Линь Чжися уловила сарказм в словах Тань Цяньчэ.
Будучи научным руководителем Сюй Линбо, Линь Чжися, разумеется, должна была защитить своего студента. Она сказала:
— Сюй Линбо ещё учится в магистратуре, профессор Тань, а вы уже окончили докторантуру.
Затем Линь Чжися торжественно представила Тань Цяньчэ свою лучшую ученицу Фан Ивэнь. Она дала Фан Ивэнь слово первой, чтобы та рассказала о своей недавней исследовательской работе.
Фан Ивэнь тут же взяла чёрный маркер и, встав перед огромной белой доской, принялась рисовать схемы, объясняя:
— Для обычных многоэлектронных систем тензорное произведение отдельных одноэлектронных гильбертовых пространств образует пространство многоэлектронных волновых функций… Моя тема несложная, если немного пошевелите мозгами, то всё поймёте, так ведь? Я объединила машинное обучение и квантовую химию, создав фреймворк на основе глубокого обучения для предсказания квантовомеханических волновых функций. В журнале «Нейчер» была статья, где по волновым функциям локального базиса атомных орбиталей выводились свойства других основных состояний [1]…
Фан Ивэнь говорила со знанием дела.
Сюй Линбо слушал как в тумане.
Тань Цяньчэ прервал Фан Ивэнь и задал ей несколько вопросов, на которые она ответила с такой лёгкостью, что Линь Чжися преисполнилась гордости. Они втроём — она, Линь Чжися и Тань Цяньчэ — продискутировали более двадцати минут. Вся доска была почти полностью исписана, и даже у Чжань Жуя на лице появилось выражение растерянности.
Новый студент бакалавриата по имени Цуй Имин, на удивление, понимал суть спора между Фан Ивэнь и Тань Цяньчэ.
Цуй Имин высказал своё мнение, чем заслужил уважение Тань Цяньчэ.
Тань Цяньчэ произнёс:
— Профессор Линь, у студентов в вашей группе очень высокий уровень.
Линь Чжися немного обрадовалась.
Хотя она потерпела сокрушительное поражение с курсом «Кубиты и компьютеры», где отсеялась добрая половина студентов, магистранты в её исследовательской группе по-прежнему были один лучше другого, а энтузиазм Фан Ивэнь к учёбе и вовсе бил ключом.
Линь Чжися была крайне довольна.
Затем она пригласила Чжань Жуя выступить с отчётом.
Линь Чжися поднялась со своего места, подошла к доске и сама вытерла её до блеска. Она вела себя мягко, доброжелательно и совершенно непринуждённо, без тени преподавательского высокомерия, однако сердце Сюй Линбо забилось часто-часто, словно барабанная дробь — он только что заметил, что каждому студенту нужно что-то написать на доске. Но что мог написать он?
Его голова была чиста, как белый лист бумаги.
Он нервно сглотнул.
Чжань Жуй уже вышел к доске.
— П-п-п-профессор, добрый день, — поздоровался Чжань Жуй, повернувшись к преподавателям.
Чжань Жуй знал Тань Цяньчэ с физического факультета — слава профессора Таня была поистине велика, и не только из-за его академических достижений, но и благодаря его внешности и харизме.
Перед Тань Цяньчэ Чжань Жуй чувствовал себя скованно.
Чжань Жуй намеренно замедлил темп речи, поясняя ход своих мыслей чётко, слово за словом. Он очень боялся, что Тань Цяньчэ станет придираться к нему так же, как к Фан Ивэнь, однако, вопреки его ожиданиям, Тань Цяньчэ отнёсся к нему довольно мягко.
Доклад Чжань Жуя завершился в мирной атмосфере.
Линь Чжися похвалила его прогресс и деликатно высказала предложения по улучшению.
Но Чжань Жуй возразил:
— П-п-п-профессор, я… я думал над вопросом, который вы озвучили.
Желая поскорее показать ход своих размышлений, он прямо ладонью стёр следы чёрного маркера с доски. Его левая рука стала грязной и испачканной, но его мысли были ясными и чёткими.
Чжань Жуй исписал доску длинным математическим доказательством. Такую работу нельзя было выполнить за один день; на самом деле он размышлял над этим всё лето, но застрял в одном месте.
Его сознание полностью погрузилось в математику. Формулы и фразы стали звучать необычайно плавно:
— Распределённое обучение с подкреплением вдохновило меня, и я переписал традиционную стратегию обновления в обучении с подкреплением. Профессор, на этом этапе я…
Тут он пришёл в себя, в мозгу словно что-то щёлкнуло, и он снова непроизвольно начал заикаться:
— Я… я… я…
Линь Чжися терпеливо дала ему подсказку, и на него тут же снизошло вдохновение. Он даже попросил у сокурсницы листок бумаги и записал на нём заметки.
Тань Цяньчэ не удержался от восклицания:
— Профессор Линь, я вам даже немного завидую. Это ведь ваш первокурсник магистратуры?
Чжань Жуй почувствовал одобрение Линь Чжися и Тань Цяньчэ — признание двух молодых профессоров принесло ему огромное чувство удовлетворения. В этот миг его натянутые нервы полностью расслабились; он не мог подобрать слов, чтобы описать ту окрыляющую радость, которую испытывал.
С улыбкой на губах он вернулся на своё место.
Настала очередь Сюй Линбо.
Линь Чжися повернула голову и пристально посмотрела на него.
Губы Сюй Линбо слегка побледнели.
Линь Чжися обеспокоенно спросила:
— Ты плохо себя чувствуешь?
Конференц-зал был просторным и светлым, за панорамными окнами открывался вид на полный жизни кампус. Сюй Линбо посмотрел вдаль, собрал волю в кулак и встал, прижимая к себе стопку статей:
— Профессор, тема моего исследования — «Изучение индексов реакционной способности в квантовой химии»!
Линь Чжися кивнула:
— Хорошо, начинай.
О чём рассказывать?
Сюй Линбо затаил дыхание:
— Я читал статьи по искусственному интеллекту.
Линь Чжися подождала несколько секунд, но Сюй Линбо так и не продолжил.
Тогда она спросила:
— И как успехи? Столкнулся с какими-нибудь трудностями?
Сюй Линбо поспешно применил «мастерский метод имитации бурной деятельности на семинаре». Он сыпал названиями новейших статей, пытаясь таким образом выйти сухим из воды. Он даже выдумал термин:
— В одной статье с топовой конференции за прошлый месяц предлагался алгоритм под названием Хахит, который можно применить в моей сети квантовой связи. Я собираюсь использовать фреймворк распределённого машинного обучения для тренировки…
— Что такое Хахит? — со всей скромностью спросила Линь Чжися.
Он отговорился:
— Я… я забыл его математическое выражение.
На губах Тань Цяньчэ заиграла усмешка:
— Ты ведь принёс с собой целую стопку статей? Посмотри в них.
Сюй Линбо, опустив голову, принялся лихорадочно искать.
Он схватил какую-то статью, опубликованную в августе этого года, решив, что Линь Чжися и Тань Цяньчэ её наверняка не читали. Он переписал формулу из статьи на доску и стал предложение за предложением переводить английский текст, лживо утверждая, что это и есть тот самый легендарный алгоритм Хахит.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
