стыдливо опустил голову. Это всего лишь женщина-практик с низким уровнем развития и необычной внешностью. Своей суетой я определенно вызвал недовольство Сун-шисюна.
Какую лапшу сварить завтра?
Ужас Шести мудрецов Лазурного утеса тоже был вполне искренним.
Они своими глазами видели, как Сун Цяньцзи подхватил Хэ Цинцин, полностью проигнорировал её призрачное лицо и даже невозмутимо прошел с ней три шага.
Сун Цяньцзи наступал, а шестерка отходила назад — отступала, обливаясь холодным потом, с мертвенно-бледными лицами.
Они одновременно подумали: «Этот человек действительно не отличает красоту от уродства? Да он людей от призраков не отличает!»
И этот юноша по фамилии Мэн тоже ненормальный.
Двор Суна во внешней школе воистину ужасает.
- Яд гу (蛊, gǔ) — искусственно выращенное ядовитое насекомое или паразит, используемый в темной магии и алхимии для отравления или подчинения жертвы. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
