1 сентября 2008 года, погода стояла ясная, ярко светило солнце.
Линь Чжися шла следом за Линь Цзэцю, и вместе они переступили порог Первой провинциальной средней школы.
Всю дорогу Линь Цзэцю наставлял её с крайне серьёзным видом:
— Линь Чжися, старшая школа — это не то же самое, что средняя. В вашем олимпиадном классе жёсткая конкуренция, а средний возраст учеников — пятнадцать-шестнадцать лет. Ты ведь и сама всё понимаешь, без лишних слов?
Линь Чжися растерянно посмотрела на него:
— Что именно я должна понимать?
В древности для описания тринадцатилетних девушек часто использовали выражение «возраст кардамона». Линь Чжися как раз была в этом нежном возрасте. Унаследовав прекрасные гены, она с каждым годом расцветала и становилась всё краше, что невольно заставляло Линь Цзэцю насторожиться.
Сейчас Линь Цзэцю уже учился во втором классе старшей школы. В его классе было три парочки, которые тайно встречались, а ещё несколько парней любили собираться вместе и вполголоса обсуждать внешность и фигуры одноклассниц… Словом, что бы ни творилось в головах этих старшеклассников, Линь Цзэцю намеревался задушить любую возможность в зародыше.
Линь Цзэцю набрался терпения и продолжил объяснять:
— Парни в старшей школе…
Не успел он произнести и пары слов, как Линь Чжися кивнула:
— Я поняла.
— Ты правда поняла? — с сомнением переспросил Линь Цзэцю.
— Угу, — невозмутимо ответила Линь Чжися. — Гэгэ, ты целыми днями твердишь одно и то же. Стоит тебе только начать, как я уже представляю всё, что ты скажешь дальше. Это старая песня на новый лад, перемена обёртки, а смысл всегда один и тот же.
Линь Цзэцю на секунду опешил:
— Это ты сейчас намекаешь, что я слишком ворчлив?
— Да как ты мог такое подумать? — небрежно бросила Линь Чжися. — Разве я могу считать тебя ворчливым? Гэгэ — человек крайне лаконичный и сдержанный, он никогда не станет бубнить и разглагольствовать без конца…
К последней фразе Линь Чжися сама себе не поверила. Перестав расхваливать Линь Цзэцю, она просто закончила разговор звонким «ха-ха-ха-ха».
Линь Цзэцю очень хотел выяснить, каким же он видится в глазах Линь Чжися. Он замедлил шаг, собираясь допросить мэймэй, как вдруг до него донеслись радостные крики:
— Линь Чжися, отличные новости! Мы с тобой в одном классе.
Линь Цзэцю обернулся и увидел Тан Тинтин.
В начале сентября было довольно жарко, летний зной ещё не отступил. На Тан Тинтин была нежно-голубая футболка и джинсовая юбка в складку, всё её существо так и лучилось юношеской энергией. Она естественно подошла к Линь Чжися, взяла её под руку и ласково произнесла:
— Мы обе в 27-м классе первого года старшей школы. Наш классный руководитель — Кун Юанькай, учитель-мужчина лет сорока с лишним.
— Я его видела, — сказала Линь Чжися. — Он был учителем математики в олимпиадном классе у прошлого выпуска.
Тан Тинтин мельком взглянула на Линь Цзэцю:
— Точно… он математик.
В этот момент Линь Цзэцю почувствовал облегчение. Он всегда надеялся, что Линь Чжися будет больше общаться с девочками, ведь только они могут по-настоящему понять друг друга. Он думал, что мэймэй пропускает его слова мимо ушей, но, оказывается, Линь Чжися уже давно осознанно завела подруг среди одноклассниц. В таком свете его мэймэй казалась действительно очень послушной и прилежной девочкой.
— Тан Тинтин, можно мне сесть с тобой за одну парту? — предложила Линь Чжися.
— Конечно-конечно! — Тан Тинтин посмотрела на учебный корпус вдалеке. — Пойдём в класс поскорее, выберем места получше.
Тан Тинтин потянула Линь Чжися за собой. Та оглянулась на Линь Цзэцю, и гэгэ тут же крикнул:
— В двенадцать часов, когда закончатся уроки, я приду к дверям вашего класса и заберу тебя домой.
— Хорошо! — звонко отозвалась Линь Чжися.
*
Когда начался первый учебный год в средней школе, Линь Чжися в одиночестве бродила по незнакомому кампусу, с тревогой изучая новую обстановку. Она отчётливо помнила, как, приблизившись к классу и увидев Цзян Юйбая, сразу почувствовала лёгкость и радость — словно рак-отшельник на пляже, который после долгого странствия наконец нашёл свою идеальную раковину.
А сегодня Линь Чжися вошла в кабинет 27-го класса и, глядя на знакомые лица, словно на мгновение вернулась в годы средней школы. Однако Цзян Юйбай больше не был её одноклассником и соседом по парте, с которым она проводила дни напролёт.
Как там сегодня Цзян Юйбай?
Привык ли он к жизни в Пекине?
Скучает ли он по Линь Чжися?
Линь Чжися прошла перед доской с таким видом, будто глубоко о чём-то задумалась.
Она услышала, как ученики за первыми партами перешёптываются:
— Быстрее, посмотрите, это же Линь Чжися. Маленькая принцесса олимпиад школы номер один, чемпионка турнира «Мастера математики Румынии» 2007 года, будущая студентка математического факультета Пекинского университета, рекомендованная к зачислению без экзаменов, и та самая Линь Чжися, которая ещё в феврале опубликовала физическую статью в международной базе Эс-Си-Ай.
Кто-то спросил:
— О чём это Линь Чжися так сосредоточенно думает?
— Ну что за глупости ты спрашиваешь? — вмешался Дуань Циянь. — О чём ещё она может думать? Наверняка над сложной математической задачей бьётся или размышляет об олимпиаде по информатике.
Другой одноклассник слегка кивнул и с видом знатока проанализировал:
— Верно, настоящие профи именно такие. Их мозг постоянно работает на высоких оборотах, и в часы бодрствования они всегда ломают голову над математическими трудностями.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
